Много шума из-за невесты - Элоиза Джеймс

— О битве при Ватерлоо мы знаем, — сказала Тесс, поворачиваясь перед зеркалом. Платье было сшито по последней моде: с глубоким декольте и крошечными пышными рукавчиками, прикрывавшими плечи. Лиф платья был расшит речным жемчугом. — Я чувствую себя в нем неудобно, — призналась Тесс. — Мне кажется странным так сильно оголять грудь на собственной церемонии бракосочетания.

Гризелда жестом приказала служанке уйти, и та моментально выскользнула из комнаты. Потом она уселась на краешек кровати и сказала:

— Дорогая, я намерена быть с тобой абсолютно откровенной. Мой брат привык заниматься любовью с самыми изысканными светскими женщинами. Он имел их всех или по крайней мере всех тех, которые замужем и не прочь вступить в связь. — Она подняла руку. — Ты так же красива, как любая из них, а большинство даже превосходишь красотой. Проблема, как я ее понимаю, заключается в том, что Гаррет никогда не мог ограничить себя привязанностью к одной-единственной женщине.

— Но он и женат никогда не был, — заметила Тесс, давая понять, что разбирается в том, о чем идет речь.

— Конечно, не был! И ты абсолютно права: это очень важный момент. Тот факт, что его интрижки длились всего несколько дней, вообще не имеет никакого отношения к вашему браку! — воскликнула Гризелда, улыбаясь ей так, словно Тесс была особенно способной ученицей, изучающей основы брака.

— Вы хотите сказать, — неуверенно произнесла Тесс, — что его любовные связи…

— Никогда не были продолжительными, — закончила за нее Гризелда. — Я до сих пор считала, что самая продолжительная его связь длилась не более недели или двух.

— С графиней, любительницей музыки? — спросила Тесс.

— Насколько мне известно, — сказала Гризелда, — у них вообще не было любовной связи. Возможно, она просто поиграла с этой мыслью денек-другой.

— Боже милосердный, — пробормотала Тесс.

— Но теперь, когда он женится, все будет по-другому, — сказала Гризелда, открывая дверь.

Они спустились вниз по ступенькам из полированного красного дерева. В коридоре стоял Бринкли. Увидев их, он низко поклонился и распахнул дверь в гостиную.

Первым, кого увидела Тесс, был Лусиус Фелтон. Он повернулся, когда она вошла, и на мгновение она застыла, встретившись со взглядом его темных глаз. Потом из-за ее плеча выглянула Гризелда и, усмехнувшись, сказала:

— Ваш жених будет здесь с минуты на минуту.

Тесс вошла в комнату и присела в глубоком реверансе перед епископом. Это был очень жизнерадостный человек, который то и дело щипал ее за щеку и говорил, что его племяннику очень повезло.

Тесс старалась улыбаться и ни о чем не думать. В комнату вошла, привлекая к себе все взгляды, Аннабел.

— Ты возмутительно красива! — сказала Гризелда, обращаясь к Аннабел. Тесс услышала, как они обе рассмеялись.

Лусиус собрался выйти из комнаты. Тесс заметила это, хотя вовсе не наблюдала за ним специально. Она подумала, что такой, как у него, спокойной властностью должен бы обладать герцог. Или хотя бы граф.

Правда, это не имело никакого значения.

Она услышала шаги: кто-то спускался по лестнице. Наверное, это был Гаррет.

— Должно быть, это ваш будущий супруг, — сказал епископ своим глубоким, сочным голосом. — Вот и хорошо. Мне хотелось бы поскорее закончить церемонию и позавтракать. Что за варварская идея назначать церемонию бракосочетания на такое время, когда человек не успел и каши поесть? — Он рассмеялся, и его живот весело заколыхался.

Дверь позади Тесс не открылась.

— Пойду скажу им, чтобы поторапливались, — сказала Гризелда, выходя в коридор. Тесс хотела сделать глубокий вдох, но почувствовала, что платье Гризелды стало как будто слишком тесным для нее.

— Какой волнующий момент, — сказала Аннабел, беря Тесс под руку. — Хотелось бы мне, чтобы Имоджин была здесь. Мне до сих пор не верится…

Дверь открылась. Тесс обернулась так резко, что Аннабел пришлось опустить руку. Это был Рейф.

— Тесс, — позвал он, — можно поговорить с тобой? Все присутствующие вдруг как-то странно замолчали.

— Я пойду с тобой, — резко сказала Аннабел.

— Нет, — запретила Тесс, направляясь к Рейфу. Она вдруг снова смогла свободно дышать. В коридоре возле входа никого не было: ни Лусиуса, ни Гризелды, ни графа Мейна.

Рейф повел ее в библиотеку.

— Мне страшно не хочется сообщать тебе неприятную новость, — произнес он действительно с самым несчастным видом.

— Что-нибудь с Имоджин? — воскликнула Тесс.

— Нет. — Тесс почувствовала огромное облегчение. Рейф взъерошил рукой волосы. — Этот мерзавец, твой жених, сбежал.

— Сбежал? — Тесс едва сдержала улыбку. — Не очень-то любезно вы говорите о нем, Рейф, — сказала она, усаживаясь в большое кресло. Впервые за последние четыре дня она почувствовала себя спокойной.

Рейф уселся напротив нее.

— Если бы он был здесь, я бы дух из него вышиб, — заявил он, снова запуская руку в волосы. — Если бы я знал, что он может выкинуть подобный фортель, я бы никогда не представил вас ему. Тем более не способствовал бы браку между вами!

Тесс улыбнулась ему.

— Все в порядке, Рейф, — сказала она. — Я ничуть не возражаю. — И она улыбнулась еще шире, чтобы подбодрить его.

Но он не смотрел на нее.

— Каким же я был дураком, — сказал он. — Ведь Мейн был не в себе с прошлой весны. Я это видел, но старался не замечать. Я не привык к ответственности опекуна. Худшего опекуна, чем я, не сыщешь во всем христианском мире!

Он выглядел таким несчастным, что Тесс чуть не рассмеялась.

— Вовсе вы не неудачник! — бодрым голосом сказала она. Он покачал головой:

— Вы не понимаете, Тесс.

— Понимаю. Граф Мейн сбежал, так сказать, бросив меня у алтаря.

— Вот именно.

— Но ведь мы с ним не подходили друг другу, — сказала Тесс.

— Это не имеет значения, — сказал Рейф. — Важно то, что этот осел взял и бросил вас. Бросил вас! Я бы никогда не поверил, что такое возможно!

— Никто об этом не узнает.

— Все узнают об этом. Светское общество живет такого рода сплетнями. Поверьте мне, Тесс, они об этом узнают.

— Ну и пусть, — сказала Тесс. По правде говоря, это ее мало волновало.

— Есть, правда, один выход. — Рейф помедлил. — Выход странный и способный повлечь за собой собственные скандальные последствия.

— Я не хотела бы, чтобы вы пустились в погоню за Мейном, — всполошилась Тесс.

— Никогда. Нет, нет. Это нечто совсем другое. — Рейф встал. —Думаю, что будет лучше, если кое-кто другой объяснит вам эту возможность. Но если вам этот выход не понравится, я буду счастлив лично вывезти вас в свет. — Он подошел к ней и прикоснулся рукой к плечу. — Как вы уже, наверное, поняли, я человек очень одинокий. Я сознаю, что совершил многочисленные промахи в роли опекуна, однако по-прежнему рад, что вы моя подопечная.