Тьма в его сердце - Селина Аллен

понимала мотивы Салли. Она искала себе богатого мужчину, и одержимая своим желанием, бросалась на любого, чьи ботинки стоили больше пяти сотен долларов. Но ей не стоило искать спонсора в рабочее время, в моем ресторане. Я не могу рисковать именем моей семьи и самое главное, я не могу подставляться перед отцом.

Аманда предупреждала ее, Салли не послушала, у всего есть последствия.

– Почему не сказала мне? – строго спросила я, замечая, как меняется выражение лица Аманды.

– Я посчитала, что это не стоит вашего внимания. Салли допустила одно нарушение, это не должно было повториться…

– Но повторилось, – перебила ее я.

Нельзя был отчитывать Аманду. Но я чувствовала, как раздражение буквально захватывает меня, и ничего не могла поделать с этим.

Я не отец и не мой брат, я не стану терять контроль и срывать свои эмоции на сотрудниках.

– Впредь прошу не утаивать подобное, мы должны в первую очередь думать о репутации отеля. У нас не бордель, официантки не должны предлагать себя клиентам, надеюсь это понятно?

Аманда кивнула.

– Конечно, я сейчас же исправлю ситуацию и уволю Салли, – серьезно сказала Аманда.

– Думаю, это будет самое разумное решение, – согласилась я.

– Поняла, – отозвалась Аманда.

Развернувшись, я направилась к Барбаре. Один неприятный разговор состоялся, остался еще один.

– И что это было? – спросила Барбара, пока мы поднимались в лифте.

– Ты о чем?

– О Блейке, – сказала она тоном, намекающим на мою глупость.

– Он здесь не из-за меня, – пожала плечами я.

– А из-за кого тогда?

Мы покинули кабину лифта и направились в мою приемную. Лины на месте не оказалось. Это удивило меня, ведь время ее перерыва давно вышло.

– У него встреча, – ответила я, направляясь к своему кабинету, Барбара не отставала ни на шаг.

– Я думала, он пришел проведать свою девушку, – усмехнулась подруга, произнося это слово как строчку из песни: протягивая каждую гласную букву. Это заставило меня закатить глаза и громко фыркнуть.

Я открыла кабинет и зашла внутрь, поглядывая на Барбару через плечо.

– Нет никакой девушки, Барбара. Не забывай, что все это не по-настоящему. Он и я мы просто…

– Джоанна, – послышался строгий голос Конрада, я сразу же замолкла, резко повернула голову и уперлась взглядом в брата.

Он сидел в моем кресле, закинув ногу на ногу, и с недовольством смотрел на меня, застрявшую в проходе.

Барбара протиснулась мимо и легко опустилась на диван, по всей видимости, не чувствуя повисшего в комнате напряжения.

Конрад злился. Это сразу стало понятно по сжатым зубам и напряженным плечам.

– Что ты здесь делаешь? – спросила я.

Братец изучал меня внимательным взглядом несколько секунд, затем встал на ноги и отошел к окну, поворачиваясь ко мне спиной.

– Почему ты не отвечаешь на звонки? Неужели это требует от тебя слишком много усилий? – спросил он грубым голосом.

Я нахмурилась и взглянула на Барбару, которая с интересом наблюдала за нами.

– Барбара, оставь нас ненадолго, – послышался голос брата. Он словно прочел мои мысли, я хотела попросить подругу о том же.

Она не стала ему отвечать, вместо этого с немым вопросом в глазах посмотрела на меня. Это было так нетипично для Барбары – молчать. Но и исполнять его просьбу она не хотела.

Барбара любопытная, она просто не могла пропустить то, что собирался сказать мне Конрад.

Я тяжело вздохнула и кивком показала ей на дверь.

– Барбара, пожалуйста, – попросила я, глядя на нее виноватым взглядом.

Она удивленно вскинула брови, но даже не встала с места.

– Давай, Барби, поторапливайся, – грубо бросил Конрад, чем заслужил мой неодобрительный взгляд. Правда его он не увидел, так как все еще стоял лицом к окну и спиной к нам.

– А я уже забыла, каким козлом ты можешь быть, Конрад, – ядовито выплюнула она, схватила свою сумочку и вышла из кабинета.

Как только хлопнула дверь, я подошла к своему столу и грузно опустилась в кресло.

– Это было обязательно?

Конрад отошел от окна и занял место по другую сторону стола.

– Нет, но иначе она бы не ушла, – отмахнулся он.

Я покачала головой, подмечая, как же сильно Конрад похож на нашего отца. Он был груб с людьми и не видел в этом никакой проблемы.

– Я думала, ты в Бостоне, – начала разговор я, перекладывая листы документов, которые за время моего перерыва принесла Лина.

– Я был в Бостоне. И должен был пробыть там еще два дня, но в отель решил заявиться наш отец.

Мои руки замерли. Я взглянула на Конрада.

– Что он забыл там? – спросила я, округляя глаза.

– Приехал в командировку, – ответил он, – посмотреть, как идут дела в США.

– И приехал в бостонский отель в то же время, что и ты? – удивилась я.

Конрад сжал зубы.

– Да.

Я закрыла папку с документами, и чувствуя подступающую ярость резко оттолкнула ее от себя.

– Он собирается сюда? – спросила я, имея в виду Нью-Йорк.

– Нет, – покачал головой брат.

Конечно, отец приехал, чтобы увидеть Конрада, любимого сына и конечно, он не собирался в Нью-Йорк, к нелюбимой дочери.

– Все еще не понимаю, зачем ты приехал, – холодно бросила я.

Мне едва удавалось сдерживаться, чтобы не расплакаться. В груди потяжелело, а сердце ускорило ритм, эхом отдаваясь ушах. Я была расстроена тем, что отец не замечает моего существования, я была зла на Конрада за то, что он пренебрегает вниманием отца, за которое я готова была отдать все что угодно. Как можно поступать с ним подобным образом? Мне не доставалось и крупицы его времени.

– Я хотел его ударить, – признался брат, не заметив перемены в моем настроении. – Почувствовал такую ярость, и решил прилететь к тебе.

Не правильно злиться на Конрада, он ни в чем не виноват.

– Я думал, что могу приехать, – добавил он.

Мне показалось, что в его голосе сквозит отчаяние и печаль.

Я не могу отталкивать его.

– Конечно, можешь, – нехотя улыбнувшись, сказала я. – Всегда можешь приехать, если тебе того хочется.

Что такого сделал Томас, что Конрад испытывает настолько сильные приступы ярости в его присутствии?

– Ну и, что конкретно он сделал, заставив тебя лететь больше часа, для того, чтобы поговорить со мной? – спросила я.

Конрад дернул головой и сжал губы в тонкую белую линию, затем заговорил:

– У него новая подружка.

– Подружка? – хмуро переспросила я.

Надо же, он здесь из-за того, что у отца новая девушка. Это то, что волнует его?

Мне хотелось рвать и метать. Конрад вел себя как избалованный ребенок.

– Высокая, длинноногая, с большими сиськами, – описал он ее.

Я невесело усмехнулась: отец не