Тест на отцовство - Янка Рам

А Степаха готовит нам салат, увазюкав весь стол и довольно прикусив язык.

Он обожает резать что-то ножом. Поэтому я нашел для него подходящий, маленький с тупым концом и сливаю его инициативы на резку овощей.

Мне кажется, я порву, если у меня посмеют отобрать эти "новогодние" вечера.

И совсем не хочется никуда ехать и ни с кем больше общаться. Только быстрее вернуться домой с работы. Юля уезжает раньше, мои смены дольше...

Но даже от того, что они у меня дома, я испытываю особый кайф. Я наполнен...

А Юля грустит.

Дотягиваюсь до одного из воздушных шаров, которые купил для сына.

- "Никто не может грустить, когда у него есть воздушный шарик!" - протягиваю ей.

Забирает.

- Выходи за меня? - даже не успеваю понять, как тихо ляпаю это ей в ушко.

Дурак! Цветы, кольцо... Ничего нет!

- С шариком можно делать предложение? Или - несерьезно?

Разворачивается, заглядывает неуверенно мне в глаза.

- Это очень серьёзно. Но мы не будем слишком спешить, хорошо?

- Плохо. Почему не будем?.. - еще улыбаясь по инерции, сжимаю челюсти.

Она ищет слова, медленно ведя рассеянным взглядом.

- Я... - голос затухает.

- Не уверена, что до сих пор любишь меня? - веду бровью.

Ее губы дергаются в мягкой смущённой улыбке. Отводит взгляд.

- Говори что-нибудь, - шепотом требую я.

Отрицательно качает головой, целуя меня в ладонь.

- Юль... - мягко шепчу я.

- Я хочу за тебя замуж.

- Но...

- Но полноценной. А я себя сейчас чувствую неполноценной. И всегда так чувствовала. Ты понимаешь меня?

- Не очень.

- Я хотела бы попробовать, - тяжело сглатывает, сжимая горло. - Побыть автономной. Убедиться, что я полноценна и сама по себе.

- Так! - психую я. - Иди, убеждайся! Степаха пока со мной побудет!

Рывком отворачиваюсь.

Что за хрень?!

Хватает за локоть, тормозит меня, тянет обратно.

Послушно обняв, агонизирую от этой мысли.

- Нет! - гневно шепчу ей. - Нет. Нет... И нет! Чего ты хочешь? Конкретно! Жить не со мной? Тебе плохо со мной?!

- Ч-ч... Всё... Мне нужен психолог, наверное.

- А я? А со мной поговорить? Почему ты легко откровенничаешь с Хасановым, а со мной - нет?!

Кое-что она конечно рассказала и мне… Но мне кажется, Хасанову больше.

- Потому что... я тебя люблю.

Затыкаюсь на полуслове, задохнувшись от неожиданных слов, словно от пощечины. И лицо также немеет… Медленно выдыхаю. Всё хорошо. Между нами всё хорошо. Мы оба сохранили чувства. У нас есть сын. Всё остальное - просто ерунда! Я смету это.

- Я хочу здоровые отношения. И не уверена, что способна... - с мучением закрывает глаза. - Боюсь, все сломать.

- Психолог? Ладно... Хочешь, я с тобой к нему пойду?

Обнимаю крепче.

- Ты ничего не можешь сломать. Люби меня и всё... Я буду все ремонтировать!

- А я?! - услышав мои последние слова, сказанные в эмоциях чуть громче, включается Стёпа. - Я тоже хочу ремонтировать!

- Во! Уж со Степахой мы точно всё отремонтируем.

Протягиваю ему "пять". Лупит посильнее мокрой от овощного сока ладошкой. Чтобы был шлепок погромче.

- Первая же ссора развела нас, Борис, не забывай, - бросает тихо мне.

- Я стал умнее.

- А я?

- А ты самая прекрасная женщина на свете!

- Льстец! - смотрит на себя в зеркало в коридоре.

- Не там ищешь подтверждений, - разворачиваю к себе. - Сюда смотри!

Показываю пальцами себе в глаза.

- Веришь?

Затаскиваю за угол, впиваясь в губы. Целую глубоко, слушая свое колотящееся от восторга сердце.

Кладу ее руку на него.

- Здесь надо смотреть, ясно?

А Юля такая нежность! Бля... Меня никто никогда не целовал как она. Словно бабочки садятся на губы... Что-то есть в ней такое... Уникальное... неискоренимо-девичье...

И эмоции с ней от всех этих поцелуев такие острые, словно это первые в жизни поцелуи. С любимой девочкой...

И как мне невозможно больно и тоскливо в душе, что не я оказался с ней рядом, когда она была ещё юной девушкой. И кто-то смел обижать!

Мои губы застывают, онемев от этой боли.

- Что такое?.. - гладит их пальчиком.

- Прости меня...

- За что?

- За то, что я случился позже, чем был нужен. И за то, что ничего не понял тогда...

- Это прошлое. Я хочу настоящее.

- Оно всё принадлежит только тебе! Ты придёшь ко мне сегодня? Когда сын уснет?

Кивает.

- Мам! Я всё...

Мы ужинаем. Хвалим Стёпин салат. Он сияет от радости.

Юля зависает, нервно заламывает пальцы.

- Переживаешь на счёт завтра?

Завтра у нее встреча с Бергманом. На счёт проблемы с этой Дашей. Ситуация очень щекотливая. Но Даша дала заднюю и никаких официальных обвинений и доказательств не будет. Только доверительная беседа.

- Переживаю.

- Ты на развод когда продашь?

- Я даже не представляю куда идти и с чего начинать... - растерянно. - И как не допустить того, чтобы встал вопрос о том, кто будет воспитывать Стёпу.

- А кто меня будет воспитывать? - поднимает глаза Стёпа.

- Мы с мамой, - подмигиваю ему я.

- А к папе не поедем? - настороженно.

- Нет... - опускает Юля взгляд. - Мы здесь поживем пока, хорошо?

Я не знаю как дожать Юлю, чтобы сообщить Степахе, что папа - это я!

Она принципиально - согласна. Но мы не знаем, как это сделать.

- Документы для начала забери все.

- Хорошо, я заеду, заберу.

- Заедем, - поправляю я.

- Я не боюсь Роберта, - поджимает губы. - Он ничего мне не сделает. От всех невозможно убегать и прятаться. Мне пора отстаивать себя самой.

- "Заедем", - строго настаиваю я. - Никакой женщине не пора отстаивать себя самой. Тебе - тем более. Для этого у тебя есть я. И всегда буду!

- А два папы бывает? - разглядывает нас Стёпа.

- Бывает... - киваю я решительно.