Опасная любовь - Ева Шембекова

— Так, приговорите сразу троих, — не удержался от ехидной шпильки Снотворец. — Чего мелочиться-то? Чай не впервой семьи непокорных гончих вырезать! Все едино этот станет после Чтения идиотом, которого вы убьете во имя безопасности, а его пара не проживет после него и суток!

— Он сам это предложил, — мрачно проворчал Тихомир.

— А вы дали ему выбор? — вздохнул Мурат. — Эх…

— Мурат, пожалуйста! — тихо попросил Игорь. — Я справлюсь.

— А у меня есть выбор? — снова тяжко вздохнул тот и протянул руку.

Игорь привычно и четко опустился на колени, обхватив себя руками. Закрыл глаза и поднял голову, максимально расслабившись.

— Я готов.

Рука Чтеца легла на его лоб и словно в глубокий омут, его сознание швырнуло в события недельной давности. Радость встречи, боль измены. Ссора и разрушенные в труху ворота. Байк, сбитый грузовиком на его глазах, окровавленное тело, неподвижно лежащее в кустах. Страх за свою пару и томительное ожидание лекаря. Объяснение врача, радость, еще робкая, недоверчивая, и снова страх. А вдруг не простит? Преследование Беса, раз за разом ускользавшего от него и сбивавшего след. Множество ложных следов и понимание того, что на самом деле Бес никуда из города не девался. Зов, полный отчаяния. Зов его пары. Резкий рывок назад и пустая палата. Боль, страх и снова преследование. Поиски, поиски, поиски… прочесывание ущелья день за днем. И след, взятый совершенно случайно, на одной интуиции. Жесткий допрос и поиски жены. Боль, при виде того, что подонок сотворил с его любимой, дикая ярость и желание убивать, долго, медленно и мучительно. И не менее мучительное решение отказаться от своего права. Запах жены и радостное удивление. Она все еще беременна! Значит, у него будет сын! Как и обещал Сашка Лютов, он будет гончим, как отец!

— Достаточно! — нервно машет рукой Гера. — У кого еще есть сомнения?

— У меня нет! — взрыкнул Седой Медведь. — Все предельно ясно. И по такому случаю уже я инициирую вопрос поднятый Бешеным! Громобой, ты твердолобый осел! И тебе не место в Совете!

— Я бы выразился еще жестче, но позже, — проворчал Гера, срываясь с места. — А сейчас я прошу сохранять тишину. Абсолютную. Я должен убедиться…

Игорь скорчился на полу, даже не пытаясь встать. Его словно выдернули из ледяного омута и со всей дури шмякнули головой о каменный пол храма. Боль пронизывает голову раскаленной спицей. Малейший звук только усиливает мучения. Над ним склоняются обеспокоенные лица Геры и Мурата.

— Думаешь, придет в себя? — тихо, одними губами шепчет Гораций.

— Надеюсь, — так же тихо отвечает Снотворец. — Во всяком случае, я не вижу признаков безумия.

Даже от этого их шепота боль усиливается, и губы сами кривятся, стремясь сдержать стон.

— Свалите в бездну! — почти неслышно шепчет он.

Наблюдатель и Чтец переглянулись, улыбнувшись одновременно. А потом наступила тишина. Блаженная, абсолютная тишина. Нет, то есть Старейшины продолжали о чем-то ожесточенно спорить, но до Игоря не долетало ни звука.

Глава 12

— Гера, может, ты с ней поговоришь? — Игорь с тревогой посмотрел на друга. — Прошло уже два месяца!

— Всего два месяца! — парирует тот. — Да, и не подпустит она меня. Просто дай ей время. Наберись терпения. После того, что она пережила, прийти в себя не так просто, как это кажется со стороны.

— И что мне делать? Я уже не могу просто сидеть и ждать!

— Нужно выяснить причину, — вздохнул Арахнид. — У ее состояния может быть сотня причин. И вовсе не обязательно это последствия насилия. Как мне кажется, с ним она уже давно и успешно справилась. Причина в чем-то другом. Или в ком-то…

— Намекаешь, что причина я? — нахмурился Игорь.

— Я всего лишь предполагаю, — отмахивается Гера. — Пожалуй, ты прав, сидеть и ждать нельзя. Еще неизвестно, что она там себе нарешает. Но поскольку меня она не подпустит и близко, то придется выяснять все тебе. Только умоляю, не спрашивай ее прямо в лоб! Она не скажет. Только закроется еще больше.

— А как? — мрачнеет Игорь.

— Просто разговаривай с ней, — Гера отхлебнул из чашки чай, зажмурился, любуясь снегом, медленно, но верно покрывавшим еще совсем недавно зеленую лужайку перед домом. Отсюда, с застекленной веранды было очень уютно и приятно наблюдать за снегом. — Обо всем подряд. О погоде, о природе, о ценах, о красках. А между делом вставляй наводящие вопросы. Примерно один к десяти. На десять идиотских, ничего не значащих, один продуманный, с подоплекой. Даже если и заметит подвох, то просто не успеет среагировать и либо ляпнет то, что думает, либо начнет нервничать.

— Предлагаешь расковырять и без того больное? — Игорь крутит в руках чашку с кофе, который давно остыл, но не пьет.

— Там, Игоряша, похоже, нарыв зреет! — усмехнулся Гера. — Если уж выражаться медицинскими терминами. И куда он выльется, если не вскрыть, предугадать трудно. Хорошо, если в истерику и нервный срыв. А если в самоубийство? Или еще какую-нибудь дурость? Женщина вообще непредсказуема в своей психологической неадекватности.

— Я так не смогу! — вздыхает Игорь и отставляет чашку. — Это ты умеешь. Заболтаешь так, что пациент не заметит, как ему руку отпилят!

— Ты мне теперь эту руку до смерти припоминать будешь?! — смеется Гораций. — Я помогу. Если ты мне доверишься.

— В каком смысле? — насторожился Игорь.

— Во всех, — уже серьезно вздохнул Гера. — Сними барьер и позволь мне войти в твое сознание. Я буду с тобой и смогу подсказывать, что и как говорить.

— Или говорить за меня, — ехидно подсказал Игорь.

— Да, — признал Гера. — Я могу и подавить твое сознание. Потому и говорю о доверии. Если не доверяешь, то лучше этого не делать. Может закончиться плохо для обоих. Это… технически то же, что и Чтение. Только при Чтении связь односторонняя и более жесткая. В нашем случае она будет… почти абсолютной. Сколько у тебя потоков сознания?

— В состоянии покоя три, — ответил Игорь. — При эмоциональной нагрузке до пяти. В режиме преследования до семи.

— Круто, однако! — присвистнул Гера. — Ах, ты ж поросенок! Семь! Я понял, как ты смог обмануть Чтеца!

— Блин, ори потише! — рыкнул Игорь. — Это мой сын! Ясно тебе? И только попробуй хоть раз озвучить иную версию!

— А если честно? — прищурился Гера.

— Все равно мой! — морщится Игорь. — Можешь еще разок прочитать! Толку будет не больше, чем у Мурата.

— Я по всем потокам пройдусь!

— Да, пожалуйста! — Игорь