Не ври мне - Сагара Люкс

Я с горечью сглотнул. Отрешённый.

— Понятия не имею.

А может, я просто боялся узнать.

Менуэт

Они вышли осторожно, с выключенным светом.

Водитель ехал молча, а Фэн Чжоу сидел рядом с ней. Он курил сигарету, единственный свет в ту ночь, которую Шанталь будет вспоминать как самую тёмную в своей жизни. У неё был отсутствующий вид; она думала о том, как клиент мужа её убьёт.

Шанталь обняла себя, когда в горле затянулся узел. Ночь была холодной, а она сидела голая. Ни одежды, ни документов. Только пиджак, который ей предложил мужчина, и уверенность в том, что следующего рассвета она не увидит.

— Почему бы тебе не попросить меня о пощаде? — с насмешкой спросил Фэн Чжоу.

Шанталь спокойно подняла плечи.

— Потому что знаю, — ты этого не сделаешь.

— Это не факт. У нас с адвокатом Блэр есть не только общие секреты, но и интересы. Для примера, мы оба любим вино и красивых женщин.

— Роковая комбинация, — язвительно заметила она.

Фэн Чжоу рассмеялся, затем сдвинулся ближе к краю сиденья и немного раздвинул ноги.

— Непреодолимое влечение, я бы сказал. То, что может побудить предать друга, коллегу или даже брата.

Шанталь побледнела. Поза, голос, двусмысленность во взгляде… Это было слишком много для неё, слишком много для одной ночи.

— К чему ты клонишь? — спросила она с трепетом.

Фэн Чжоу едва заметно прищурил глаза и затянулся сигаретой, затем провёл рукой по паху.

— Я хочу, чтобы ты выбрала, — звук опускающейся молнии заморозил кровь в её жилах, — умоляй меня, мисс Блэр. Дай мне понять, стоит ли твоя жизнь больше, чем твоя смерть.

Глава 31

Миранда

Длинные светлые волосы и голубые глаза делали Шанталь похожей на сказочное создание. Высокая, с хорошей фигурой — она была из тех женщин, которым достаточно пару раз моргнуть, чтобы вскружить мужчине голову. Меня не удивило, что ей удалось покорить и Натана, и Доминика. Меня удивило то, что она не была удовлетворена ни одним из них.

Я вспомнила фотографии, которые Доминик показывал мне несколько дней назад.

Шанталь смеялась. Она шла под руку с мужчиной.

Целовала другого. А потом ещё одного.

Шанталь была совсем непохожа на ту женщину, которую мне описывали Натан и Доминик, и это только подтвердило мою гипотезу: хотя она и не просила Натана о разводе, она порвала связи с прошлым.

— Ты собираешься её искать? — спросила я с сердцем в горле. Я уже знала ответ, но мне нужно было его услышать.

— Это что-нибудь изменит?

— Это изменит всё.

Рука, которой Натан поглаживал меня по щеке, скользнула вниз к сердцу, как бы исследуя мои чувства. Ему и не нужно было. Я была вне себя от любви и ревности. Я злилась, волновалась. Потерянная.

И он это знал.

— Миранда, — Натан произнёс моё имя бархатистым, нежным тоном. Но я всё равно дрожала, опасаясь его, — ты всегда знала, что я не могу дать тебе то, что ты хочешь. Мёртвая или живая, Шанталь всегда будет частью меня.

Я резко села, гордая и решительная.

— Тогда отдай ей своё прошлое. Отдай ей лучшие воспоминания, боль и гнев, но не отдавай своё будущее. Его отдай мне.

Взгляд Натана стал серьёзным. Его голубые глаза, казалось, светились зловещим, холодным светом.

— Я думал, тебе нужно моё тело, секреты… Но не моё сердце.

— Я сделаю всё, Натан, — я взяла его руку, которая лежала на моём сердце, и крепко сжала. — Всё что угодно. Но не встречайся с ней.

У него дрогнули глаза.

— Ты действительно сделаешь всё?

Почувствовав опасность, я снова задрожала. И всё же ответила без колебаний:

— Да.

— Тогда сыграй для меня.

К горлу поднялся раскалённый комок. Каждый раз, играя, я обнажала себя. Но сейчас перед ним, несмотря на одежду, я уже скинула с себя всё, и не могла объяснить, почему Натан хотел так унизить меня.

— Я не понимаю, — пробормотала я.

Натан поднялся с пола и отошёл на шаг. Его обнажённое тело выделялось в темноте, как жестокое видение. Высокий, массивный, с бледной кожей, но совсем непохожий на греческие статуи, которые я столько раз видела в Уффици. Он был живой. Его мышцы двигались, напрягались. А лицо, хотя и неподвижное, выражало бесконечность различных эмоций и желаний. Натан облизал губы, не отрывая взгляда от моих глаз.

— Ты не должна понимать. Ты просто должна играть. Возьми скрипку.

То, как к концу фразы сломался его голос, заставило меня дрожать с головы до ног. Так же, как раньше между нами никогда не стоял вопрос только секса, теперь дело было не только в музыке.

Я поднялась с дивана и направилась к выходу, где в кожаном футляре хранила свою Amati. С каждым шагом я чувствовала, как всё больше и больше опасность сжимает моё дыхание. У меня тряслись руки, я не могла себя контролировать. Слишком напряжена, чтобы играть, но я была уверена, что не смогу избежать этого.

Сама ему предложила.

Обещала сделать всё что угодно.

И ему нужна была моя музыка — моя душа.

Я подняла крышку, а затем ткань, в которую заворачивала скрипку. Поднесла инструмент к груди и крепко прижала, а свободной рукой достала из футляра смычок. На мгновение я замешкалась, пока не увидела в зеркале рядом с дверью образ решительной женщины. Женщина, в глазах которой сиял свет, которого я никогда раньше не видела.

Я была готова. Для него.

Я повернулась к Натану и посмотрела ему в глаза. Положила скрипку на плечо и заняла позицию. Смычок задел струны, готовый заставить их вибрировать.

— Что ты хочешь, чтобы я сыграла?

— Играйте то, что подсказывает тебе сердце.

Это тоже было испытанием, я поняла в тот же миг. Закрыв глаза, я отпустила себя. Никакой партитуры, никакого принуждения. Просто огромное желание выпустить клубок эмоций, перехватывающих дыхание.

Музыка началась мягко, медленно. Временами тревожно. Она рассказывала о той ночи, когда мы с Натаном обнимались перед камином, о том, как он рассказал мне правду…

Его пальцы коснулись моего бедра, заставив подпрыгнуть.

Натан подошёл ко мне тихо, незаметно для меня.

— Продолжай, — прошептал он, встав за моей спиной.

Я немного повернула туловище, ровно настолько, чтобы увидеть наше отражение в зеркале у входа. Было темно, но я могла различить его внушительную фигуру, стоящую позади меня. Его пальцы медленно скользили по моему телу. Движения были изучающими, он хотел развязать