Тщательно отшлепанная - Тилли Коул

Внутри меня вспыхнули солнечные лучи.

— Я тоже в тебя влюблена, — сказала я, когда бабочка решила упорхнуть в мое сердце и добавить трепета к его и без того глупому быстрому биению.

— Правда?

— Правда.

Гарри вздохнул с облегчением, как будто мой ответ дал ему столь необходимый щит, когда он уже думал, что вся надежда потеряна в его внутренней войне. С кем и с чем он боролся, я не знала.

— Сегодня я поговорю со своим отцом, — сказал он, и я почувствовала, как уверенность Гарри наполнила воздух вокруг нас.

— Давай, ковбой, — сказала я, игриво ударив его по руке и впервые за долгое время нервничая.

Гарри рассмеялся, и мне стало легче дышать, когда я увидела морщинки вокруг его глаз. Те самые, которые появлялись только тогда, когда он отбрасывал свои заботы и ледяную личину и впускал меня внутрь, пока не до конца, но мы были уже достаточно близки. Это были мои морщинки. Я наложила на них авторские права и объявила их своей собственностью.

— Давай я сегодня с ним встречусь, а вечером увидимся. Хорошо?

Я снова отдала честь.

— Да, сэр!

— Фейт, я прошу тебя. Никогда не иди в армию. Я с содроганием думаю, что будет с судьбой нации, если они начнут решать проблемы так, как ты только что сделала. — Гарри поцеловал меня и направился в свою комнату, чтобы принять душ и переодеться.

— Было бы меньше войн и больше любви! — крикнула я ему в спину.

Гарри высунул голову из дверного проема.

— А еще неимоверное количество венерических заболеваний и случаев травматизма челюсти.

Я взяла яблоко из стоящей передо мной тарелки с фруктами и бросила его в дверь, услышав, как Гарри хихикнул, когда яблоко пролетело мимо него. Я пила свой кофе и думала, чего же хотел его отец. Что-то подсказывало мне, что бы это ни было, ничего хорошего это не сулило.

Но Гарри влюбился в меня. В меня. А я, несомненно, влюбилась в него. Я сделала ему минет, а он буквально прижал меня к стене. У нас все было хорошо. Все будет хорошо.

Я была уверена в этом.

* * *

— В этом я чувствую себя настоящей леди, — сказала я Сейджу, показав ему шляпку, которая царственно расположилась на моей голове. — У меня никогда не было повода надеть ее. А теперь есть! И все благодаря тому, что твой коллега заболел сальмонеллой, а твой босс пошел на семейное примирение. Я подняла руку к палящему летнему солнцу над нами. — Благословите богов!

Как только я вошла в свою квартиру тем утром, Сейдж бросился ко мне, велев одеваться и собирать войска (Амелию и Нову). Он забронировал места в ложе на ипподроме Белмонт-парка, и мы собирались на скачки. Я ни разу в жизни не была на скачках, но со стороны это казалось забавным. А поскольку мои планы по поводу секса с Гарри на весь день были сорваны Кингом, я была готова к этому.

— Не знаю почему, но в этих белых перчатках я чувствую уверенность мисс Вселенной. — Амелия протянула руки и начала размахивать ими, как королева. — Я подумываю о том, чтобы включить их в свою повседневную жизнь. Уверена, что другие археологи не будут возражать против того, чтобы я копалась в грязи в таком изысканном кружеве.

— Никогда, дорогая, — сказал Сейдж, соединив наши руки. Нова взяла меня за руку с другой стороны. — А теперь радуйся, у нас есть личная ложа с нашими именами.

Я открыла рот для неизбежной шутки, но Сейдж закрыл мне его.

— Сегодня мы ведем себя как леди, Фейт. Ложа требует приличий.

Я закатила на него глаза, и мы прошли через ворота на главную трибуну. Толпы людей стояли в ожидании начала скачек. Вдалеке открылись скаковые стойла, и люди оживились, размахивая ставками в руках и крича лошадям «давай» или «быстрее», пока породистые скакуны галопом неслись к финишу.

— Сюда. — Сейдж провел нас в фойе трибуны, и я застонала от кондиционера, который ласкал мое лицо. Нью-йоркское лето — это одна влажная, неумолимая сука.

Хостесс провела нас в ложу, принадлежащую юридической фирме Сейджа. Нам вручили бокалы с шампанским и показали на наши места. Ложи были выстроены бок о бок, перегородки были достаточно низкими, чтобы видеть соседей, но достаточно высокими для уединения.

— Давайте делать ставки, сучки! — сказала Нова, когда дверь в ложу рядом с нами открылась. Я была занята чтением имен лошадей. — Ха! — сказала Нова. — Я нашла твою лошадь, Фейт. — Она указала на страницу со следующим заездом.

— Да, да, это то, что нужно! — сказала я, и мы звякнули бокалами.

Я никогда в жизни не слышала такого потрясающего имени для лошади, как Кинки Хлыст.

— Пойдем делать ставки. — Нова взяла меня за руку. Улыбка вдруг сползла с ее лица, и цвет ее щек потускнел. — Нова? — позвала я.

Позади меня Амелия издала шипение.

— О, черт.

Ощущая, что мой желудок уже сжался от ужаса, хотя я еще даже не пошевелилась, я повернула голову и тут же почувствовала, как мое сердце разбилось вдребезги. Кинг Синклер занимал свое место в ложе рядом с нами. Николас тоже был там, вместе с двумя другими незнакомыми мне мужчинами. Но больше всего моих друзей встревожил вид Гарри, который занял свое место, а рядом с ним — высокая стройная блондинка.

— Леди Луиза Самсон, — прошептал Сейдж, его тон звучал как голос злодея в кино. Гарри выглядел чопорно, как тот напряженный человек, с которым я познакомилась много лет назад. Будущий высокомерный герцог, который не терпел людей, которые были ниже его по статусу. Но когда Луиза прошептала что-то ему на ухо и положила руку на грудь, прямо поверх его нагрудного платка, я потеряла дар речи. Я, черт возьми, потеряла дар речи, когда эти бледно-розовые накрашенные когти коснулись его серебристого платка.

— Подержите мою сумочку, — сказала я Нове, передав ей свой клатч. Я начала снимать серьги с ушей. — Я убью этого ублюдка, — сказала я, скинув туфли на каблуках и готовясь перепрыгнуть через перегородку, чтобы показать английской розе, что бывает у нас в Адской кухне.

Сейдж руками обхватил меня за талию, когда я сделала шаг назад, чтобы совершить прыжок. Я оттолкнулась ногами, красный туман гнева застилал мне глаза.

— Отпусти меня, Сейдж. Отпусти меня! — наша суматоха, должно быть, насторожила