Мой профессор - Р. С. Грей

Колетт берет его вместо меня, делает короткую затяжку, затем отдает обратно Харрисону, прежде чем помахать пальцами в знак приветствия нам с Эмметом. Она медленно выдыхает дым, а затем возвращается к тому, что делала раньше, беззаботно смотрит в небо. Что там может быть такого интересного?

Из всех девушек Сент-Джонса мне всегда нравилась Колетт. Она тихая, и иногда это можно принять за застенчивость, но в нашей группе она всегда держалась уверенно. В детстве ее отец был послом Сингапура в США, и в Сент-Джонсе ее практически держали под замком. Однако ее ситуация не была уникальной. Почти у каждого в школе-интернате была своя охрана. Кампус в целом был заперт, это граничит с безумием. Мы все чувствовали себя подавленными, и, вероятно, именно поэтому так себя вели.

Мы с Эмметом садимся на противоположных концах дивана, лицом к незажженному камину. Теперь я понимаю, что на мне все еще галстук с рабочего ужина. Дергаю за узел и снимаю его, сворачиваю и засовываю в карман пиджака. Расстегиваю верхнюю пуговицу рубашки и откидываюсь на спинку дивана. Легко быть среди старых друзей. Потягиваю свой напиток, слушая, как Харрисон пытается объяснить нам буддийскую цитату, находясь под кайфом. Колетт тем временем не двигается с места.

Мое любопытство берет верх.

— Что ты делаешь?

— Любуюсь звездами.

Она отвечает так буднично, что я не могу удержаться от смеха.

— Но ты же ничего не видишь.

— Неправда. Их там несколько. А когда облака рассеиваются, становится больше.

— Вероятно, это просто спутники, — возражает Эммет.

— Ну, эти спутники красивые, — отвечает она, ничуть не смущаясь.

— Я думаю, что это говорит травка. Где твоя подруга?

— Кто?

— Элейн.

Она пожимает плечами.

— Кто знает. Ее невозможно поймать. Как звезды, в самом деле. Черт. Это прозвучало так проницательно, как мне кажется?

— Нет, — сухо отвечает Эммет.

Но Харрисон кивает.

— Гениально. Я не видел эту девушку целую вечность. Она сейчас в Бостоне?

Я хмурюсь, не понимая, о ком они говорят.

— Элейн?

— Лейни Дэвенпорт, — сообщает Колетт, наклоняя голову в мою сторону. — Эммет единственный, кто настаивает на том, чтобы называть ее Элейн. Она училась с нами в Сент-Джонсе, но младше меня на шесть лет, так что ты точно не знал ее, Джонатан.

— Тогда откуда ты ее знаешь? — спрашиваю я Эммета.

Кажется, что ему не хочется отвечать, поэтому Колетт заменяет его.

— Она дружила с моей младшей сестрой, но теперь мы работаем вместе и сблизились с ней.

— Лейни было трудно не заметить в Сент-Джонсе, — добавляет Харрисон.

— Я бы утверждал прямо противоположное, — почти грубо говорит Эммет.

Харрисон смеется.

— Мы говорим об одной и той же девушке?

Очевидно, что он имеет в виду.

Колетт стонет от отвращения.

— Она была ребенком, ненормальный.

Харрисон невозмутимо возвращается к своему косяку.

Эммет толкает меня локтем в бок и кивает в сторону двери.

— Ты знал, что она будет здесь?

Поворачиваюсь, чтобы посмотреть, куда он смотрит, думая, что мы все еще говорим о Лейни.

— Кто? — спрашиваю я, никого не видя.

— Эмелия.

Мой пульс подскакивает.

— Она только что прошла мимо.

Я хочу вскочить на ноги, но не решаюсь.

— Нет, не знал. Должно быть, Александр пригласил ее. Ты собираешься пойти извиниться?

— Не сегодня. — Его взгляд устремлен на дверной проем. Очевидно, он все еще ждет кого-то, кого ему не хочется обсуждать.

Я встаю с дивана, не потрудившись сказать ему, куда иду. Он и так знает.

Если Эмелия только что прошла мимо гостиной, это значит, она недалеко, но я замечаю ее не сразу. Толпа только выросла с момента моего приезда, а меня подстерегает какой-то парень, умоляющий помочь найти туалет, а затем девушка, которая хочет знать, не видел ли я Люка. Я говорю ей, что не знаю никакого Люка, и она раздраженно разводит руками, как будто это моя вина.

В коридоре я кручусь в поисках стройной брюнетки с большими глазами лани, но ее нигде нет.

Я снова поворачиваюсь, чтобы осмотреться, и вот она. Нахожу ее прямо у двери на кухню.

Она оглядывается и ловит мой взгляд через плечо. На ее лице нет и следа шока. Она знала, что обернется и увидит, что я иду за ней. В ее карих глазах мелькает едва заметная искра возбуждения, прежде чем она наклоняет голову и исчезает на кухне.

Эта искра подтверждает то, что я уже подозреваю. К черту карающие электронные письма.

Тебе нравится быть мышкой, Эмелия. Ты хочешь, чтобы за тобой гнались.

Толпа плотная, но я проталкиваюсь сквозь людей, чтобы добраться до нее.

Она стоит у барной стойки в том же месте, где и мы с Эмметом ранее, и наливает себе выпивку. Я задерживаюсь в нескольких футах от нее и наблюдаю, как дрожит ее рука, когда она подносит тяжелую бутылку водки к краю стакана. Немного проливается через край, и, когда она ставит ее обратно, я подхожу к ней сзади, пока моя грудь не касается ее спины, затем наклоняюсь и произношу в ее волосы:

— Иди и поиграй со мной.

Глава 25

Эмелия

Я пришла сюда, не рассчитывая найти профессора Барклая, но все же надеялась, что он будет присутствовать. Моим истинным намерением было увидеть Александра, и моя совесть цепляется за это. Он неожиданно позвонил мне, и я обрадовалась. После того как мы расстались на званом ужине, я не ожидала, что когда-нибудь услышу его снова.

В его голосе сразу же прозвучало раскаяние.

— Мне следовало позвонить раньше. Просто нужно было немного времени, чтобы прочистить голову и разобраться во всем, что было сказано.

— Нет, это мне жаль. Я тоже могла бы позвонить… Просто подумала, что будет лучше дать всем время остыть.

— Конечно. Что ж, очевидно, я должен извиниться за Эммета…

— Нет. Пожалуйста, не надо. Эммет… — я покачала головой. — Он сам несет ответственность за свои действия. Я не позволю ему разрушить нашу зарождающуюся дружбу… если ты, конечно, еще в ней заинтересован. Я знаю, что солгала…

— Эмелия, перестань. Для меня это не имеет значения. Наш статус брата и сестры никогда не был таким уж однозначным. Какое это имеет значение, если Фредерик не твой отец? Черт возьми, возможно, это и к лучшему. Теперь у тебя меньше шансов унаследовать его диктаторский характер. Считай, что тебе повезло.

Я улыбнулась, несмотря на серьезность разговора.

— Несмотря ни на что, мой отец еще несколько лет был женат на твоей матери. На короткое время мы стали сводными братом и сестрой, если