Избранная огнём - Айрин Дар

— Счастье в простых вещах, — сказала Тами, заканчивая трапезу. — Спасибо, Маркус, мне этого не хватало.

— А мы тут всего месяц, — напомнил Валера.

— Надо напомнить родным о себе, — решила я. — Вдруг с ними что не так.

— У них все хорошо, — заверил Маркус. — Я слал от вас сообщения.

Мы недоверчиво посмотрели на него.

— Это вторжение в частную жизнь! — вспыхнула Тоннеля.

— Лучше, если они не будут знать, что с вами? Эй, мы просто давали им возможность не переживать лишний раз. Вот и все!

— Спасибо, — подал голос Слепой.

— Я хочу позвонить матери, — повернулась я к нему. — Устроишь?

— Без проблем, — смотрел он мне в душу, и сердце вновь ускорялось. Будь он рядом при прохождении теста на полиграфе, меня бы обязательно уличили во лжи, даже если стану говорить чистую правду. — Здесь не ловит, надо звонить из деревни. Перенесем на вечер?

Я согласно кивнула, не понимая, можно ли это считать свиданием.

— Продолжим, — поднялся он с места, протягивая мне руку, и я приняла помощь.

Занятия продолжились до вечера, мне хотелось рухнуть на кровать и не подниматься. Болели все мышцы, казалось, даже глаза настолько сильно напрягались, что испытывали дискомфорт.

— Надеюсь, до лагеря вы доберетесь самостоятельно, — сказал Маркус. — Я обещал Лие звонок.

— Ну уж нет, блондин, остановила его Тоннеля. — Или ты отправишь меня сразу в постель, или мне тоже надо позвонить, я никуда отсюда не сдвинусь с места!

— И я устала, — кивнула Тами.

Маркус посмотрел на меня.

— Тогда по очереди отправлю вас обратно.

— Интересно, — задумалась Тоннеля, — а вместе всех переместить сможешь?

— Штормить будет сильнее, — предупредил он.

— Ничего.

— Условия простые: каждый должен меня коснуться. Лия, подожди здесь, — кивнул он мне.

— Я тоже хочу позвонить, — как-то робко сказала Тамуна, и Виталик поднял руку, присоединяясь.

— Ладно, тогда сделаем это все вместе, — предложил Маркус.

— Есть разница, за что держаться? — решила уточнить Тоннеля, и Маркус усмехнулся.

— Осторожно, как бы твой парень не приревновал.

— Он не мой парень, — отрезала Юля, обходя помощника. Она оценила его сзади и положила руку на ягодицу. — Так нормально?

— Я бы предпочел что другое, — покачал он головой. — Если тряханет, до места ты не доберешься, и как искать тебя, увы, не знаю.

— То есть мы еще можем где-то застрять? — округлила глаза Тоннеля, убирая руку.

— Я прыгал с вами и крепко держал. Если вы делаете это сами — знайте, ваша жизнь в ваших руках. Так что лучше выбрать другое место.

— Предупреждать надо, — хмыкнула Юля, обхватывая его шею двумя руками. — Думаю, так надежней.

Я закатила глаза. Она устроила какой-то цирк, и кто позволил ей лапать помощника? Мы с Тами вложили ладони в его руки, и он крепко сжал их. Парни разместились у плечей.

Маркус не шутил, говоря про усиление эффекта. В этот раз мне и впрямь было ужасно плохо. Голова звенела, сильно тошнило. Приложив руку к вискам и пытаясь прийти в себя, я смотрела на остальных, оказавшихся в таком же состоянии. Лишь Маркус был невозмутим. Ну да, опыт и все такое.

— Дышим, — командовал он. — Носом дышите, сейчас все пройдет.

Я сидела на земле, прислонившись спиной к дереву, понимая, что чертовски устала. День был таким долгим и тяжелым, что я готова уснуть прямо здесь.

— Давайте договоримся, что долго болтать не будете, чтоб остальные не ждали вас, — предупредил Маркус. — Кто первый?

Тоннеля выхватила телефон из рук помощника.

— Черт, я номер наизусть не помню.

— Я предугадал это, — отозвался Маркус. — Просто вбей в поиске.

Она недоверчиво уставилась на него.

— Зачем тебе номер моей матери?

— Видишь, пригодился, — улыбнулся он.

— Но ты же не знал, что я стану звонить с твоего телефона!

— Когда ты уже перестанешь всеми удивляться, Юль, — сказал он как-то по-братски.

Тоннеля нашла нужный контакт и отошла от нас, чтобы поговорить в тишине. Никому не хотелось быть услышанным, потому, взяв в руки телефон, каждый из нас уходил на приличное расстояние, пока остальные дожидались на том же месте.

— Привет, мам, — выдохнула я в трубку, понимая, как соскучилась. Услышав ее голос, захотелось обнять и расплакаться. Рассказать, что произошло за все то время, что меня не было рядом. Но я не могла, да и кто в здравом уме поверит в такие бредни.

— Лиля, — обрадовалась она мне. — Наконец позвонила, а то все сообщениями. Я уж было подумала, что вас там удерживают. Все нормально? — обеспокоенно спросила она. — Если нужна помощь…

— Нет, мам, все отлично, — перебила я ее. Хотя, если бы и впрямь меня держали в заложниках, я никак не смогла бы сказать ей об этом. Надо придумать кодовое слово, которое может указать на такие вещи.

— Как долго ты там будешь?

— Я не знаю, правда. Просто пойми, тут я вновь обрела себя.

Ей не обязательно было знать, что имею ввиду, но я почувствовала, что слова ее немного успокоили.

— Я скучаю, дочка, — услышала я нотки слез в ее голосе.

— Я тоже, — не врала я. Обернувшись, видела сквозь деревьев силуэт Маркуса и остальных. — Потом еще наберу, не теряй.

— Когда? Когда, Лиля?

— Через пару недель, возможно, раньше. До деревни, где ловит связь, идти далеко, — говорила я правду отчасти, — но все нормально. Ребята со мной, мы здоровы и счастливы, — а это уже была полная правда.

— Хорошо, дай Бог, — зачем-то напоследок сказала мать.

— Люблю и целую, — отозвалась я нашей коронной фразой.

— И я. Пока

Я вручила телефон следующему, и села на свое место. Да уж, напридумывала я себе свиданье. А на небе зажигались многочисленные звезды.

Глава 43

Оказавшись дома, мы решили растопить баню, чтобы смыть грязь, собранную за день. Валера с Маркусом ушли в сторону реки, и спустя время, я отправилась на их поиск, чтобы напомнить об ужине. Разговор, видимо, был неприятным, потому что Слепого таким расстроенным я не видела никогда.

— Валера, — позвала я его, но он даже не повернулся в мою сторону, а, наоборот, уходил все дальше.

— Что ты ему сказал? — накинулась я на Маркуса, но сама прекрасно знала ответ.

— Тебя все возненавидят, — предрекала я, качая головой, — вот посмотришь.

— А ты?! — его глаза снова проникали в мою душу, и я не успела поставить заслон.

— Что я?! — как-то нервно ответила, отводя взгляд. Для него уже давно была раскрытой книгой, у которой известны все главы.

— Ты ненавидишь?

Можно было лгать сколько угодно: себе, ему, окружающим. Но и вот так просто признаться в том, что готова пойти за