Целители. Вслед за мечтой - Наталья Машкова

Нел боялась идти к нему на первое занятие, после нападения. И не потому, что реально боялась. Она опасалась себя. Того, что не выдержит и вцепится в пылающую прыщами рожу упыря. Но, ничего. Посмотрела она в эту рожу и поняла, что ничего, кроме гадливости не испытывает. И ребят попросила, чтобы молчали и не показывали, что они думают по поводу урода. Успокоила их, жаждущих давать показания. Придёт ещё время.

Ельмин даже не смотрел на неё. Будто и нет её вовсе. Не обращался, вопросы не задавал. Ничего. Радовался, что наивная дурочка не пошла жаловаться? Ждал, когда у неё сойдут следы побоев? Наверное. Как бы там ни было, а только чувствовала Нел, что он вовсе не спокоен на её счёт. Нет. Выжидает. И обязательно ударит…

А пока упырь планировал что-то там ужасное и готовился, они тоже готовились. К походу в бордель.

И вот, в среду, Айса отправилась с визитом в ближайшие к академии заведения не одна, а в компании.

Перво наперво Нел, конечно, замаскировалась. Ей вовсе не улыбалось бороться ещё и с Виллисом, если вдруг он заметит её где-то и решит оттащить в храм. Он, вроде, успокоился и вёл себя, как раньше: мягко и уважительно. Не приставал ни с разговорами, ни со знаками внимания. Ни с чем, на самом деле.

И в то же время, видно было, как хочет он снова "подружиться" с ней. Влезть в доверие. И, если на занятиях Нел могла спокойно и доброжелательно общаться с ним, и то, только по делу, то во всём остальном… Нет! Такого счастья ей не нужно!

Нельзя было начинать "дружбу" с дормерцем. С начальником гвардии короля. Какая разница, если бывшим? Характер и способ решения задач от этого не меняется!.. Она сама виновата в том, что случилось…

Нет! Нел не занималась этими вот глупостями. Не брала на себя всю вину. Но она поняла, что не учла разницу менталитетов разных рас, систем мировоззрения и воспитания. Они были разными. Лучше и не скажешь, хоть это и звучит банально. Разными.

Каким бы хорошим и благородным Виллис ни был, он оставался дормерцем, ценящим себя, своё, и желающим это "своё" охранять. Для неё, боровшейся всю жизнь за свободу и право быть собой, это вот "охранять", означало только одно: запереть, присвоить себе, лишить возможности дышать.

Ну, как могла бы она принять подобное?.. Никак! А потому, как бы ни уважала и ни ценила она Истора Виллиса, но сближаться с ним больше не станет никогда. Просто потому, что это чревато, опасно и не нужно никому из них.

И, слава богам, что где-то есть его пара! Пусть бы она нашлась побыстрее и избавила её от необходимости следить за своими словами и поступками так, словно она бредёт по полю, усеянному магзарядами. И прятаться тогда не пришлось бы, чтобы выбраться в город. Чтобы пойти в бордель.

Звучало смешно. Девушки подтрунивали над собой. Но готовились очень и очень тщательно. Во всех смыслах. И что касаемо маскировки. Они нарядилась в двух средней руки горожанок. Небогатых, но приличных, чтобы не приставал на улице кто попало.

В гигантских чепцах. Особенно внушительным был чепец Нел. Он и должен был таким быть. Чтобы как следует прятать пышную гриву. И чтобы на лицо хватило. Айса сомневалась, что она вообще сможет передвигаться и что-то видеть из-под такой конструкции. Нел смеялась.

Видели бы они её в Лиметте! Вот там у неё был чепец, так чепец! Лавиль правильно охарактеризовал его, что "за ним её и не видно было". Её и не было видно. И не должно было… Ладно, волосы сбрили перед захватом города. Поросль на голове регулярно красили в тёмный цвет. И подстригали снова, как только эти жалкие остатки пытались завиваться. Но ведь глаза нужно было как-то прятать тоже?

Слишком яркие глаза. Для простолюдинки. Для дормерки. Вообще, слишком яркие глаза. Любой маг, увидев их, никогда не поверил бы, что девочка прислуга без магии. Они присмотрелись бы и увидели, что то, что они принимали за жалкие крохи дара, было колоссальнейшим конфликтом магии. Что само по себе сказало бы о том, что девочка очень сильна. Просто разбалансирована.

А раз сильна, значит, и родовита. Даже, если бастард. Для женщины это не имело большого значения. Пусть её не взяли бы замуж, но кто отказался бы от красивой, магически сильной любовницы?

Вот её и прятали. Ставили на самые грязные работы, в самых глухих закутках замка. Она и к Тай в услужение тогда попала совершенно случайно. Лавиль в бешенстве, потребовал все, какие есть, свободные и не свободные руки, чтобы привести в порядок умирающую временную любовницу Чёрного Палача.

Нел не отправили туда. Он сам заметил её, по дороге. Она всего-то мирно выгребала золу в камине дальнего холла, максимально удалённого от покоев Палача и его лекаря.

Лавиль вздёрнул её за руку тогда и заорал, что она отправится в темницу вслед за той девушкой, что не досмотрела за любовницей Командующего. Так, с грязными руками, и притащил в спальню Тай. Забросил в ванную, приказал менять воду и отмыться.

Она, конечно, выполнила приказ. Выпустила остывшую воду, вымыла ванну как следует. Приготовила горячую ароматную ванну. Добавила туда составы, что помогут бедняжке согреться быстрее.

И сама отмылась, конечно. Руки. А перед этим хорошенько измазала лицо. А что, если оборка чепчика задерётся? Ну, и что, что она будет выглядеть дурой и замарашкой? Лучше быть живой дурой, чем мёртвым героем.

Как отец.

Глава 25

Воспоминания не отпускали. Словно шлюзы памяти открылись. И она вспоминала и вспоминала. То, что позволила себе забыть. В мельчайших подробностях. Не упуская ничего… Словно существовала в двух реальностях сейчас: той и этой… Ни занятия не мешали. Ни поход в бордель.

Он не удивил её этот поход. Не поразил. Всё было именно так, как она представляла себе. Роскошные фасады и парадные комнаты, спальни, где принимали клиентов. И