Я ненавижу вас, Доктор Робер! - Вероника Фокс

— Доброй ночи, Марк, — говорит та, вылезая из машины.

— Доброй ночи, Яна.

Я провожаю ее взглядом, пока девушка не дойдет до подъезда, а после, завожу мотор и уезжаю к себе домой.

По приезду домой я делаю себе пасту с ветчиной под сливочным соусом, открываю ноутбук и продолжаю писать статью, ведь работу никто не отменял. Теперь мне нужно завершать работу быстрее, чтобы отвозить Яну домой. Конечно, в какие-то дни придется ей добираться на общественном транспорте, а мне торчать в стенах, окруженным холодильниками и жужжанием центрифуги.

Я поглощаю еду быстрее, чем мне кажется, продолжая попутно записывать в документ фразы и предложения, которые возникают в моей голове. Так я проработал ровно до двенадцати ночи. Вставать мне через шесть часов, чтобы принять контрастный душ, сделать завтрак, одеться и поехать вновь за Яной.

Время, проведённое вдали друг от друга, кажется очень тяжёлым для сердца. Я все время смотря на телефон, в надежде, что Яна мне что-то напишет. Отправит какой-то смайли, или глупый мем для ученых. Хоть что-то, что будет от нее принесет в мою душу небольшое спокойствие.

Перебравшись в комнату на кровать, я продолжаю работать. Еще несколько абзацев, и думаю, что смогу поспать. Но, как назло, сон ни в одном глазу. И работа, почему-то становится, невыносимой.

Я откидываюсь на мягкую подушку и думаю: интересно, Яна уже спит? Или, быть может, смотрит какой-то фильм? Интересно, чем она занимается? Думает ли обо мне?

Конечно, она думает обо мне. Она не может не думать о таком идеальном мужчине, как я. Иначе она бы сегодня не извинилась. А что это значит? Это значит, что она совершенно не против поцелуев на людях.

Но я не могу давить на нее и делать то, что ей не нравится. Хотя соблазн так велик, когда мы остаемся наедине…

С этими мыслями я проваливаюсь в сон, и просыпаюсь лишь тогда, когда звенит будильник.

Сны мне не снятся давно, а если и снятся, то только клетки каких-то вирусов или культивирование.

Примерно в семь часов утра я был уже готов к поездке за Яной. Я не стал звонить, опасаясь, что её неугомонная собака снова будет что-то есть (по-видимому, Яна не кормит её из-за своего капризного характера, и в этом буду виноват я). Поэтому я просто написал ей сообщение и стал ждать ответа. Примерно через десять минут она написала: «Доброе утро. Ок» — и больше ничего.

В конце недели, в субботу, я решил навестить родителей. Моя матушка была очень рада моему визиту.

— Мой дорогой мальчик! — воскликнула она, крепко обнимая меня.

— Привет, мама, — ответил я.

Отец стоял в дверях, сложив руки на груди.

— Как же я соскучилась по тебе! — сказала мать, нежно потрепав меня за несуществующие щёки холодными пальцами.

— Ну перестань, мам!

Я отдал ей ее любимый ореховый торт, который купил рядом с пекарне, а с отцом мы крепко пожали руки.

— Давай, проходи, а то обед остынет!

Я стал разуваться.

— Ты выглядишь бодрым, — подметил отец, и я подумал, что он явно намекает на новость о том, что у меня появилась девушка.

— День становится длиннее, и я продолжаю принимать витамины и следить за своей физической формой, — шутливо ответил я.

— Конечно, — ответил отец, идя со мной до уборной.

Вымыв руки, я глянул на себя в зеркало. И впрямь свечусь, как ультрафиолетовая лампа.

— Как дела на работе?

— Хорошо, — ответил я, усаживаясь за стол. Я провёл здесь так много лет, что, когда возвращаюсь сюда, моё сердце наполняется нежностью и любовью. Даже после того как родители сделали хороший ремонт на кухне, здесь всё равно витает аромат моего детства. — Сейчас начинается исследование ВПЧ в лаборатории. Думаю, что до весенней конференции у меня уже будет хороший пласт исследований.

— Я рад это слышать, — сказал отец, расстилая салфетку у себя на ногах.

Мама тем временем поставила в центр круглого стола большую кастрюлю, источающую аромат вкусного борща.

— Ну а у тебя как дела?

— Еду на зимнюю конференцию в Германию, — отозвался отец, смотря с любовью на то, как мама наливает половником борщ. — Ты не регистрировался?

— Нет, я не смогу поехать на эту конференцию. Мне нужно дописать статью в научный журнал, провести занятия со студентами, принять сессию и…

Мама налила мне борщ в тарелку.

— А ещё мне доверили студентку, которая в прошлый раз провалила экзамен по английскому языку при поступлении в аспирантуру.

— Мне казалось, что нянчиться со студентами — совершенно не твое, Марк, — отец взял ломтик хлеба из хлебницы.

— Мне нравится видеть в их глазах огонь и желание постигать науку, — сказал я, зачерпнув сметану из банки. — Наблюдать, как эти детишки постепенно наполняются знаниями, как их хрупкий скелет становится крепким и сильным.

— Ты прям как Робинзон Крузо, правда, в науке.

— Ты мне льстишь, — взявшись за сердце, я по театральному показал, что этот комплимент прямо в самое сердце.

— Кушай, давай, кушай! — подначивала меня мама и я выполнил ее просьбу. Все-таки, ее домашний борщ — самое любимое мое блюдо детства.

— Ну а у тебя, мам, как дела?

— Да неплохо, — сказала она, наконец-то сев за свое место. — Бывало, конечно и лучше, но все-равно не плохо.

Мы замолкаем. Я наслаждаюсь вкусным супом, пока мама не спрашивает в лоб:

— Что это за девушка такая у тебя появилась?

Я был готов к такому вопросу, впрочем, приехал сюда лишь по этому поводу.

— Она прекрасная, — многозначительно отвечаю я. — Мы с ней очень похожи.

— И кем она работает?

— Скажу так, что мне повезло вдвойне, — выпрямив спину, откладываю ложку. — Яна моя коллега по работе, а еще я ее научный руководитель.

— И сколько ей лет?

— Двадцать четыре года.

— И вы работаете вместе?

— Да. Я говорил, что нам требовался сотрудник. Но, к сожалению, в сентябре я был в отпуске, поэтому ее взяли быстро. На удивление, Яна очень смышленая девушка. Мы только начали с ней встречаться, поэтому узнаем друг друга поближе.

Конечно, маме не особо пришелся по вкусу мой ответ.

— И что ты планируешь делать?

— В плане?

— Ну… — Отец всё это время ест