Дрянь такая! - Ирина Мельникова

Первым делом я заехала в магазинчик, где продавали хорошую косметику. Его для меня открыла Людмила, и я нисколько об этом не пожалела. Продавцы меня знали, и посоветовали взять для подарка духи «Маги нур», хорошую тушь для ресниц и помаду. Я так и сделала. Все это обошлось в приличную сумму, но что не пожалеешь для того, чтобы докопаться до истины. Тем более, я знала, что Алька не смеет позволить себе столь дорогую косметику и духи, и пользуется дешевой, польской или даже китайской.

Конечно, я предполагала, что можно обойтись коробкой конфет или шоколадкой. Но с Алькой мы когда-то крепко дружили в школе, и она была славной девчонкой. Жизнь у нее не сладилась. Муж бросил с трехлетним сыном на руках, и ей так и не удалось выйти замуж.

Мне повезло. Альбина сегодня работала, но возле ее окошка толпилось не менее десяти человек. Я набрала номер ее телефона по сотовому.

— Аля, — сказала я, — ты мне очень нужна. Надо срочно поговорить. Я уже здесь. Подними голову, я в десяти шагах от тебя.

Она подняла голову, улыбнулась и тотчас вывесила табличку «Технический перерыв». Люди в очереди недовольно заворчали, но Алька махнула мне рукой в сторону зала ожидания.

Я прошла в зал и опустилась в свободное кресло. Следом появилась Альбина. Она сильно похудела, и походила сейчас на девочку-подростка. Я знала, что у нее проблемы с сыном. Не хочет учиться, связался с какими-то темными личностями.

— Привет, — сказала она и поцеловала в щеку. — Какими судьбами?

— Аля, не буду отвлекать тебя от работы. Скажи только, могу я узнать, куда могла уехать моя знакомая? Она покупала билет в одной из ваших касс. Я знаю, только, что она уехала позавчера иркутским поездом, в восьмом вагоне.

— Восьмой вагон — купейный, — Альбина пожала плечами. — Узнать можно, хотя наше начальство подобных вещей не любит. Скажи, если не секрет, зачем это тебе? И кто она?

— Очень неприятная особа, — ответила я. — Задолжала мне кучу денег, и смылась. Я хочу найти ее.

— Тут нет криминала? — Альбина насторожилась.

— Аля, — сказала я укоризненно, — какой криминал? Я просто напомню ей про долги.

— Ладно, я попробую, — Алька покачала головой, — но учти, если что, я здесь не причем!

— Можешь не сомневаться! Честное пионерское, я тебя не подведу.

Она засмеялась, а я открыла сумочку, и достала красиво упакованный пакетик.

— Это тебе! Знаю, у тебя скоро день рождения. Думаю, пригодится.

Алька быстро развернула пакетик, охнула, и ее глаза расширились от удивления.

— Анюта, зачем? Это ж стоит уйму денег?

Но ее щеки зарозовели от восторга, и я подумала, сколь мало нужно женщине, чтобы почувствовать себя счастливой.

— Успокойся, — сказала я. — Не думай, что плачу тебе за услугу. Это от души. Для красивой женщины — хорошая косметика.

— Спасибо, — тихо сказала Альбина, и, глянув на большие часы, висевшие на стене зала ожидания, вскрикнула: — Ой! Мне уже пора! Подожди пять минут и подойди к справочному. Я постараюсь разузнать все, что нужно. Как зовут твою пассажирку?

— Волкова Марина. Она ехала с грудным ребенком, значит, на нижней полке.

— Понятно, — Алька улыбнулась и поднесла пакетик к носу. — Все, девки обзавидуются. Спасибо тебе!

— Позвони мне на сотовый, когда что-то узнаешь, — попросила я.

— Ладно!

Алька чмокнула меня в щеку и убежала.

Но прошло почти двадцать минут, когда она, наконец, позвонила.

Я подошла к справочной, и Алька вышла ко мне с клочком бумаги в руках.

— Ну, ты и задачку задала мне, подруга! — сказала она. — Не было никакой Волковой в этом поезде. Я на всякий случай проверила все вагоны.

У меня, видно, вытянулась, лицо, но Алька хитро улыбнулась.

— Но я все-таки кое-что обнаружила. Твоя Марина — красивая молодая женщина лет двадцати пяти, и ребенку где-то месяцев шесть? Темненькая, модно одетая?

— Ну да, — произнесла я растерянно. — Ты-то откуда знаешь?

— Позвонила бригадиру проводников. Его бригада обслуживала этот состав, и сегодня они вернулись из поездки. Он мне назвал фамилии проводниц восьмого вагона. А дальше дело десятое… Словом, ехала в восьмом вагоне на одиннадцатом месте молодая женщина с ребенком. До Озерков, это станция такая, километров двести от нашего города. Сошла под утро, никто ее не встречал. Проводница помогла ей вынести коляску и чемоданы. Я проверила по компьютеру. Женщину действительно зовут Марина, но она не Волкова, а Сухорукова.

— Сухорукова? Ну да, Сухорукова! — Я постаралась не подать виду, как меня огорошило подобное известие. — Я совсем забыла, Волкова это ее девичья фамилия, а по мужу она Сухорукова.

— Ну, вот и славно! — обрадовалась Алька. — Рада, что помогла тебе. Только смотри, чтобы начальство не узнало. Выгонят к чертовой матери с работы!

— Не узнает, тут я — могила, — поклялась я и поцеловала ее в щеку. — Спасибо тебе!

— Забегай! — Алька протянула мне бумажку, где были записаны фамилия и имя, а также номер места, которое занимала Марина, помахала мне рукой и скрылась в справочной. Возле ее окошка уже шумели недовольные пассажиры.

Я посмотрела на бумажку, скомкала ее и выбросила в урну для мусора. Фамилию Сухорукова я не забуду в любом случае. Случайно или, наоборот, неслучайно, но моя дорогая подруга носит ту же самую фамилию. Я знала, от первого брака. Что ж, хочу я того или нет, но мне вновь придется заехать в кафе «Эвридика» и задать несколько вопросов Людмиле. Людмиле Сухоруковой. И попутно разобраться, почему она так поспешно сбежала от меня сегодня утром?