Искаженное соглашение - Мила Кейн

Мама хлопнула в ладоши.

— Глупая я, вы еще даже не поздоровались друг с другом… давайте, я знаю, какой бывает юная любовь.

Она полуотвернулась и махнула рукой между нами.

Рот Ашера скривился в ухмылке, и он подошел ко мне.

— Значит, твоя мать сумасшедшая, — пробормотал он и наклонился, чтобы запечатлеть целомудренный поцелуй на моей щеке, явно для одобрения моей матери; она определенно наблюдала за нами.

— Когда ты богат, это называется эксцентричностью, — пробормотала я в ответ и неловко похлопала его по руке в знак приветствия.

— Конечно. Я собираюсь уйти. Шоппинг — это не мое, — тихо сказал он.

Мама повернулась и велела продавцам принести костюм, который она выбрала ранее.

Я отчаянно схватила его за руку.

— Нет. Не уходи. Пожалуйста... я никогда не видела ее такой, — быстро прошептала я.

Ашер прищурился.

— Я не подписывался на смену облика или показ мод для твоей матери. Я не кукла Кен-бунтарь и не нуждаюсь в починке.

— Она никогда не говорила, что ты такой. Она хочет сделать что-то хорошее. Мама думает, что ты искренне переживаешь о том, чтобы понравиться моему отцу… пожалуйста, — пробормотала я, умоляя его взглядом.

Он долго смотрел на меня сверху вниз, а потом вздохнул, и я поняла, что победила.

— Ладно, убери от меня эти глаза Кота в сапогах. Я померяю один костюм, — предупредил он.

Я с облегчением выдохнула.

— Конечно. Только один. — Я улыбнулась ему. — Не забывай... ты теперь мой парень, — напомнила я ему шепотом.

Он вздохнул, но на его губах играла ухмылка.

— Как будто я мог забыть об этом. Прекрасно, я позволю твоей маме нарядить меня... но я хочу кое-что взамен.

От темного, горячего взгляда его глаз у меня подкосились колени.

— Что?

— Я расскажу тебе… когда мы останемся одни.

Не могу дождаться.

22. Ашер

Час спустя я смотрел на себя в зеркало и думал, как, черт возьми, моя жизнь дошла до такого. Вдоль стены висели костюмы, которые стоили больше, чем я заработал за год на своих подработках.

Мать Уинтер ушла после того, как вынудила меня примерить бесконечное количество костюмов.

С меня хватит.

Если бы не умоляющий взгляд Снежной королевы, стоящей в совершенно непристойном теннисном наряде, я бы уже давно убрался отсюда.

Костюм, который сейчас был на мне, стал последней каплей. Он был черным, острым, как стекло, и самым дорогим из всего, что я когда-либо носил. У него был какой-то широкий сложный галстук, который я понятия не имел, как завязывать. Я оставил его висеть на шее и вышел.

Мать Уинтер, похоже, забрала с собой ассистенток, потому что в примерочной стало тихо. Уинтер ждала, прислонившись к одному из зеркал в полный рост, явно скучая. Я воспользовался шансом понаблюдать за ней, пока она меня не заметила. Она наклонилась, чтобы поправить носок, предоставив мне идеальное отображение своей попки в зеркале. Между ее ягодицами виднелся клочок кружева, и больше ничего. Это были одни из тех стрингов, которые я разрезал? Или она пополнила свои запасы целыми трусиками? У меня возникла внезапная и настоятельная потребность узнать. Вместо того, чтобы успокоить мою одержимость, прошлая ночь лишь бесконечно усилила ее. До сегодняшнего дня я никогда не испытывал трудностей с тем, чтобы встать с постели на утреннюю тренировку, ни разу. Но ведь раньше рядом со мной никогда не лежала светловолосая дьяволица.

— Это последний. Я ухожу отсюда, — сказал я и направился к ней.

Она выпрямилась и, увидев меня, закатила глаза.

— Перестань вести себя так, будто я терроризирую тебя. Это не пытка, а просто шоппинг.

— И это будет не убийство, а просто самооборона, если он продлится немного дольше.

Она улыбнулась и поманила меня пальцами.

— Подойди сюда и посмотри в зеркало.

— Теперь, когда твоя мать ушла, давай покончим с этим.

— С тем же успехом мы могли бы купить тебе костюм к ужину. Не зря же ты их все перемерил, — пробормотала она, оглядывая меня с ног до головы.

Я придвинулся ближе.

Она подперла рукой подбородок и рассматривала меня.

— Мне нравится этот. Думаю, он мой любимый.

— Как ты их различаешь?

— Легко. Этот тебе действительно подходит... ты выглядишь в нем почти изысканным, — пробормотала она, подходя достаточно близко, чтобы дотянуться до развязанного галстука у меня на шее. — Пока мы тут… можно?

Уинтер не стала дожидаться моего ответа. Она просто использовала галстук, чтобы наклонить меня к себе, и принялась за дело.

— Я могу оставить его частично завязанным, чтобы потом ты просто надел его через голову, — пробормотала она, не отрывая взгляда от своей работы.

— Зачем? Разве здесь не продают те, что на резинке? — невозмутимо спросил я.

Ее голубые глаза метнулись в мои, чтобы проверить, шучу ли я.

— Я знаю, как завязывать галстук, Снежная королева.

— Я знаю, но это шейный платок. Хотя к этому костюму прекрасно подойдет и классический галстук.

Уинтер была так поглощена тем, чтобы правильно завязать узел, что я не смог удержаться и положил руки ей на бедра. Она не заметила. Она привыкала к моим прикосновениям, и это меня вполне устраивало. Мне нужно было, чтобы она жаждала моих прикосновений так же сильно, как я жаждал ее.

Я позволил своим рукам скользнуть вниз, блуждая по ее упругой, круглой попке в теннисной юбке. Меня никогда не интересовал этот вид спорта, но прямо сейчас я мог видеть его преимущества.

Мои руки скользнули под юбку. В зеркале позади нее мне открылся прекрасный вид на слегка загорелый изгиб ее попки. Я крепко сжал ее, наслаждаясь видом моей смуглой татуированной руки на ней.

— Что ты делаешь?

— Решаю какую оплату взять за это испытание. Ты не можешь ожидать, что мужчина перенесет подобную пытку без какой-либо компенсации. Не спорь из-за этого. Будь хорошей девочкой и заплати мне за потраченное время.

— У меня в сумке есть наличные, — парировала она, выгнув бровь. Ее щеки пылали. Мне нравилось смотреть на взволнованную Уинтер. Эта версия была моей любимой.

— Пас. Отныне я принимаю плату по своему выбору, — пробормотал я, позволяя своим пальцам блуждать между ее ягодиц, проводя вверх и вниз по ее расщелине. Ее стринги, к сожалению, были целые. Именно поэтому трусики без промежности были лучшими. Я мог бы засунуть в нее палец прямо сейчас.

Уинтер предпочла игнорировать мои прикосновения, хотя пульс сильно бился на ее шее. Она похлопала по узлу галстука, доводя его до совершенства.

— Ты ужасно