Читающая ветер - Анастасия Аристова

где-то около получаса. Наконец, заглушив мотор, Ян ловко слез с трайка и перед моим взором открылся вид на необычный дом. Он висел над землей, зажатый меж деревьев, сколоченный из досок и веток. Крышу этого строения покрывала огромная железная пластина. Она была вся в вмятинах, и не совсем понятно как была закреплена, казалось, что она вот-вот съедет. Также я заметила две веревочные качели внизу, они походили на две тоненькие ножки, казалось, дом взлетел как наседка и уместился в кронах деревьев.

- Его ты мне хотел показать? - я перевела взгляд на Яна.

- Нет, идём, это в внутри.

Друг быстро и легко вскарабкался по веревочной лестнице и уже сверху крикнул:

- Залезай!

Лестницу я преодолела быстро, а когда поднялась, увидела Яна сидящим на полу. Перед ним лежала шахматная доска. Большой спил дерева раскрашен в темные и светлые клеточки, на них расставлены черные и белые фигурки, также вырезанные из дерева.

- Представляешь, мне папа их сделал, - радостно произнёс Ян, он был счастлив.

Я много раз слышала от него о шахматах и о том, что отец учил его играть на бумаге, о стратегии и тактике, о том, что фигуры это воины, а доска – поле боя. Он мечтал сыграть когда-нибудь по-настоящему. И сейчас он смотрел на меня в предвкушении.

- Эвелина, составишь мне компанию? - и ловко начал расставлять фигурки на свои места.

Я села напротив, взяла одну из фигурок и покрутила в руках.

- Они красивые…, - но не успела я это произнести, как на улице послышался громкий шум двигателей. Вскочив, мы выбежали из дома.

В одной из машин я увидела своего отца, он криво улыбнулся, ступая на землю и громко произнес:

- Спасибо, Эвелина, что привела нас к ним, - и ещё громче добавил, - взять всех!

Я в ужасе посмотрела на Яна, он прожигал меня взглядом, в котором читалась ненависть.

Ложь не во спасение

Варвара

Боль, нескончаемую боль испытывала девочка, по имени Эвелина, в тот день. На её глазах развернулась бойня, в которой люди убивали, тех кого называли нелюдями, а по сути таких же как они. Я совсем ничего не понимала, в её воспоминаниях люди и нелюди выглядели одинаково, без разницы, был ли это ребёнок или взрослый, он совсем не выглядел так, как я помнила их. Не было тех монстров, которых мы уничтожали каждый раз, когда ездила на задания. Но это была Земля! Я узнала отца девушки, им был Михаил - надзиратель в Спарте.

Я продолжила просматривать воспоминания девушки с желанием понять и разобраться, что именно здесь происходит, но чем больше я видела тем больше я падала в уныние, злость, отчаяние. Так нельзя!

Распахнув глаза, я резко встала, подошла к окну. Голубое небо, солнце, зелёная трава, кусты и деревья с пожелтевшей листвой и огромный белый купол.

- Ненавижу! - прорычал и резко ударила кулаком о стекло. Боль от удара притупила эмоции и по моим щекам полились слезы. Тёплые, сильные руки коснулись меня и обняли за талию.

- Опять бьешь стекла, - тихо произнёс Боул. - Что ты видела?

- То, что от нас скрывали. - не сдержавшись я шмыгнула носом, и громко вздохнула, начала рассказ. - Оказывается есть специальные учебные заведения где учат на таких как она. - я кивнула в сторону Эвелин. На надзирателей. На самом деле все логично, откуда ж им взяться?

Я снова вздохнула:

- Боул, мне тяжело. Я только, что узнала, что моя жизнь на Земле была бессмысленна. Была ложью. И нет, эта ложь была не во спасение. Просто им было так удобно. - Я покачала головой

- Расскажи мне, Варвара, - и он крепче прижал меня к себе. Его объятия успокаивали.

- Люди, они всегда были любопытными. Мы неизменно ищем что-то новое, исследуем, изобретаем. Так, однажды в Сибири нашли вирус в вечной мерзлоте, - начала я и поведала историю, которую однажды уже рассказывала Верку. - Сначала решили, что он безвреден, но спустя время обнаружили, что этот вирус, атакуя простейшие организмы, изменяет их поведение. С течением времени вирус мутировал и стал заразным для людей. Он поражал мозг, и человек становился мутантом. Ничего человеческого в нем не оставалось не внешне, не внутренне и такие нелюди уничтожали все живое на планете. Как могли люди боролись с ним: лекарствами, вводили карантин. Но это не помогало, вирус буйствовал по всей Земле. Тогда разразилась самая страшная война, человечество поделилось на тех, кто считал, что можно переждать и на тех, кто считал что надо сжигать, там где появлялся хоть один заболевший. В те дни на Земле творился хаос. Города сгорали один за другим и никто не знал, что делать, тогда то и возникли эти лагеря. Полностью стерильные, неприступные, охраняемые новейшими технологиями, они были предназначены для того чтобы хоть часть населения выжила, не превратилось в монстров.

Я вздохнула и проглотила ком в горле, а вместе с ним и горькую правду, которая открылась мне только что.

- Но, нас обманули. Да, действительно был вирус и сгоревшие города. Была и война. Недолго. А затем человеческий организм выработал иммунитет, и лишь глаза фиолетового цвета могут сказать о том, что человек переболел этой заразой. Но и это не обязательно. Понимаешь?

Задумавшись, Боул кивнул:

- Да, большую часть рассказа я понял. Единственное, ты сама говорила, что видела нелюдей собственными глазами. Что-то не совпадает.

- Ты прав, и этот кусок правды особенно отвратителен. На задания мы всегда одевали снаряжение, в том числе и шлем, который должен был нас защитить от вируса. Нам говорили, что с помощью встроенных фильтров он очищает воздух. Но и это было ложью. Основной целью данного устройства не защита нас, а дезинформирование. Это приспособление было ничем иным как виртуальным шлемом дополненной реальности, он дорисовывал нам то, чего нет. - Я грустно усмехнулась, - а еще он полностью заглушал звуки для того, чтобы мы не смогли не с кем заговорить. В том числе с теми кого называли “нелюдями”, то есть с местными людьми. А в случае если солдат его снимал - его уничтожали. Они все продумали! Ненавижу! - на меня снова накатила волна истерики. - Понимаешь, мутантов больше нет. Человек может жить вне лагерей, не боясь вируса, как здесь живут надзиратели. Нас обманывали, выходя на задание мы уничтожали