Бесчувственный Казанова - Л. Дж. Шэн

Через несколько минут я почувствовала, как подкашиваются колени, и громко всхлипнула. Удовольствие было невыносимым, по телу пронеслась мощная волна возбуждения. Я извивалась и дергалась, ощущения были слишком сильными, слишком приятными, слишком яркими.

– А-х-х-х-х-х-х-х, – простонала я.

– Нет. – Риггс убрал руку от моего интимного места, которое все еще пульсировало, разомкнул мои губы пальцем и заставил их облизать. – Скажи мое имя.

– Риггс. – Я громко дышала. – Риггс.

Риггс. Риггс.

Неужели я любительница кричать в постели?

– Черт, – тихо выпалила я. – Не могу поверить, что кри…

Но, прежде чем я успела договорить, он дернул меня назад, и я вдруг оказалась на полу.

– Моя очередь. – Риггс навис надо мной, приблизившись лицом к моему лицу. Мои губы разомкнулись, будто по собственной воле, призывая его поцеловать меня. Но он уже направил хмурый взгляд туда, где скоро соединятся наши тела, и спускал свои джинсы.

Я принялась сбрасывать нижнее белье и брюки с лодыжек, желая ускорить процесс. Риггс схватил меня за бедро и прижал, удерживая на месте.

– Не снимай. Так сильнее ощущения.

Он хотел сделать это, пока мои ноги почти сведены?

– А он поместится? – спросила я и подняла взгляд от достоинства, которое он сжимал.

Риггс одарил меня самой ослепительной, самой душераздирающей улыбкой с ямочками на щеках. От мысли, что эта улыбка никому не принадлежала, что у нее не было дома, не было человека, который любил бы ее и с нетерпением ждал в конце дня, мне хотелось плакать.

– Как-нибудь пролезет. – Он выставил два пальца. – Слово скаута.

Я приподняла бровь.

– А ты-то был скаутом?

– Еще чего.

Риггс наклонился к груди, которую недавно отпустил, и прикусил чувствительную кожу. Я задрожала. Я вот-вот снова достигну пика, а он еще даже не начал. С этим мужчиной потом никто не сможет сравниться, и он прекрасно об этом знал.

Риггс опустил руку мне между ног и, согнув пальцы, задел точку, которую Би Джей никогда даже не пытался найти. Он провел губами по моему лбу и застонал, развевая дыханием волосы возле моего лица.

– Ты такая возбужденная, Даффи.

Я покраснела, опустив голову. Риггс взял меня за подбородок и приподнял лицо, чтобы я посмотрела ему в глаза. Но все равно не поцеловал меня, и это сводило с ума.

– Ты все еще хочешь этого? – прохрипел он. – Никогда не поздно передумать.

– Боже, нет.

Выражение его лица стало напряженным.

– То есть да! – в панике уточнила я. – Я все еще хочу этого. Нет, я не передумала.

От облегчения, отразившегося на его лице, у меня участился пульс. Он достал презерватив из кармана и использовал его. В глубине души я порадовалась, что принимаю противозачаточные таблетки.

Риггс опустил руку между нами, развел мои бедра, насколько позволяли спущенные до лодыжек брюки, и медленно вошел. Мы, соприкоснувшись лбами, наблюдали за процессом. Я никогда и ни с кем не делала ничего более возбуждающего в постели. По иронии я, строго говоря, и не была сейчас в постели.

– О боже. – Я опустила голову на пол и закрыла глаза. – Все равно что смотреть, как волшебник достает ленточки изо рта, только наоборот. Он у тебя бесконечный.

Риггс запрокинул голову, издав и стон, и смешок одновременно.

– Ты молодец, Поппинс.

Я пискнула в ответ. Ощущала себя наполненной до дискомфорта. Будто меня начинили до краев. Чувство было странным, но не неприятным. Риггс замер, чтобы дать мне возможность привыкнуть.

– Говорил же. – Риггс прошелся взглядом по моему телу и с загадочной улыбкой остановился на глазах. – Поместился.

– С трудом. – Я надула губы. – Ну, зато хотя бы приятно.

По крайней мере, я так думала. Потому что потом он начал двигаться.

И стало не просто приятно. А божественно.

Пока Риггс двигался, я поняла, что нет вообще ничего общего между тем, чем занимались мы с Би Джеем, и тем, что происходило сейчас. Было так хорошо, что хотелось плакать. Казалось, будто Риггс чиркнул спичкой и зажег всю комнату. Пляшущие вокруг нас языки пламени ласкали мою кожу.

Второй пик удовольствия настиг меня через пять минут, но я продержалась еще пятнадцать, после чего Риггс раздул ноздри, напряг челюсти и достиг кульминации.

С запрокинутой головой, светлыми локонами, обрамлявшими его лицо, словно нимб, и острыми, как лезвие, римскими чертами лица, он выглядел так, что было трудно не увидеть в нем жестокое искушение.

Это был без преувеличения лучший секс в моей жизни.

И к сожалению, он на одну ночь.

Дойдя до кульминации, Риггс навалился сверху. Я зачарованно рассматривала его лицо. Он первым нарушил молчание.

– Ну что? Выбросила его из головы? – Риггс говорил равнодушным тоном, и я уже мысленно представила, как через пять минут он закурит сигарету и сядет раздетым по пояс у окна с видом на улицу.

– Эм… да, спасибо.

Он поцеловал мое обнаженное плечо.

– Всегда пожалуйста, женушка.

Я громко сглотнула, услышав это слово. От него оно прозвучало мучительно безупречно, но я знала, что Риггс никогда не скажет этого всерьез.

А ты этого хочешь? Вы полные противоположности. Начали с взаимной ненависти, что было всего месяц назад.

Но, быть может, я правда этого хотела. Какая разница, что Риггс не зарабатывал кучу денег? Я могла стать добытчицей. Мы могли быть счастливы. Очень жаль, что он никогда даже не допустит такой мысли.

– Хм, Поппинс? – Он щелкнул пальцами у меня перед глазами, и я поняла, что ненадолго отправилась в Страну фантазий.

– Да? – Я прокашлялась.

– Почему пахнет так, будто у тебя в квартире пожар?

Я сонно посмотрела на него, пока не вспомнила, что оставила включенный утюг на кровати.

– Вот черт! – Я оттолкнула его и вскочила на ноги. Забыла, что так и не сняла брюки, и чуть не упала на кровать. На кровать, которая, скорее всего, полыхала.

Риггс оттащил меня обратно в безопасное место. Встал. Мы оба в потрясении уставились на мой матрас.

Утюг прожег рукав блузки. На красивой рубашке виднелась дыра с обугленными краями. Жар прошел через плитку и оставил темное пятно на одеяле. Риггс взял утюг, отнес к окну в гостиной и перевернул его, чтобы остудить.

– Надеюсь, ты не рассчитываешь, что он заработает.

Риггс взял маркер из стаканчика с ручками