Мятежная красавица - Бренда Хайатт

По дороге в театр Маркус едва ли заметил, что Куинн чем-то озабочена, потому что сам думал о полученном письме от Люка. Его друг писал, что собирается вернуться в Лондон в начале августа, то есть менее чем через две недели. После разговора с Пакстоном Маркус понял, что именно теперь необходимо предоставить доказательства непричастности Люка к Ангелу Севен-Дайалс, а это означало, что ему придется поработать этой ночью.

В театре собралось довольно много публики, однако лорд Клэридж быстро заметил племянницу и поспешил навстречу молодой паре.

– Как я рад снова видеть тебя, моя дорогая. Кажется, новая жизнь пошла тебе на пользу. Не правда ли, милые дамы? – Он обернулся к жене и дочери.

Леди Клэридж улыбнулась своей привычной натянутой улыбкой и процедила сквозь зубы:

– Вы действительно неплохо выглядите, леди Маркус.

– О, кузина, это правда! – совершенно искренне воскликнула леди Констанция. – Какое у тебя красивое платье! Лорд Маркус, а мы с вами теперь тоже стали родственниками. – Она протянула ему руку для поцелуя.

Маркус тепло поздоровался со всеми, испытывая к этим людям, невольно принявшим участие в его женитьбе, большую симпатию, чем раньше.

– Для меня большая честь быть связанным с вами, леди Констанция, – сказал он, склоняясь над ее рукой, а затем над рукой ее матери.

– Хочу предупредить вас, лорд Маркус, я обещал моему зятю, что буду вместо него следить за благополучием Куинн. – Хотя маркиз говорил в своей обычной шутливой манере, его глаза оставались совершенно серьезными. – Дорогая, ты счастлива? – спросил он, поворачиваясь к племяннице.

Та улыбнулась в ответ:

– Кажется, папа не ошибся в отношении лорда Маркуса. Он показал себя как прекрасный муж.

Куинн бросила на Маркуса игривый взгляд, заставив слишком живо вспомнить полуденную трапезу в его спальне.

– Надеюсь, вы можете то же самое сказать и о вашей жене? – спросила леди Клэридж, скептически приподнимая одну бровь.

– Она самая прекрасная из всех жен, мадам, уверяю вас, – ответил Маркус.

– Лорд слишком добр ко мне, – перебила мужа Куинн. – Боюсь, со мной у него много хлопот, так как я совершенно не знакома с английскими правилами поведения.

– Ничего подобного, – тут же возразил Маркус. – Я считаю, что Куинн ведет себя очень естественно и делает не больше ошибок, чем могла бы сделать девушка, выросшая в провинции.

Лорд Клэридж кивком выразил свое согласие.

– Она, конечно же, привыкла к большей независимости, чем принято у нас. Однако я никогда не считал это признаком плохого воспитания и рад слышать, что это не стало для вас проблемой.

Леди Клэридж тихо фыркнула, но, к удивлению Маркуса, не стала перечить мужу. Судя по всему, в этой семье произошли значительные изменения. Как ни странно, теперь леди Клэридж и ее дочь казались счастливее, чем раньше.

Они медленно шли по фойе к своим местам.

– Дорогая, ты уже знакома с лордом Фернуортом и сэром Сирилом Уэзером, – сказал Маркус, заметив двух своих друзей.

Теперь ему казалось странным, что раньше он находил их общество крайне приятным.

Ферни поцеловал Куинн руку и сказал:

– Рад снова видеть вас, леди Маркус. Вы так же очаровательны, как и раньше.

Куинн едва не отдернула руку, и Маркусу показалось, что ее ответная улыбка была скорее зловещей, чем приветливой.

– Благодарю вас, – пробормотала она и тут же повернулась к сэру Сирилу, впрочем, тепла в ее улыбке при этом не прибавилось.

Неужели Ферни каким-то образом умудрился обидеть ее? Нужно будет выяснить это и при необходимости задать бывшему приятелю хорошую трепку, подумал Маркус. Эти мысли лишний раз заставили его задуматься о том, как сильно он изменился сам.

– Прошла целая вечность с тех пор, как мы в последний раз веселились по-настоящему, – сказал ему Ферни. – Конечно, я понимаю, у тебя теперь другие развлечения, – он многозначительно подмигнул Куинн, которая демонстративно отвернулась в другую сторону, – но ночь в игорном доме пойдет тебе на пользу. Что скажешь, если после спектакля мы встретимся за карточным столом?

Маркус невольно улыбнулся: этого красавца ничто не могло исправить.

– Боюсь, не смогу принять твое приглашение, но все равно спасибо. Я покончил с азартными играми. Но может быть, встретимся завтра на балу у Уиттингтонов?

– О да, я обязательно буду там. Но скажи, как ты можешь жить без... – заметив взгляд Куинн, Ферни тут же осекся. – Увидимся позже, – пробормотал он и вместе с сэром Сирилом отправился занимать места.

– Не обращай внимания, – сказал Маркус, увидев, что жена выглядит явно рассерженной. – Он большой шалопай, но не такой уж плохой человек.

– Ты действительно так думаешь? – Куинн с сомнением посмотрела на супруга.

– Если он не следит за тем, сколько выпил, то может, конечно, стать неприятным. Однако сам по себе Ферни веселый и добрый. Но обязательно дай мне знать, если он скажет или сделает что-то, оскорбившее тебя.