Подружки - Патрик Санчес

— А сейчас тебе стало лучше, и ты собираешься всего-навсего поесть. Кроме того, как она узнает? — говорила Шерил, когда они выходили из квартиры.

Шерил надо было наведаться в свой офис в Фоллз Черч, поэтому они поехали в Виргинию, собираясь перекусить где-нибудь там.

— Вон «Руби тьюздейс». У них неплохой салат-бар, — предложила Шерил.

Шерил, ты же знаешь, я не люблю салат-бары. Множество людей, каждый со своими микробами, толкутся над общими блюдами с пищей. Не стоит туда идти. У меня все еще изжога после ужасного буфета, где мы обедали вместе с Ширли в прошлом месяце.

— Тогда давай зайдем сюда. — Шерил указала на маленький неприметный ресторанчик, скромно притулившийся среди десятка магазинов, построенных вдоль шоссе. — Смотри, на вывеске написано, что ресторану уже тридцать лет. Там наверняка вкусно готовят.

— Ну что ж, давай проверим.

Заехав на стоянку перед рестораном, они проворно выбрались из машины и вошли внутрь. Коренастая расплывшаяся женщина за стойкой как-то странно посмотрела на них.

— Чем могу помочь? — спросила она, словно молодые люди заблудились или зашли не туда.

— Добрый день. Два места за столиком для некурящих, пожалуйста.

Удивленно приподняв брови, женщина взяла со стойки две карточки меню и жестом пригласила Питера и Шерил следовать за ней.

Проходя между столиков, Шерил не могла избавиться от ощущения, что все без исключения посетители ресторана (здесь почему-то были одни белые) уставились на нее. Интуиция подсказывала, что она попала на вражескую территорию. Как у многих темнокожих, у Шерил выработалось шестое чувство, подсказывавшее ей, что она находится среди расистов. Иногда страхи оказывались напрасными, но на этот раз интуиция сработала как точнейший радар.

Хозяйка усадила их за маленький столик в глубине ресторана, положила перед ними меню и удалилась, не сказав ни слова.

— Господи, этого еще не хватало, — простонал Питер, когда они заняли свои места.

— Что такое? — спросила Шерил.

Питер глазами показал на стену за ее спиной. Обернувшись, Шерил увидела огромный флаг конфедератов.

— Пойдем отсюда. Похоже, нам здесь не рады. — Питер приподнялся.

— А ну прижми задницу обратно. Никуда мы не уйдем. Именно этого они и добиваются.

— Я и не предполагал, что подобные заведения еще существуют, по крайней мере в наших краях.

— Наивный белый маленький мальчик, — буркнула Шерил, открывая меню.

— На нас все смотрят, Шерил. Ты уверена, что стоит тут оставаться?

— Не обращай внимания, большой ребенок. Это свободная страна. Мы можем обедать везде, где хотим, — храбрилась Шерил. На самом деле ей было не по себе. Стена справа от нее была увешана фотографиями в рамках. Судя по всему, на них были увековечены особые события из жизни ресторана с участием постоянных клиентов, среди которых не было ни одного темнокожего.

Пожилая официантка довольно вежливо приняла у них заказ на напитки. Молодые люди углубились в чтение меню, когда крупный мужчина с окладистой бородой, в тесной фланелевой рубашке, проходя в туалет мимо их столика, пробурчал: «Вот уж кого нам совсем не нужно».

— Простите, вы что-то сказали? — громко спросила Шерил, хотя отлично расслышала его слова.

— Шерил, что ты делаешь? — насторожился Питер.

— Этот джентльмен что-то сказал, проходя мимо. Я лишь хочу убедиться, что правильно поняла его.

— Я сказал, — повернулся к ним бородач, — «вот уж кого нам совсем не нужно».

— И кого же вы имели в виду? — не унималась Шерил, не обращая внимания на умоляющий взгляд Питера, красноречиво призывавший ее не связываться.

— Слушайте-ка, леди, я ничего не имею против вас лично, но неужели мы так много просим — всего лишь одно место, одно-единственное, черт побери, место, где мы можем встречаться с себе подобными?

— Вам не кажется, что себе подобных вам лучше поискать в зоопарке?

— Мисс, боюсь, вам придется уйти, — резко заявила хозяйка, прежде чем бородач успел ответить.

— Мне?!

— Да, вам. Уходите немедленно, пока дело не приняло плохой оборот. Уж кому-кому, а вам здесь делать нечего.

— Ладно, Шерил. Пошли отсюда, — сказал Питер. Все взгляды были по-прежнему устремлены на них. Он взял спутницу за руку и почти потащил за собой. Кипя от возмущения, Шерил волей-неволей последовала за ним.

Когда до выхода им оставалось лишь несколько шагов, бородач крикнул им вдогонку, обращаясь к Питеру:

— Вот-вот, убери отсюда свою цветную подружку. Подумать только, путаться с черномазой! Да ты просто больной или еще похуже.

Возможно, Питер проглотил бы оскорбительную реплику и молча покинул ресторан, но расист допустил фатальную ошибку в выборе слов. Любое ругательство показалось бы просто грязью, на которую культурные люди не должны обращать внимания, но словечко «больной» резануло Питера как ножом. На мгновение он снова ощутил себя тринадцатилетним, и снова учитель Гас, кривляясь, изображал приступ астмы, издеваясь над ним.

В голове у парня будто что-то щелкнуло. Ни с того ни с сего, как показалось окружающим, Питер развернулся и бросился на бородатого, схватив его и отшвырнув к дальней стене. Тот совершенно не ожидал нападения и на пару секунд буквально влип в стену, а Питер налетел на него, нанося удары по лицу, груди, плечам — везде, куда доставали его сильные, как стальные пружины, руки.

— Уберите его от меня! — кричал бородач сидящим в зале. — Да уберите же его от меня!

Он старался оттолкнуть Питера и даже пытался отбиваться, но все было напрасно. Погрузившись в свой собственный мир, никого и ничего не слыша и не видя, Питер молотил противника с такой силой и быстротой, что не оставил тому ни шанса. Когда двум посетителям все же удалось оттащить парня от избитого и окровавленного бородача, он уже пришел в себя и понял, что натворил. Двое мужчин, крепко взяв Питера под руки, провели его через ресторан и вытолкнули на улицу; Шерил вышла следом. Отпустив Питера, мужчины вернулись внутрь, ни сказав ни слова.

— Поехали отсюда, — сказала Шерил. — Поехали, пока они не вызвали полицию.

Когда они сели в машину, она спросила с мягкой улыбкой:

— Какого черта ты там устроил, Питер?

— Не знаю. Этот тип вывел меня из себя, — отозвался тот, все еще слегка оглушенный.

— Когда ты начал бить его, моим первым побуждением было закричать: «Прекрати!» — сообщила Шерил, — но когда я увидела, как увлеченно ты пинаешь его в зад, я не смогла упустить возможность полюбоваться редкостным зрелищем… Ни за что бы не поверила, если б не видела своими глазами.

— Неужели я пинал его в зад? — усмехнулся Питер. С него словно свалилась огромная тяжесть. Ему стало легче, свободнее, он гордился собой. Сидя на пассажирском сиденье, Питер смеялся и плакал как ребенок. Его не волновало, что Шерил видит это.