Бьянка, благочестивая невеста - Бертрис Смолл

Дальше по земле дороги не было. Путники направились к пристани и наняли грузовую баржу, куда погрузили телеги вместе с лошадьми, багажом и вооруженными охранниками. Бьянке с Агатой и братьям предстояло плыть в город в большой гондоле, которая должна была доставить пассажиров к дворцу князя.

— Князь Веньер? — переспросил гондольер. — Как же, как же! Отлично знаю его великолепное палаццо. — Он ловко оттолкнулся от причала длинным узким веслом. — А вы тоже Веньеры? Наверное, приехали из какого-нибудь дальнего поместья князя, с острова Китира или с острова Крит? А раньше у нас бывали? — разговорчивого венецианца интересовало буквально все.

— Мы — внуки князя Веньера, а приехали из Флоренции, — ответил за всех Марко. — Меня зовут Марко, моего брата — Джорджио, а сестру — Бьянка.

— Марко Веньер! Это имя хорошо известно в Венеции, синьор. Когда-то так звали даже одного важного дожа, — не умолкал словоохотливый гондольер. — А когда великий дож Дандоло как следует проучил высокомерную Византию, другой Марко Веньер захватил Китиру. Справедливо, что этот остров отошел к Веньерам: говорят, именно там родилась богиня Венера, а Веньеры — ее прямые потомки. Вот почему все женщины благородного семейства прекрасны, как ваша сестра. Однажды мне довелось краем глаза увидеть другую внучку князя, восхитительную юную деву с необыкновенными золотыми волосами и лицом, перед которым меркнет даже Елена Троянская!

— Это наша младшая сестра, — сухо ответил Марко.

Бьянка рассмеялась. У Франчески лицо легендарной красавицы?

— Кажется, за то время, пока мы не виделись, сестренка успела изрядно измениться, — негромко заметила она, и братья улыбнулись. — Помню любопытную вертлявую девчонку, но никак не античную красавицу.

Гондола легко скользила по спокойной воде и скоро вошла в просторный оживленный пролив.

— Гранд-Канал, — гордо объявил гондольер.

Венеция в ту пору была важным портовым городом, а потому повсюду виднелись корабли — большие и маленькие. В основном были торговые суда: некоторые перевозили скот, другие загружали и разгружали продовольствие. Некоторые купцы тут же вели торговлю. Мимо прошел большой военный корабль с тремя мачтами — галеас. Сквозь прорези для весел Бьянка рассмотрела множество рабов-гребцов и вздрогнула. Какая ужасная судьба — оказаться на галере! Братья тоже притихли: они отлично знали, что мужчин в море поджидала серьезная опасность попасть в плен к пиратам и быть проданными в рабство, вот на такой галеас.

Вскоре на берегах канала показались дворцы, и Бьянка ждала, что гондольер причалит к одной из маленьких каменных набережных, однако тот продолжал мерно работать веслом.

— Разве ни одно из этих палаццо не принадлежит князю Веньеру? — удивился Марко.

— О нет, синьор, — ответил гондольер. — В этих дворцах живут богатые купцы. Обратите внимание, что каждое здание снабжено собственным доком: товары разгружают здесь же и хранят на первом этаже. А семьи живут выше, над складами. Палаццо вашего дедушки расположено в более спокойном квартале.

— Значит, благородные венецианцы занимают отдельный район? — продолжал выяснять Марко.

— Нет, синьор. В нашем городе все селятся вперемешку: богатые, бедные и те, кого трудно назвать богатыми или бедными. Подобно Флоренции, Венеция республика. — Гондольер сосредоточился на работе, предстояло войти в другой, не столь широкий канал. Пассажиры с интересом смотрели по сторонам: действительно, на берегах мирно соседствовали большие и маленькие, совсем скромные дома, а время от времени внимание привлекали настоящие палаццо. В конце канала гондольер свернул в небольшой док. Тут же появился слуга в расшитой золотом ливрее и помог путникам подняться на мостовую.

— Добро пожаловать в палаццо Веньер! — приветствовал он, широко улыбаясь. — Дедушка и сестра с нетерпением ждут вас. Прошу, следуйте за мной. — Он бросил гондольеру крупную серебряную монету. — Благодарность от князя. А где багаж?

— Скоро будет, — пообещал гондольер и отчалил. Теперь ему было что рассказать собратьям по цеху: Венеция жила сплетнями, а старый князь Веньер слыл одним из выдающихся жителей города. Приезд еще трех внуков, подслушанные разговоры о свадьбе — новости оказались просто чудесными и вполне могли стоить бокала вина от одного из записных сплетников с площади Сан-Марко.

Слуга ввел гостей в палаццо. Не успела Бьянка осмотреться, как оказалась в просторной светлой гостиной, перед элегантным седовласым господином, чертами красивого лица очень напоминающим Орианну.

— Добро пожаловать в Венецию, — с достоинством приветствовал он. — Я — Алессандро Веньер, ваш дед.

Бьянка присела в изящном реверансе, а братья галантно поклонились.

— Меня зовут Марко, — представился старший.

— В честь святого покровителя нашего города, — уточнил князь. — Когда ваша матушка уезжала во Флоренцию с вашим отцом, то пообещала, что первому сыну даст именно это имя. Рад, что Орианна сдержала слово.

— А это Джорджио, второй из сыновей, — представил брата Марко.

— Сколько же вам лет? — поинтересовался князь.

— Мне исполнилось девятнадцать, синьор, а Джорджио шестнадцать.

— И ни один до сих пор не женат?

— Нет, синьор.

— Хм, — неопределенно отозвался Веньер. — Ты — наследник отцовского состояния?

— Именно так, синьор. А в Венецию приехал, чтобы проводить Бьянку и получить представление о морской торговле в вашем городе, — почтительно объяснил Марко. — Скоро нам с Джорджио предстоит вернуться во Флоренцию в сопровождении вооруженного отряда.

— Понятно, — заключил князь и перевел взгляд на даму. — Ну а ты, конечно, и есть Бьянка. Сними-ка капюшон, внучка, чтобы я смог хорошенько тебя рассмотреть.

Бьянка развязала плащ, отдала Агате и снова повернулась к деду.

«Жаль, что она брюнетка, — подумал князь: — брюнеток так много! Ничего не поделаешь, уродилась в отца. Зато кожа превосходна, а широко распахнутые аквамариновые глаза поистине великолепны. Девочка уже успела овдоветь, и потому беречь ее нравственность не придется — одной проблемой меньше».