Большие девочки не плачут - Франческа Клементис

Дэвид пригласил ее на ужин к себе домой. Она была жутко польщена тем, что этот мужчина будет для нее готовить, а при мысли о том, что будет потом, ее охватывала дрожь. Дэвид, впрочем, выбрал полуфабрикаты, потому что у него не было денег. И еще потому, что все было затеяно только для того, чтобы усадить ее за компьютер.

Дэвид был самым симпатичным мужчиной, с которым Джейн когда-либо спала. Он добился в жизни успеха, и ее переполняла гордость оттого, что, возможно, ему нужно не только ее тело. Обед был от «M&S»[37](он продал джемпер, который подарила ему другая женщина, и на вырученные деньги купил еду), но он тщательно подогрел его с гарниром, следуя рекомендации на коробке. Да, он был скрупулезен во всем.

Секс удовлетворил обе стороны. Он все делал торопливо, стараясь создать у нее впечатление, будто ее умение не давало ему возможности сдерживать свою страсть. У него уже был готов сценарий десятиминутной сцены, отведенной им для нежностей после акта. «Знаешь, Джейн, мне ничего так не хочется, как провести с тобой всю ночь, да и почти весь завтрашний день, но боюсь, мне придется уйти с любовью к тебе».

Выражение отчаяния появилось на ее лице. Это должно было означать, что он выбрал правильны тон.

— Но сейчас уже половина одиннадцатого! Куда ты пойдешь в такое время?

— К себе в офис. Знаю, тебе это неприятно, но у меня нет выбора. Мне должны позвонить завтра утром и сообщить кое-какие цифры, а информация в моем компьютере в лаборатории.

— Но я видела в твоей гостиной модем. Почему тебе не сделать всю эту работу здесь?

Дэвид шаловливо улыбнулся ей, точно маленький мальчик, с которым бесполезно спорить.

— Легче сказать, чем сделать. Дайте мне химическую лабораторию, и я вмиг изобрету препарат, который всю жизнь изменит. Но посадите меня перед компьютером, и я полный профан. В офисе все, что нужно делать, расписано для меня на языке, понятном идиоту. Честно говоря, я и сам не знаю, зачем мне нужен дома модем. Ума не приложу, как им пользоваться.

Джейн терпеливо покачала головой.

— У тебя где-нибудь записано, как обращаться с твоим компьютером в «Перрико»?

Дэвид выскочил из постели и сделал вид, будто ищет свои бумаги, и наконец он нашел их именно там, куда и положил несколькими часами раньше.

— Это чем-нибудь поможет? — с надеждой спросил он.

Джейн взяла бумаги и быстро пробежала глазами текст.

— Отлично! Теперь слушай меня. Сделай-ка мне кофе, а я сделаю так, что твой компьютер здесь войдет в контакт с компьютером в офисе.

— Так просто? — спросил Дэвид, надеясь, что она сможет разглядеть на его лице выражение крайнего изумления.

— Это мой хлеб, разве ты не знал?

— Ты шутишь! То есть я хотел сказать, что знал, что ты что-то делаешь с компьютерами в «Перрико», но и не подозревал, что ты такой профессионал. Я сражен! Но мне кажется, что лабораторные компьютеры замкнуты в другой системе, или как там это называется, и не связаны с другими компьютерами компании. Наверное, из соображений безопасности.

Джейн рассмеялась.

— Знаю. Я сама установила эту систему безопасности! Но не беспокойся, она рассчитана на то, чтобы не допускать посторонних, а не рассеянных ученых, вроде тебя.

Дэвид покорно опустил глаза. Джейн поцеловала его с уверенностью, которую придала ей ее востребованность, и позволила ему с нежностью подвести ее к столу.

— Черный кофе или с молоком? — спросил он.

_____

— Ну вот, мы туда вошли. Так что ты хотел узнать?

Дэвид сел на стул рядом с Джейн, столь тесно прижавшись к ее бедру, что она готова была ради него банк ограбить.

— Вот эта папка. Oxymetab.data. Распечатай мне всю папку.

Пальцы Джейн проворно забегали по клавиатуре.

— Хорошо. Хм. Небольшая проблема. Чтобы раскрыть эту папку, нужно знать пароль. Ты его знаешь?

Дэвид застонал и ударил себя по лбу, точно проклиная за глупость.

— Не верю. Ты столько всего сделала, а мне все равно придется туда пойти. Пароль записан у меня в ежедневнике, который лежит на столе.

— А так не вспомнишь?

Джейн смутила недальновидность Дэвида.

— Ты, наверное, принимаешь меня за идиота! Я могу запомнить формулу в двадцать строк, но пароль — никогда. Скорее всего, потому, что мне и не нужно их помнить. Я всегда записываю пароли, поэтому мой мозг не утруждает себя тем, чтобы обрабатывать их.

— Это в тебе говорит ученый. И куда ты собрался?

Вид у Джейн был встревоженный.

— Я тебе уже сказал. Мне нужно в офис. Чтобы переписать пароль.

Джейн схватила его за руку и снова усадила на стул. Обращалась она с Дэвидом несколько бесцеремонно. В последнее время он довольно нервно реагировал на быстрые неожиданные движения. Люди, одалживавшие ему деньги, не столь однозначно реагировали на его гибкий подход к возвращению долгов. Он даже увидел нечто вроде… угрозы в предупреждениях, сделанных ими в последнее время. Это его удручало.

— Сядь! — безапелляционно заявила Джейн. — Я узнаю пароль.

— И как ты это сделаешь? Все, наверное, строго засекречено.

— Это так. Только не от таких, как я. Смотри-ка.

Он в восхищении смотрел, как она проникает в базу данных. Экран заполнился непонятными символами и отдельными буквами. Он ощутил сдержанное уважение перед ее способностями и, будь она симпатичнее, согласился бы встретиться с ней еще не раз.

Время шло, и он начал обнаруживать нетерпение.

— Вот мы и в дамках, — торжествующе объявила она наконец.

И все, что нужно, предстало перед его глазами. Фамилии всех женщин, принимающих участие в эксперименте с окисметабулином, а рядом — название препарата. «О» — если это был оксиметабулин, «П» — если «пустышка». На экран он смотрел недолго. Пора расплачиваться за услугу. Он обнял Джейн и заглянул ей в глаза.

— Ты гений. Позволь мне доказать, как я тебе благодарен.

Уводя ее снова в спальню, он нажал на клавишу, благодаря которой включился принтер в соседней комнате. Печатать принтер будет бесшумно, пока Дэвид развлекает Джейн.

Решив извлечь для себя максимум из этого вложения в одну ночь, он задал еще один вопрос:

— Кстати, Джейн, а какой там пароль? Я спрашиваю не потому, что не помню, просто интересно.

Она рассмеялась.

— Вообще-то я и сама хотела у тебя это спросить. Ты сам его придумал?

— Конечно, — ответил он, приготовившись защищаться.

— Мне это нравится в мужчине.

— Что?