Очаровательный соблазнитель - Александра Хоукинз

Типтон сел поближе к жене.

– Она всего лишь указала на неоспоримый факт: с такими музыкальными способностями наша Медди никогда не обзаведется поклонниками.

– Глупости, моя девочка, – заверил сэр Томас, обращаясь к Медлин, но при этом многозначительно глядя на Уинни. – У тебя будут толпы воздыхателей. Уинни, объясни это ей.

– Обязательно, папа, как только придумаю, что же хорошего в воздыхателях.

Уинни перехватила взгляд сестры. Брови девушки взлетели, когда она вспомнила все предложения руки и сердца за эти годы. Девона молча качнула головой – знакомая дилемма. Сестры засмеялись, вспоминая рассказанные друг другу истории. После стольких лет доверительных отношений они понимали друг друга без слов.

Сэр Томас сердито взглянул на младшую дочь: его ранило ее неуважение.

– Типтон, приструни свою жену! Я уже стар, и одной дерзкой девчонки мне хватит за глаза.

Уинни вздохнула.

– Папочка, давай не будем заводить старую шарманку. Зачем тебе расстраиваться?

«Да и я тоже расстроюсь», – подумала она. Уинни надеялась, что внимание отца будет занято другим и он не станет приставать к ней с расспросами.

– Старую шарманку? Тебе уже двадцать три, а ты до сих пор не замужем! Что скажешь в свое оправдание?

– К сожалению, у Типтона нет ни брата, ни симпатичного кузена.

Сэр Томас стукнул по подлокотнику дивана.

– Раньше ты была такой милой, послушной девочкой. Что же произошло? – не отступал он.

Типтон наматывал на палец локон жены.

– Насколько я понял, расположения Уинни ищут толпы кавалеров?

– Большинство из них настоящие грубияны.

Девона наслаждалась вниманием супруга.

– А как же лорд Невин? – поинтересовалась она.

Уинни пронзила сестру сердитым взглядом. Но отец тут же отмахнулся от предположения младшей дочери.

– Этот юнец станет хорошим мужем. У него приятная внешность, титул, да и деньги водятся, насколько мне известно. Всю картину портит герцог. Он приходил ко мне. Тебе известно об этом?

Эта новость ошарашила Уинни.

– Лорд Невин приходил к тебе? И ты ничего мне не сказал? Чего он хотел?

– Успокойся. Как по мне, ты слишком бледна, – произнес сэр Томас. – Невина не было. Приходил Рекстер. Он готов сесть и обсудить ваши отношения с его сыном.

Уинни стало душно. С каждой фальшивой нотой ее раздражение росло.

– Между мной и лордом Невином вышло недоразумение, – пробормотала она сквозь зубы.

– Но…

Что-то в лице сестры заставило Девону прикусить язык. Все, что Уинни съела на ужин, забурлило внутри – ей стало дурно. Если она будет сидеть сложа руки, семья выдаст ее замуж за Невина. Он достойная партия, но не для нее.

– А как же Милрой? – вмешался Типтон. – Ходят слухи, что он преследует Уинни.

Задавая этот вопрос, хозяин дома не сводил глаз со свояченицы. Не было ни малейших сомнений в том, что ему прекрасно известно: Кинан испытывает к ней интерес.

Девона задумалась.

– Рейн, мистер Милрой – это тот джентльмен, которого представила нам на маскараде тетушка Молли?

При упоминании этого имени лицо сэра Томаса стало пунцовым от негодования.

– Кинан Милрой! – бушевал он. – Как странно, что ни ты, ни твоя тетушка не упомянули о том, что вы с ним встречались. И как он посмел к тебе подойти?

И не только подойти… Если случайная встреча с Кинаном на балу вызвала у отца такую ярость, он убьет боксера за то, что тот лишил его дочь невинности. Уинни решила солгать. И ей бы, наверное, поверили, если бы ее тете не вздумалось представлять Кинана ее сестре и зятю.

Готовая к наихудшему, Уинни произнесла:

– Тетушка Молли считает мистера Милроя джентльменом. Он вел себя достойно.

– Самовлюбленный мерзавец! Позор! Я предупреждал его о том, чтобы он не приближался к тебе. Господи, придется проучить этого нахала. Послушай, Типтон, ты должен знать пару человек, которые могли бы надавать ему по башке и бросить в доках.

Видя, что разговор принимает опасный оборот, Уинни встала.

– Никто и пальцем не тронет мистера Милроя. Типтон, я перестану с тобой разговаривать, если ты решишь помочь моему отцу в этой безумной затее.

На глаза девушки навернулись слезы. Она готова была броситься к Кинану прямо сейчас, если отец не пообещает оставить его в покое.

Девона встала и обняла сестру за плечи, успокаивая.

– Никто не собирается связывать твоего мистера Милроя и швырять его в море. Папа, скажи Уинни, что ты пошутил.

– Ты плачешь? – изумился сэр Томас, видя, что Уинни едва сдерживает слезы. – Ни один из отпрысков беспечного Рекстера не достоин твоего сострадания. Милрой – грубиян, дикарь, человек, который жаждет занять место своего брата.

Уинни поморщилась: отец был прав, но ее сердце не хотело замечать очевидного.

– Ты судишь о человеке, которого совершенно не знаешь.

– Он испытывает тягу к красивым игрушкам, доченька. Однако это совершенно не значит, что рядом с ним они будут в безопасности, что он будет ими дорожить. Послушай отца: выбрось этого человека из своего сердца.

– Насколько я понимаю, однажды вы уже предупреждали его? – спросил Типтон, переключая внимание тестя на себя.

– Да, предупреждал. Этот наглец пришел в мой дом и сказал, что намерен забрать Уинни. Я ответил, что ему никогда не видать моего родительского благословения.

«Просто чудесно!» – подумала Уинни. То, что не удалось отцу, со свойственной ему прямотой сможет сделать Типтон.

– Ты говоришь о мистере Милрое как о враге, папа. Стоит напомнить, что именно он спас меня, когда меня толкнули в пасть ко львам! Он явился к тебе, чтобы рассказать о происшествии, потому что боялся, что я промолчу о случившемся. Если мистер Милрой и сказал что-то обидное, должно быть, ты сам его на это спровоцировал.

– Моя дочь защищает мерзавца! Что я упустил в твоем воспитании?

Девона чуть крепче сжала руку Уинни.

– Какие львы? Ты упала? И ничего нам не сказала?

Уинни тут же пожалела о том, что встала на защиту Кинана, – теперь ее сестра расстроится.

– Небольшое происшествие на ярмарке, – произнесла она и с огорчением заметила боль в глазах Девоны.

Обе вспоминали то время, когда делились друг с другом самым сокровенным.

– Нет причин волноваться. Мистер Милрой пришел мне на помощь. Я цела и невредима.

Сэр Томас не желал менять свое мнение.

– Если бы он не повел тебя на эту ярмарку, твоей жизни ничего бы не угрожало. Этот Милрой принял мою доброту за слабость. Если он еще раз встретится с тобой, я вызову его на дуэль.