Зеркальный лабиринт - Наталья Калинина

Едва я успела закрыть дверь, как раздался гневный крик:

– Это ты ей рассказал?!

Я была права в том, что вопящая Нурия опять перебудит весь дом. Если, конечно, хоть кто-то успел уснуть.

Ну и дела. Друзья будто превратились во врагов – стычки в парах, стычки между парами, один на один, с привлечением «массовки». Не пройдет и пяти минут, как кто-нибудь, привлеченный криками, опять прибежит… И все начнется заново. Остается надеяться, что все уже настолько устали от конфликтов, что, даже услышав свист пушечных ядер, благоразумно предпочтут не высовываться.

Я немного побродила по гостиной и опять вернулась к двери нашей комнаты. Нурия уже не кричала, но ее возбужденный нервный голос все равно было слышно. Я отошла от двери и забралась с ногами в одно из кресел.

– С ума сошла?! – донеслось вдруг до моего слуха возмущенное восклицание Рауля. Я невольно вытянула шею, в тревоге прислушиваясь. Но из комнаты опять послышалось неразборчивое бормотание, чье – Нурии или Рауля – не понятно.

Ситуация… Надеюсь, в будущем, вспомнив об этом «отдыхе», мы посмеемся. А может, просто предпочтем все забыть. Я очень надеялась, что когда мы уедем отсюда, отношения в парах и между друзьями вновь станут прежними. Мне и правда очень хотелось спихнуть всю вину за конфликты на дом. Мне понравились друзья Рауля, даже Нурия. И если мне, знавшей всех так мало, горько наблюдать разворачивающиеся «битвы», то каково остальным участвовать в них… Битвы, где не может быть победителей… Петушиные бои. Кто-то делает ставки? Кто поставил на нас?..

Я вновь поднялась и принялась кружить по гостиной. Что случилось, что разрушило теплую, уютную атмосферу, царившую изначально? Вспомнился вечер, когда мы сидели тут все вместе, слушая гитарные переборы, болтая о своем девичьем, бросая полные любви и нежности взгляды на парней, в сторонке ведущих мужские разговоры. Как это было давно! Прав был Савелий, настаивая на необходимости покинуть дом как можно скорей! Почему я не приняла его слова во внимание? Просто не успела. В то первое, солнечное и радостное утро, сложно было представить, что уже через несколько часов будет вовсю бушевать гроза. А позже меня целиком поглотили личные страдания, и я совсем забыла о предостережениях приятеля.

Савелий говорил что-то про обугленную комнату. Я мысленно вернулась в ночь, когда с Лаурой случилось что-то непонятное: упала в обморок, в комнате ее пахло гарью…. Надо завтра же поговорить с Лаурой о том вечере.

Обугленная комната… Я вспомнила, как Савелий сказал, что корень зла нужно искать в погребе. Там, куда привел меня во сне Булка. Там, где Лаура сказала мне, что атмосфера ей кажется магнетической. Там, откуда Лаура и вернулась… необъяснимо странной.

Надо бы завтра осмотреть подвал, попытаться понять, что же там такое… магнетическое.

А может, уже утром мы выйдем отсюда, и не придется спускаться в подвал. Выйдем из дома, и прекратятся все странности – и с нами, и с Лаурой. Хотелось бы на это надеяться!

Я подошла к окну и внимательно осмотрела его. Узкое, как бойница, закрытое ставнями. В такое и самая худенькая из нашей компании не пролезет! Насколько я поняла, такие «бойницы» во всех комнатах. А если где окно и было широким, то непременно зарешечено. Тюрьма. Другой ассоциации не возникает.

– Где Нурия?! – прогрохотал вдруг за моей спиной голос Давида. Я испуганно подскочила на месте, и, оглянувшись, увидела, что он уже не в своей смешной пижаме, а переоделся в джинсы и трикотажную футболку с длинным рукавом.

– У нас.

Давид, не сказав больше ни слова, направился к нашей спальне. Открыв без стука дверь, он еще с порога гневно выкрикнул:

– Нурия!

В ответ раздался плач, перемежаемый неразборчивыми выкриками. Давид вошел и тут же вынырнул из комнаты, таща за руку упирающуюся и рыдающую девушку.

– Тебе это не сойдет с рук! – выкрикнула Нурия, оглянувшись. – Ни тебе, ни твоей проклятой сестре!

– Успокойся, дур-ра! – рявкнул Давид, уволакивая ее за собой. – Нечего на Рауля сваливать вину за то, что сама натворила!

Я юркнула в комнату и, торопливо прикрыв дверь, прислонилась к ней спиной.

– Что случилось? – почему-то шепотом спросила я. Рауль нервно расхаживал по комнате.

– Это какой-то абсурд! Мне кажется, что я сплю, и мне снится кошмар. У тебя нет такого ощущения? – оглянулся он на меня, наконец-то остановившись.

– У меня ощущение, будто мы попали в какое-то отвратительное шоу, под прицел скрытых камер. И ситуации эти провоцируются специально – настолько они форсированы, раздуты, наиграны.

– Шоу, шоу… Хорошенькое шоу!

– Зачем Нурия приходила?

– Если бы я знал! Вообще не понял, в чем она меня обвиняла.

Рауль длинно выдохнул, подошел ко мне и крепко обнял.

– Главное, нам больше не ссориться. Наоборот, нужно держаться друг за друга. Чувствую, что это и есть наша защита. Стоит только образоваться маленькой трещинке, как «микробы» раздора тут же проникнут в нее. Разъедят до пропасти. Не знаю, как разрешат ситуацию Нурия и Давид. Надеюсь, что Давид остынет и… попытается простить Нурию, впрочем, навряд ли…

– Что она сделала? – спросила я, уже догадываясь.

– Аборт. Обманула Давида, сказала, что произошел выкидыш, и так преподнесла ситуацию, что Давид еще чувствовал себя виноватым в случившемся. Не знаю подробностей, Давид меня в них не посвящал. Когда все случилось, я находился у тебя в Москве.

– Но почему она сделала аборт?! – удивилась я. Никак не укладывалось в голове, что Нурия сама так поступила, ведь она вполне искренне сокрушалась по поводу сорвавшейся беременности. Говорила, что мечтает о малыше.

– Знать бы, что у нее в голове, – раздраженно отозвался Рауль. – Похоже, на самом деле не хотела иметь детей. Сейчас она приходила обвинять меня в том, что я рассказал об аборте Лауре. И теперь моя сестра якобы рушит ее личную жизнь. Ну не глупость, а?

– А ты знал об аборте?

– Откуда? Я Нурию к врачу не сопровождал. Не знаю, на основании чего она сделала такие выводы. То ли потому, что моей сестре как-то стало известно об этом, а общих знакомых у Нурии и Лауры – только Давид и я.

– Может, она решила, что тебе проговорился кто-то из твоих коллег? А ты – Лауре.

– Еще абсурдней, – скривился Рауль. – Я работаю в одном месте, Нурия наблюдается в другом. Да и зачем мне обсуждать с кем-то из коллег гинекологические «дела» Нурии?! А потом делиться «подробностями» со своей сестрой. Это же смешно! Но тем не менее Нурия вполне серьезно обвиняла и меня, и Лауру в своих неприятностях. Надеюсь, она не подерется завтра с моей сестрой. Только этого не хватало.

– А я надеюсь, что больше никто не ворвется к нам. Ночь выдалась слишком длинной и насыщенной, увы, неприятными событиями. Да и прошлая вышла ничуть не лучше.