Хозяин Ястребиного острова - Кэтрин Коултер

– Ничего подобного. Это особый случай, и я уверен, что ты отлично это понимаешь. Все дело в том, что ты слишком упряма; ты просто развлекаешься, отыгрываясь на мне. Ты специально пытаешься вывести меня из себя, теперь я ясно это вижу. Но вот что я скажу тебе, Мирана, я не собираюсь отступать. Мое решение будет на редкость простым и ясным: Энтти будет делать то, что ей прикажут.

Мирана слушала его со всевозрастающим чувством радости. Энергия просто распирала ее изнутри так, что ей хотелось бегать и танцевать. Она откинула одеяло и спустила с кровати ноги.

– Постой! Что ты делаешь? Немедленно ложись в постель, я не хочу, чтобы ты снова разболелась, – заволновался Рорик.

– Послушай, – сказала она, не скрывая ехидной улыбки, – ты же хотел, чтобы я поговорила с Энтти, так вот, я сделаю это сейчас. Я уверена, она тоже поймет, что это особый случай. Иногда, правда, она туговато соображает, но я постараюсь получше объяснить ей, ссылаясь на все твои доводы и твою мужскую логику.

– Я сам схожу за ней, – не допускающим возражения тоном заявил Рорик. Он наклонился, снова уложил Мирану в постель, укрыл одеялом и несколько секунд молча смотрел на нее. – Ты выглядишь вполне здоровой, – наконец молвил он. – Румянец на щеках, блестящие глаза. Что происходит, Мирана?

– Я просто рада тебя видеть, Рорик, вот и все.

– Почему это?

Мирана склонила голову набок.

– Почему это ты так рада меня видеть? – повторил Рорик. – Что-то не верится. Мне кажется, ты лжешь.

– Да просто ты мне нравишься, – ответила она. – Мне нравится слышать твой голос. Мне все равно, злой он или, наоборот, веселый. Люблю смотреть на тебя, когда ты улыбаешься, хмуришься или просто задумчиво смотришь в одну точку. Мне нравится, как ты расхаживаешь по комнате, когда раздражен. Это я люблю особенно. Ты был таким заботливым – не с самого начала, заметь, а лишь в последнее время, – что мне стало невыносимо скучно. Но даже с этим я могла бы смириться, если бы это происходило редко. Просто мне нравится, когда ты рядом. Только ты.

Эти слова застали Рорика врасплох. Он нахмурился, как-то неестественно выпрямился и уставился на нее с высоты своего роста. Никогда ему не понять ее, никогда.

– Ты бы предпочла, чтобы я орал на тебя, когда ты больна и тебя выворачивает наизнанку?

– О нет, конечно, но твоя нежность, Рорик, больше напоминает мне братскую или отеческую заботу. Скорее, даже материнскую. Но ты ведь мужчина, сильный мужчина, и, как я уже сказала, видеть тебя в ярости, с горящим от гнева лицом мне приятней, это поднимает мой дух.

– Ты говоришь ерунду.

– Возможно, нет, – сказала она и улыбнулась.

– Я приведу к тебе Энтти. И запомни, говори с ней по существу, не надо столько ненужных слов, они изводят меня больше всего. Увидишь, она подчинится моему приказу.

– Очень хорошо, – сказала она, скрестив на груди руки и с улыбкой глядя вслед обескураженному и возмущенному до глубины души Рорику. Ничего, пусть позлится, она так устала от его затяжной доброты. Его тихоголосое мягкосердечие просто бесило ее, она знала, что он думает совсем о другом, гораздо более важном для них обоих, но держит это при себе, демонстрируя ей лишь свое невозмутимое спокойствие и выдержку, что ее так раздражало. Но теперь он пришел в бешенство, глаза гневно сверкали, подбородок подергивался, и это приводило ее в неописуемый восторг.

Непостижимо, как мрачная, бесцветная жизнь в один миг может преобразиться и засиять всеми красками мира, так, что человеку захочется вдруг петь и смеяться. Непостижимо, но именно эти чувства сейчас переживала Мирана.