Опьяненный любовью - Салли Маккензи

Ее ответ разочаровал его.

– Пен, мой брак рухнет, только если не даст наследника. Все остальное – неважно.

Пен недобро глянула на него.

– Нет. Любовь важна. Ты должен это признать, если на самом деле любишь меня. – Она покачала головой. – Гарри, почему ты не надеешься на наследника и любовь? Леди Сьюзен не единственная благородная невеста в Англии. Найди кого-нибудь еще. Не менее родовитую, и к кому ты был бы неравнодушен.

«Боже милосердный!»

– Я уже тебе говорил. Я искал весь сезон и не нашел такого чуда.

Неужели он так разборчив? Он знал, что Пен хотела как лучше, но она просто не понимала.

– Тогда продолжай поиски. – Пен откинулась назад. – Знаю только одно: я никогда не встану между тобой и твоей женой.

Гарри сжал кулаки. Господи, дай терпения. Ему захотелось вразумить ее силой. Или лучше целовать до тех пор, пока она не согласится с ним.

Однако спешить некуда. Он будет приезжать в Литтл-Падлдон, чтобы проведать Гарриет. Месяца два или три воздержания – и Пен заговорит по-другому. Такой страстной женщине для хорошего настроения любовные игры требуются регулярно. Он мог бы… Нет, не мог бы. Без мужчин Пен обходилась годами. Соблазнив, ее не переубедишь. Глупо даже пытаться.

У нее всегда был собственный строгий кодекс чести. Именно это, помимо лица, фигуры и ненасытного сексуального аппетита, его в ней и привлекало.

– Отлично. – Гарри чувствовал на губах привкус пепла, привкус поражения. – Но ты знаешь, я все равно буду видеться с Гарриет. И собираюсь регулярно наезжать в Литтл-Падлдон.

Пен кивнула:

– Только не слишком часто. Не хочу, чтобы Гарриет ожидала от тебя того, что ты не сможешь ей дать, когда у тебя будет семья.

Она пытается его взбесить? Если так, ей это вполне удается.

– Гарриет – часть моей семьи.

– Знаю. Просто, когда ты женишься…

– Ради бога, Пен, можешь прекратить? Пожалуйста, не считай меня идиотом. Я не собираюсь оскорблять чувства дочери.

Пен вспыхнула.

– Да. Конечно. Прости.

– И ты меня прости.

Гарри изо всех сил пытался сохранить самообладание. Что толку срываться на Пен и перекладывать собственную несдержанность на нее? Он прекрасно понимал: свою роль сыграла и сексуальная неудовлетворенность.

– Надеюсь, ты знаешь меня лучше, чем обо мне говоришь.

– Да. – Пен резко выпрямилась, словно ей вогнали в спину штырь. – Гарри, я – мать Гарриет. Защищать ее – мой первейший долг.

– От отца?! Каким же чудовищем ты меня считаешь?

Глаза Пен расширились.

– Знаю, нарочно ты Гарриет не обидишь, но пока ты не женишься, ты не сможешь сказать, каким будет твой брак.

– Пен, это неважно.

Ее сомнения можно понять. Первые девять лет его с Гарриет не было. Пен вполне могла убедить себя, что ему дочь безразлична.

– Не спорю, я не могу знать, как мою жизнь изменит брак, но даю тебе слово, что никогда не брошу Гарриет. – Гарри посмотрел Пен прямо в глаза. – Что бы между нами ни произошло, на ком бы я ни женился, сколько бы у меня ни было детей, Гарриет всегда будет моей дочерью, моим первенцем, а я всегда буду ее отцом.

Пен внимательно на него посмотрела и кивнула.

– Мама, папа! – кричала Гарриет с берега пруда. Она нашла бревно и сидела на нем. – Вы еще не наговорились?

– Почти, – откликнулась Пен. – Еще немножечко.

Она снова повернулась к Гарри:

– У меня остался один вопрос, который я хотела с тобой обсудить.

– Хорошо. Какой?

Любой вопрос лучше, чем то, о чем они говорили. Или нет?

Пен долго молчала, не решаясь начать.

– Пен, Гарриет не будет ждать вечно. Что ты хотела обсудить?

Она вздохнула:

– Тебе не понравится.

У него заныло под ложечкой.

– Ну говори, а то меня изведут дурные предчувствия.

Пен сделала глубокий вдох.

– Я не рассказывала тебе, зачем прошлой ночью пришла к тебе в гостевой домик.

Гарри попытался улыбнуться, чтобы разрядить обстановку.

– Зачем? Соблазнить меня?

Она бросила на него нерадостный взгляд, но тоже не удержалась и улыбнулась.

– На сей раз не я соблазняла тебя. Ты меня соблазнял.

На миг он потерял дар речи.

– Мы соблазняем друг друга. Это ведь хорошо, Пен?

– Да, Гарри, хорошо. С тобой всегда хорошо.

«Тогда почему ты не хочешь быть моей любовницей?»

Он выслушал все ее возражения, но ни одно из них не заглушило его желания. И учащенного биения его сердца.

Если бы только графской дочерью была не леди Сьюзен, а Пен.

– Я хотела поговорить о новом викарии, – сказала Пен.

– Что? О новом викарии?

Она нахмурилась.

– Герцог ведь заменит Годфри? Если нет, будет очень неловко.

Буквально на миг у Гарри возникла мысль, не станет ли преподобный Райс тем, кто поможет ему заставить Пен переехать в Дэрроу, но он тотчас отбросил ее как недостойную. Даже безотносительно к Пен он не мог закрыть глаза на поведение негодяя. Викарий был насильником.

– Думаю, да. Я настоятельно посоветую герцогу заменить священника.

Пен кивнула. Она облизала пересохшие губы и вдруг занервничала.

– А как ты думаешь… это возможно? Ты не мог бы предложить…

– Просто выкладывай свой вопрос, ладно?

Это ее рассердило – и она заговорила.

К сожалению.

– Не мог бы ты попросить герцога прислать вместо Годфри приличного холостяка? Не слишком молодого, но и не слишком старого.

– Тебе-то что до возраста и семейного положения нового викария?

Но ответ Гарри, к несчастью, знал.

– Я… – отвела взгляд Пен, – …надеюсь выйти за него замуж.

Эти слова стрелой вонзились в его сердце. Гарри усмехнулся. Это было все, на что он оказался способен, чтобы скрыть острую боль в душе.

– Гарри, знаю, ты сказал, что Гарриет будет частью твоей жизни…

Это вернуло ему дар речи.

– Я не сказал, я поклялся.

Пен кивнула, но отвела глаза.

– Я верю тебе, правда, но я думаю, что Гарриет нужен отец…

– Я ее отец!

– Знаю, знаю. Я имела в виду мужчину, способного стать ей отцом. Того, кто будет моим мужем и даст нам настоящий дом. – Пен покраснела. – Вот почему я поощряла Годфри – хотела получить дом для Гарриет.