Идеальный парень - Алексис Холл

– Боже, Оливер. Не говори больше таким голосом, если только ты не хочешь сообщить человеку, что бросаешь его или что его любимая кошка умерла. И мне показалось или ты в самом деле сказал: «Если это для тебя приемлемо»?

– Я запаниковал.

– Еще одно неплохое название для домашнего порно.

– Какое? «Если это для тебя приемлемо» или «Я запаниковал»?

– Оба.

– Как я понимаю, ты очень занят? И я помню, что мы с тобой встречаемся в пятницу, и в ближайшую неделю газеты, наверное, решили отдохнуть от тебя… прости, мне нужно было лучше все спланировать. И, пожалуйста, не говори, что это хорошее название для моего третьего домашнего порно.

Я мог бы вечно подтрунивать над ним и над этими воображаемыми порнофильмами. Но он сказал, что хочет со мной встретиться. И это было… чудесно?

– Я… не буду… не то чтобы я не… – Черт. Еще чуть-чуть, и я бы не выдержал и сказал бы Оливеру, что лучше встречусь с ним, чем стану смотреть старые выпуски «Королевских гонок» с матерью, ее лучшей подругой и спаниелями ее лучшей подруги. И я понял, что это громоздкое объяснение, которое только что родилось у меня в голове, вряд ли можно было счесть за такой уж большой комплимент. – Понимаешь, как раз сегодня вечером я договорился встретиться с мамой.

– Хочу, чтобы ты знал, что я, следуя высоким моральным принципам, не стану предлагать тебе назвать свое домашнее порно «Сегодня вечером я договорился встретиться с мамой».

– Нет, черт возьми, – возмутился я. – И не надейся, я не буду хвалить тебя за эту завуалированную попытку пошутить. Потому что ты точно пытался пошутить.

– Обоснованное замечание, Люсьен, обоснованное. – Я буквально слышал, как он улыбается. – Ну, конечно, ты должен встретиться с мамой. Я знаю, как много она для тебя значит.

– Я хотел сказать… ты мог бы… – На помощь! Слова сами вылетали у меня изо рта, и я не мог их остановить… – тоже приехать. Если хочешь. Это будет ужасно, потому что мама уже решила, будто ты – Николь Кидман, и не спрашивай почему, к тому же она готовит карри, совершенно не зная, как правильно это делать, хоть никогда в этом не признается, а ее лучшая подруга… это… Я даже не знаю, как ее описать. Но она однажды сказала мне, что застрелила слона в своей ночной рубашке. И когда я спросил: «Как на слоне оказалась твоя ночная рубашка?», она ответила: «Он ворвался ко мне в палатку, и рубашка обмоталась вокруг его хобота».

– Я посоветовал бы тебе хотя бы иногда переводить дух, когда ты рассказываешь что-нибудь.

Он был прав. Я вздохнул.

– Как бы там ни было, ты можешь отказаться. Мне кажется, наши фиктивные отношения еще не зашли так далеко, чтобы встречаться с моей матерью.

– А разве мы не собираемся встречаться с твоим отцом на следующей неделе?

– Это совсем другое. Маму я люблю.

– Я бы и с ней хотел познакомиться, если это не причинит тебе неудобств.

Я открыл рот, понимая, что абсолютно не знаю, как ответить, а потом выдал:

– Ну тогда хорошо.

Поскольку было уже поздно, Оливер предложил встретиться на вокзале Ватерлоо, и мне это напомнило какую-то любовную песню сороковых годов. Затем я написал маме и предупредил, что приеду с моим фиктивным парнем, накинул куртку и выбежал из квартиры, стараясь особенно не задумываться о том, что могло означать мое желание познакомить Оливера с мамой.

Глава 24

Полчаса спустя мы с Оливером уже были в поезде. И это было такое странное непривычное чувство – когда ты едешь вместе с кем-нибудь в общественном транспорте, причем речь идет не о паре остановок на метро, к тому же происходящее не продиктовано соображениями крайней необходимости, да и деловой встречей это тоже не назовешь. В общем, мы вдвоем сидели друг напротив друга, словно в каком-нибудь ресторане. Только окружающая обстановка здесь была не такой приятной, и никто не подносил еды, которая позволила бы нам немного отвлечься. Хуже того, на языке у меня вертелись ужасные фразы вроде: «Я скучал по тебе» или: «Я убрался в квартире ради тебя».

– Ну, – сказал я, – как продвигается твое дело?

– К сожалению, я не могу…

– Распространяться об этом?

– Именно.

Мы оба замолчали и какое-то время старались смотреть на что угодно, только не друг на друга.

– А… – он закинул одну ногу на другую, затем снова опустил ее на пол и случайно задел меня коленом, – как у тебя с работой? Судя по всему, хорошо?

– Вообще-то, да. Более-менее. «Жучиные бега» все-таки не перенесли в складское помещение на окраине города. В ближайшие пару недель все должно быть относительно спокойно. К тому же некоторые спонсоры, которых я отпугнул своим образом плохого гея, изъявили желание вернуться к нам.

– Я рад, что наш план работает. Но, если честно, мне очень неприятно думать о том, что лежит в основе всего этого.

– Что это еще за малодушие на полпути к моей маме?

– Нет, ничего подобного. Просто мне кажется, что тебе не стоило начинать встречаться с таким, как я, ведь ты и без этого вполне нормальный человек.

Наконец-то я снова посмотрел ему в глаза. И как я мог считать их когда-то холодными?

– Мне виднее, верно? И знаешь, что меня больше всего бесит? Это то, что наши спонсоры не имеют ничего против меня или моих личных качеств. Нет, их задевает то, что я могу иметь случайные половые связи. И как бы иронично это ни звучало, но не будь мое эмоциональное состояние таким подавленным, я имел бы намного больше таких связей.

– Надеюсь, ты все же не станешь этого делать. – Он несколько раз моргнул. – Не то чтобы я возражаю против секса на стороне, просто мы с тобой не договаривались, что у нас будут открытые фиктивные отношения.

– Хотел бы я знать, что ты имеешь в виду? Ты возражаешь против того, чтобы я занимался фиктивным сексом с другими людьми, пока у нас с тобой фиктивный роман?

– Честно говоря, я не думал об этом. Но если бы мы с тобой в самом деле встречались, я бы настаивал на моногамных отношениях, потому что у меня… такие предпочтения. Так что если ты и дальше хочешь притворяться, будто ты мой парень, то, боюсь, тебе также придется притворяться, что у нас с тобой моногамные отношения. А поскольку пресса буквально ходит за тобой по пятам, то, похоже, не остается другого выбора. Надеюсь, тебе это, – он откинулся на спинку кресла, и казалось, еще немного и утонет в своем сиденье, – не доставит проблем?

– Я бы хотел сказать да, и вообще я отбиваюсь от прессы палкой. Но на деле благодаря журналистам у меня просто появляется дополнительная причина воздерживаться от случайных перепихов.

– Когда ты сказал, что у тебя никого нет, я думал, что ты просто в тот момент ни с кем не встречался, а оказалось, у тебя…