Право на чужую жену - Елена Сотникова

Я распахиваю от неожиданности глаза, понимая, что это просто разгулявшаяся фантазия. Это Андрей. Мой муж. Он не позволит кому-то другому коснуться меня.

В комнате слишком темно, чтобы что-то разглядеть, а Андрей неожиданно переворачивает меня на живот, лишая возможности разглядеть даже мелочи в нем. Заставляет подтянуть колени к груди и встать на четвереньки.

Я теряюсь в ощущениях, когда он больно шлепает ладонью по попе и тут же нежно проводит языком по шее. Втягивает воздух, чертит дорожку по коже, ласкает линию скулы, ушко. Тяжелое дыхание и твердый член, упирающийся мне между ягодиц ясно дает понять, что он возбужден.

Сильно.

И зол.

Он кусает меня за ухо, заставляет развернуться лицом к нему и впивается в губы жадным требовательным поцелуем. Одной рукой сжимая грудь. Второй, спускаясь ниже, ныряет мне между ног и безошибочно находит чувствительную точку. Я вскрикиваю ему прямо в рот, а он хрипло, неестественно смеется.

И мне снова кажется, что это Саша. Возбуждение нарастает снежным комом. Неправильное, болезненное. Накрывает с головой и заставляет гнать дурацкие мысли прочь.

Это его руки, его губы, его вкус поцелуев. Его безумие, которое всегда передавалось мне по невидимым каналам. Било током по оголенным нервам. Вскрывало запретные желания.

Боже, пусть этот сон не кончается! Еще хотя бы раз в жизни. Не в этой. В параллельной.

Андрей шипит мне в рот, а я чувствую солоноватый привкус крови и понимаю, что прокусила ему губу.

Его пальцы внутри меня двигаются быстрее. Я тону в нахлынувших ощущениях. Дергаюсь. Пытаюсь одновременно вырваться и насадиться на его руку сильнее.

Он внезапно отстраняется. Разводит мои ноги шире, заставляя прогнуться в спине. Проводит языком по влажной дырочке и, впившись пальцами мне в бедра, начинает трахать языком. Касается клитора, засасывает его, проводит между нижних губок и снова языком в изнывающую от неудовлетворения дырочку.

Мне мало его! Катастрофически! Я хочу всего. На всю длину. Хочу чувствовать внутри себя его плоть и в сладком безумии шепчу: "Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!"

Захлебываюсь собственным стоном.

Андрей входит резким толчком. Он сам на взводе. Я кожей ощущаю его напряжение. И бешеной силы возбуждение, грозящееся разорвать меня изнутри.

Но нет. Я настолько мокрая, что он с легкостью входит без особых усилий.

Я никогда не заводилась с мужем вот так.

Как сейчас.

С полуоборота.

Это все их ссора с Сашей.

Странная злость.

И сносящее крышу желание.

Он не любит меня сейчас. Трахает. Грязно, пошло, жестко. Заявляя свои законные права.

В каждом толчке я ощущаю плохо контролируемую ярость. В каждом движении. Он словно наказывает меня за что-то, а я теку, как последняя сучка, отдаваясь его власти и понимая, что именно этого мне так долго не хватало. По внутренней стороне бедра размазывается смазка, которой сегодня очень много. На удивление.

Андрей врезается в меня пахом, набирает скорость, шипит сквозь зубы матом, и я чувствую, как меня прошивает первая волна оргазма. Сладкого, забытого. Сносит, расслабляя мышцы и почти прижимая к кровати.

На спину падают капли пота с его лба. Он тяжело дышит, наваливаясь на меня. Целует в шею, щеку, находит губы.

Мне неудобно держать шею под таким углом, но мужчина не дает вывернуться. Сжимает двумя пальцами сосок, засасывает мочку уха, бьет бедрами, врезаясь в мою плоть так, что искры сыпятся из глаз, и внутри что-то взрывается. Рвется воздушным потоком изнутри. Я кричу, теряя связь с реальностью, чувствуя, как распрямляется внутренняя пружина и удовольствие мощным потоком бежит по венам. Хлещет через край, искрит, брызжет. Заполняет каждую клеточку.

А он, догнав меня, дрожит, сваливаясь рядом. Целует, гладит по щекам, вытирая выступившие слезы, и шепчет в ушко:

– Тише, тише, тише...

И только тогда я с ужасом слышу фоном свой охрипший голос, все еще повторяющий одно и то же имя "Саша"...

А через две недели тест показал две полоски.

Андрей ни разу не тыкнул мне моей проклятой оговоркой. Ни словом, ни намеком, ни отношением. А я боялась заводить разговор на эту тему. Переживала, гадая, каково ему теперь.

Саша, как оказалось, уехал в ту же ночь после их ссоры. Он не остался ночевать, а я холодела при мысли, что он мог услышать мои крики.

Мог...

" Почему, Ника? Если даже под ним ты кричала мое имя... " – всплыли в памяти его слова.

Значит, мне не приснилось? И не показалось тогда?

Руки прошила нервная дрожь.

Бред! Чистой воды бред!

Это нужно еще раз обдумать на свежую голову, без эмоций, когда выберусь отсюда.

Если выберусь...

Теперь все зависит от Саши.

Хлопнула входная дверь, послышались мужские голоса.

Я все так же сидела, спрятав лицо в ладонях, гнала дурные мысли прочь и пыталась не поддаваться панике.

Истерить буду позже.

– Смотри! – На стол с характерным звуком шлепнулась папка с файлами.

Тимур встал напротив, сложил руки на груди и победно усмехнулся, словно выложил решающий козырь в последнем раунде.

Внутри все противилось, кричало не брать в руки эту гадость. Не верить ни единому его доводу. Внутреннее "Я" отчаянно сопротивлялось, не желая рушить свой устоявшийся розовый мирок. Уютный, понятный. Где четко разделено добро и зло, хорошее и плохое, черное и белое.

А эти бумаги грозили разбить вдребезги все то, во что я верила много лет. Отнять у меня приличный кусок жизни, растворив в едкой, как кислота, правде.

Но и продолжать чувствовать себя слепым котенком я тоже больше не хотела.

Подвинула пальцем к себе папку, развернула и вчиталась в строчки. Мне уже попадались эти выписки. Оригиналы. В больнице у Саши. Среди его документов.

Я тогда была слишком взволнована, чтобы что-то понять. Помню, даже думала как-нибудь позже поискать в интернете, что означают некоторые термины. И забыла.

Хотя я и сейчас не понимала больше половины из написанного.

– Какого хуя?! – раздался знакомый голос со стороны коридора.

Злой, раздраженный, полный желания убить кого-нибудь.

Я подняла голову, закусив губу. Выдохнула, пытаясь сморгнуть наваждение, но оно упорно не хотело исчезать. В проеме двери стоял Саша.

Сердце подорвалось, ударило нарастающими битами и ухнуло вниз. За спиной Саши стояли двое вооруженных охранников, держа наготове стволы. Еще пара зашла с веранды. И Тимур.

Я так и не смогла определиться, радоваться мне появлению предполагаемого спасителя или вцепиться первой, вырывая пальму первенства у секьюрити.