Завод по производству облаков - Агата Санлайт

Мой взгляд отчаянно пробежался по строкам. Что я ожидал там увидеть? Чего боялся? Прочесть в графе «отец» чужое имя и фамилию?

Данилов Дмитрий…

… Александрович.

Отец – прочерк.

Год рождения – следующий после того, как я уехал из России.

И дата – десятое марта.

Я никогда не был профаном в женской физиологии. И вполне отчетливо представлял, как посчитать срок беременности. Проходил это все с женой.

Я ведь стал первым мужчиной Ульяны. И если после меня у нее никого не было, то мои предположения верны!

Да и вообразить, что эта скромная девушка после лишения невинности в ближайшие недели кого-то еще к себе подпустила… Нет, это было слишком невероятным. 

Она не записала меня отцом. Но дала Димке отчество, связанное со мной.

И наше сходство, которого я поначалу не замечал…

Все сошлось. Как будто выстрел в голове прогремел. Сперва один. А потом – и целая серия догадок застрекотали пулеметной очередью.

Стала понятно обида Ули; все ее слова сложились в мозаику, такую четкую, что ничего другого и не потребовалось.

Он мой сын…

У меня есть сын!!!

Уже взрослый, который ничего обо мне не знает. Потому что его мама скрывала от пацана правду. Действительно, что она могла сказать? Твой отец мерзавец и подонок? Он бросил меня, едва переспав?

Сердце сжалось и, казалось, несколько мгновений вообще не билось. А потом застучало так, что я слышал в тишине его ускорившиеся удары. 

Я сжал виски кулаками, пытаясь прийти в себя от приятного шока.

Теперь, зная позицию Ули, я уже понимал, почему она мне не сказала.

Она и не сказала бы. Просто уехала бы в Москву – так же, как сегодня улетела домой, решительно отказавшись остаться на ночь.

Потому что меня нет в ее жизни и в жизни ее сына нет тоже. Ульяна это четко обозначила, причем с самого начала нашего общения.

И документы дала мне почти случайно. Возможно, сама пребывала в растерянности после секса и просто забыла. Уверен, вспомни она об этой копии – ни за что не стала бы оставлять ее мне.

Значил ли для Ульяны что-то наш общий вечер? Или это прощальный звонок перед скорым расставанием?

Ну уж нет! Дудки! Я не позволю ей уйти и бросить меня. У Димки должен быть отец. Он ведь так сильно этого хочет! А я хочу навсегда связать свою жизнь с Ульяной и ее сыном.

Моим родным сыном.

Это будто награда за все мои страдания, шанс жить и быть счастливым, делая счастливыми еще двоих. Пусть Ульяна спорит, кричит… Я могу дать ей все, чего она достойна. И она обязательно это поймет.

Просто не может не понять!

Я люблю ее. Она первая и единственная женщина, которую я полюбил по-настоящему. Глубоко и серьезно. Настолько, что готов перевернуть всю свою жизнь и весь мир для нее перевернуть.

Ульяна

Казалось, едва сомкнула глаза, как заиграл будильник. Я потянулась и отложила его на десять минут, чтобы еще немного поваляться в постели.

Сладкая нега, разлившаяся во всем теле, вдруг напомнила, чем закончился вчерашний вечер.

Невероятная близость с Сашей. И его взгляд. Умоляющий. Странный.

Будто Орлов безумно хотел, чтобы я осталась. Впрочем, он сказал это вслух, а я все равно уехала. Вовсе не назло, как он мог подумать. Просто так казалось правильно. И другого решения я принять не могла.

Я не хотела спать вместе с Сашей в одной постели. Точнее, очень хотела, но понимала, что нельзя поддаваться мимолетной слабости. 

Воспоминания будоражили, воспроизводили ощущения, касания…

Это мгновенно вывело меня из сонного состояния, и я помчалась в душ. Скоро уже будить сына в школу. А машины под рукой пока нет.

Но не успели мы с Митюшкой собраться до конца, как за окном раздался знакомый звук мотора. И даже Марси «признала» машину, радостно завиляла хвостом и бросилась к двери.

Я так и замерла с портфелем сына в руках, уже зная, что случится дальше. И точно, через минуту зазвонил новый домофон. Зинаида Ивановна, которая нас провожала, пошла открывать Орлову.

– Я подумал, моя помощь лишней не будет, – заявил с порога Александр, весь сияющий и слишком уж бодрый. – И кстати, я все посмотрел. И у меня появилось пару идей, как отбить у некоторых желание претендовать на чужое наследство, – с деловым видом протянул он мне папку.

– Потом расскажешь, хорошо? Сейчас неподходящее время.

Я забрала документы и отнесла их в спальню, пока Зинаида Ивановна развлекала раннего гостя.

– Вы такой молодец, Александр! И чего Ульяна упирается?.. – расслышала я слова хозяйки дома.

Я постаралась не придавать им особого значения. Да, он старается, никто и не спорит. Я и сама это вижу, без подсказок. Возможно, Саша даже влюблен в меня. Я завела его своей недоступностью.

Но очень скоро он поймет, как сильно ошибался. Поймет, что мы не можем быть парой. Его чувства угаснут, возможно. возникнут новые, к другой женщине. И лучше, если это случится, когда я буду уже далеко отсюда. Тогда меня эти перемены точно никак не коснутся.

Мы вместе сели во внедорожник Орлова. Завезли Митюшку в школу. И только после того, как мы остались вдвоем, по пути на работу я вспомнила слова Саши:

– Так какие идеи у тебя возникли по поводу наследства?

Я не думала, что Орлов действительно мог что-то реально придумать. Но этот разговор отвлек бы его от обсуждения вчерашнего вечера. 

– Так… перебирал квитанции и нашел кое-что интересное, – как ни в чем не бывало пожал плечами Орлов, управляя машиной.

– Что же это? Я пересмотрела все бумаги несколько раз и ничего не увидела.

– Ты могла не обратить внимание. Там есть одна квитанция, которую ты, скорее всего, просто не заметила. Она похожа на другие платежки. Но не буду делать преждевременных выводов и что-то обещать. Я узнаю в ближайшее время и сам тебе расскажу. Хорошо?

– Ладно, – согласилась я, совершенно не понимая, о какой квитанции идет речь и не особо веря, что изыскания Орлова приведут к реальному результату.

Впрочем, его забота была мне приятна, и я не собиралась отказываться от нее. Обо мне очень давно уже никто не заботился, не пытался переложить мои проблемы на свои плечи. Так что я решила насладиться этим сполна, пока еще не уехала от Орлова в свою прежнюю жизнь. Там все снова будет