Дорогая, я не изменю(сь) - Елена Попова

В дверях ресторана появились мои подруги. Они с широченными улыбками и цветами направились к нам. Мы обнялись, поцеловались, девочки отошли к остальным гостям и Влад объявил:

– Пора начинать!

Держась за руки, мы с ним подошли к столу, на котором стояли два с виду одинаковых торта. Переглянулись, взяли ножи, и на счет три мы разрезали торты.

Я зажмурилась, медленно выдохнула. Через пару секунд приоткрыла один глаз, взглянула на цвет коржей и вниз живота спустилась волна.

«Голубой»

– Голубой! – радостно объявила я и развернула разрезанный торт гостям.

Все захлопали первой новости, переместили взгляд на Влада, в зале снова повисла тишина.

– Ну не томи, – взмолилась я, глядя на его таинственное выражение лица.

Вытянула шею, в попытке подсмотреть цвет коржей его торта.

Он явно решил испытать нас всех на прочность.

С важным видом подцепил кончиком пальца крем, попробовал его на вкус.

– М, очень вкусно! – Король интриг поджал губы, явно высоко оценивая крем, затем посмотрел на меня исподлобья. – Готова?

Я уже сгорала от любопытства. Была в шаге оттого, чтобы развернуть его торт и как можно скорее узнать пол второго ребенка.

Влад взял меня за руку, второй рукой развернул торт и, с трепетом глядя в глаза, сообщил:

– Девочка, Поля… – И как крикнет на весь зал: – Девочка-а-а! У нас будет парень и девочка! Ура-а-а!

Положив руку на живот, не веря глазам, смотрела на розовые коржи, а когда отошла от шока, расплакалась, совсем как маленькая.

Думала, от переизбытка эмоций рожу прямо в ресторане. Влад целовал в губы, в нос, в подбородок, а я сквозь слезы смотрела, как под потолок взмыли разноцветные шары, как от счастья слезились глаза у крестной и моих подруг, как радостно скакали по залу племянники Влада.

Снова перевела взгляд на два торта, и от счастья перехватило дыхание.

– Давай выйдем на воздух, – попросила я Влада, взяла за руку и увлекла его за собой на улицу.

Выйдя на крыльцо, сомкнула руки на его шее и, глядя на него мокрыми глазами, всхлипнула.

– Ты можешь себе это представить? Сын и дочь… У нас за один раз будет и сын и дочь… – шокировано мотала я головой.

Влад рассмеялся, глядя на меня, как на маленькую, вытер ладонями мокрые щеки и нежно-нежно поцеловал в губы.

– Я очень сильно люблю тебя, милая. Люблю вас троих, – шепнул он и, наклонившись, поцеловал мой округлившейся животик.

Прижав меня к себе обеими руками, Влад поднял голову к вечернему небу, задумался, улыбнулся чему-то своему.

А я смотрела на него, как заколдованная, не в силах отвести взгляд.

Клянусь, таких счастливых глаз, какими были у моего мужа, небо еще никогда прежде не видело…

* * *

– Мама, мамотька, смотли, мы с папой поймали калася! – с громким криком влетел в дом Илюшка и подбежал ко мне с ведерком. – Вот! – гордо вздернул он курносый нос.

Варя торопливо сползла с табуретки, подбежала к брату, заглянула в ведро и с деловым видом выдала:

– Это не калась, это лыба!

Мы с Владом прыснули со смеху.

– Это лыба, мама, поняла? – выставил указательный палец Влад.

– Калась! – глядя на сестру, Илья нахмурил лоб, и для убедительности топнул ногой, обутой в длинный резиновый сапог.

– Лыба! – крикнула Варя.

– Калась!

– Лыба!

– Калась!

– Так, рыбы мои, идите сюда, – Влад подхватил их на руки и понес в гостиную. – А не то сейчас раздеретесь, как вчера из-за пряника.

– Калась!

– Лыба!

Послышалось отдаленно.

– А ты что скажешь, Сай? – Я щелкнула по носу пса. – Что будешь на ужин: утку или кролика? – И только открыла банку с кормом, как Саймон уже понесся к миске.

По дому разлилась трель звонка, я быстренько выложила корм в миску и поторопилась открыть дверь крестной. Отныне она частая гостья в нашем доме. Обожает водиться со своими внуками.

– И где это мои любимы внучата? – с порога заулыбалась она и, чмокнув меня в щеку, присела на корточки.

Варя с Илюшкой повисли на бабушке, одновременно заглядывая в ее пакеты. Знают: бабушка Надя никогда не приезжает к ним без подарков.

И вот из пакета достается коробка с куклой, следом за ней – машинка, дальше пакет со сладостями, пакет с кофточкой для Вари и джинсами для Илюшки.

– Балуешь ты их тетя Надя, балуешь, – улыбнулся Влад, глядя, как дети с пакетами метнулись на диван и принялись торопливо разрывать упаковки.

– А кого мне еще баловать-то? – развела руками крестная. – Никак тебя, дружочек? – И тепло обняла Влада.

Мы все дружно расположились на нашей террасе. Стоило нам взяться за еду, как по столу в Вариных руках зашагала ее новая кукла, поехала машинка Ильи, из-под скатерти высунулся нос вечно-голодного Саймона.

Мы с крестной залюбовались разросшимся розарием в саду, в воздухе кружился запах шашлыков и топящейся бани.

– Папотька, покатаес на самолетике? – голосом хитрой лисички спросила Варя и заползла на колени к Владу.

Боже мой, какая она подлиза, когда ей что-то нужно от папы, – умиленно улыбалась я.

– Меня тозе! – естественно же сказал Илья. По-другому и быть не могло.

– Я пелвая! – сразу предупредила Варя, и потянула Влада за руку в сад.

За ними быстро заторопился Илюшка, следом, чуть не снеся стол, бросился и наш слон Саймон.

Через пару минут в саду начались споры, кого дольше катал папа, и дело снова чуть не дошло до драки.

– И как вы с ними справляетесь? – ахнула крестная. – Два сорванца одинаковых с лица, – расхохоталась она, наблюдая за ними.

– О, перестаньте, – отмахнулась с улыбкой я. – Это они с виду такие вредины, а в душе – ну, просто ангелы!

Говоря об ангелах я нисколько не скрывала иронии. У наших детей есть талант: доводить нас с Владом до белого каления. Но, видимо, мужу этого мало: через год он планирует зачать еще одного ребенка.

«Сумасшедший, ей богу», – глядя на то, как он крутит детей на импровизированном самолете, улыбнулась я.

Услышав очередное: «Тепель меня катать!» поспешила к нему на подмогу.

– Т-а-ак, кто хочет вкусный десерт – бегом за стол! – сказала я, выйдя с террасы.

– Кто последний, тот сосиска, – посмеялся Влад, и первым бросился к террасе.

За его спиной снова слышались разногласия двух наших «ангелов», воздух разрезал громкий лай Саймона, крестная прикрыла ладонями уши.