Ворон и радуга. Книга 1 - Надежда Черпинская

– Вот спасибо! Вот удружил! – фыркнул атаман.

– Удружил, – невозмутимо кивнул эстиец. – Тебе проще будет теперь войти к ней в доверие…

– А мне зачем туда входить?

– А это и есть твоё новое поручение. Поедешь в Жемчужные Сады и выяснишь, что замышляет миледи Лиэлид, зачем ты ей понадобился, – Иридион был самое спокойствие. – Кайл тоже там. Если что, поможет.

– Охренеть! – Ворон не смог сдержаться. – Вы как это себе представляете? Приеду в её замок: здрасьте, я – атаман Эливерт, разбойник с большой дороги, пустите переночевать!

– Она сама тебя позовёт.

– Как? – развёл руками вифриец. – Где она меня найдёт?

– В хикланской тюрьме. Завтра ты попадёшься на воровстве, и тебя закроют в местной темнице. А она тебя выкупит.

Эливерт потерял дар речи.

– А больше ничего не придумали?! – наконец прорвало атамана. – Я на этот балаган не подпишусь. Вон, Кайл эту кралю охраняет, пусть и выясняет, чего она там задумала.

– Кайл не умеет выяснять, он слишком…прямолинеен. Может только в лоб спросить. У него другие таланты. А ты умеешь играть. Поэтому… Завтра в полдень, на рынке, – невозмутимо уточнил суровый эстиец. – Твоих людей сразу отпустят. За это не переживай! А тебе придётся выждать несколько дней, пока миледи Лиэлид донесут, что тебя схватили и собираются повесить. После того как всё у неё выяснишь, я тебя найду.

Иридион одним глотком допил вино, отставил кубок.

– Пока можешь идти. Рад был увидеть!

– Ненавижу вашу семейку! – шумно выдохнул Эливерт, повторил жест Иридиона с вином и поднялся из-за стола. Но, прежде чем уйти, тепло улыбнулся на прощание: – Я тоже был рад тебя видеть!

***

Крыса внимательно поглядывала на Ворона чёрными бусинками глазок, непрестанно шевелила тонкими усиками и старательно грызла кусочек сухаря, сжимая его лапками. Лапки были похожи на человеческие руки, только с крохотными коготками. Эл уже успел изучить каждый пальчик.

А ещё у этой крысы было порвано ухо, и обрублен кончик хвоста. Он подкинул зверушке ещё кусочек хлеба, и снова принялся наблюдать, как та трапезничала.

– Ишь нашёл себе дружка! – хмыкнул бородатый дед из дальнего угла. – Скоро, небось, трепаться с ним начнёшь?

– И начну, – фыркнул Эливерт. – Всё приятнее, чем с тобой…

Дед не обиделся, заворочался, устраиваясь поудобнее, и вскоре захрапел. Крыска догрызла сухарь и выжидающе уставилась на атамана.

– Кончилось всё, – усмехнулся он. – Вечером приходи! Или утром… Слышь, дружок, сгоняй на свободу, погляди там хоть день или ночь сейчас!

Атаман потерял счёт дням: от безделья хотелось лезть на стены, от невозможности увидеть небо готов был уже сам петлю на шею накинуть. Сколько раз он за это время помянул добрым словом милорда Данкалнау и его сынка с их дурацкими затеями – пальцев на руках и ногах не хватит сосчитать. Наверное, икалось милордам уже который день.

Всё вышло, как задумали: разыграли всё так, будто Эливерт прокололся, пытаясь срезать кошель с пояса одного почтённого эрра. Налетели откуда-то хикланские стражи порядка, скрутили по-быстрому, ведь сопротивлялся он только для вида.

Двое из его вольницы попытались помочь, и были схвачены немедленно. Эл цыкнул на них, чтобы не дёргались, а то ещё не ровен час пострадают дуралеи. Притащили их в Крепость стражей всех вместе. После, как и обещал Иридион, приятелей его отпустили, пригрозив вздёрнуть в следующий раз, если будут на стражей порядка задираться. А воришку Эла заперли «в колодце», пообещав вскоре повесить.

Но казнь всё откладывалась, и атаман от тоски уже готов был сам на себя руки наложить. Всё-таки темница не самое весёлое место в Долине Ветров.

Как раз тут загремела дверь. Крысёнок испуганно шмыгнул в угол, где у него была нора. А в узилище заглянул один из стражей.

– Эй, ты! – кивнул он Эливерту. – Давай!

– Неужели наконец-то вздёрнете? – с надеждой спросил Ворон.

– Шутник, да? – поморщился страж. – Надзиратель велел тебя привести.

– Ух ты! – напрягся атаман. – Лучше бы сразу на виселицу… Слышь, дед, не поминай лихом!

– Удачи, сынок! – крякнул бородатый из своего угла.

***

Надзиратель шагнул к нему навстречу, улыбаясь так радушно и широко, что казалось, его лоснящиеся щеки сейчас лопнут.

– А вот и он! Тот самый, которого поймали на площади… Что же ты сразу не сказал, дружочек! Давно бы уже отпустили. Ну, мало ли, кому чего показалось... Я же думал, ты из воровской шайки. А тут… Раз такое дело… Мои извинения, мои извинения!

– Вы нас не оставите, эрр Милан? Ненадолго…

Эливерт, опешивший от такой любезности тюремного надзирателя, только теперь обратил внимание на мужичка средних лет, сидевшего за столом. В сером полумраке комнаты он почти сливался с замызганной стеной.

– Конечно, конечно! – затряс вторым подбородком Милан.

Фальшивая улыбка не сползала с круглого лица надзирателя ни на мгновение. Он бочком протиснулся в узкий проём и прикрыл дверь с другой стороны.

Эливерт настороженно разглядывал незнакомца. А тот небрежно кивнул на лавку напротив.

– Вижу, ты удивлён.

– Я не удивлён, – хмыкнул Ворон, присаживаясь. – Я охренел. Что это с ним?

– Он просто счастлив. Его своей милостью одарила сама миледи Лиэлид. И ты должен быть счастлив. По той же самой причине.

– Не очень вас понимаю…

– Я и сам не понимаю. Но… Я служу у миледи Лиэлид. Сегодня я привёз эрру Милану письмо с просьбой о помиловании одного из узников. Тебя. Я не знаю, зачем ей это, и не моё дело выспрашивать. Но её просьба и два фларена мзды сделали своё дело. Ты свободен.

– Благодарю! – ухмыльнулся ошарашенно разбойник. – Как говорится, от всего… Но это ведь не всё, так?

– А ты смекалистый парень! – улыбнулся дружелюбно мужичок. – Разумеется. Никто не дарит свободу за просто так.

– И что должен сделать я? – сразу перешёл к делу Ворон.

– Поехать со мной в Жемчужные Сады.

– Зачем?

– Я маленький человек, – поморщился мужичок, – мне велели тебя привезти, а зачем никто не