Покорить Ангела - Виктория Победа

— Волков, вы не иначе как меня встретить вышли? — из размышлений меня вывел голос препода. — В аудиторию вернуться не желаете, или пару предпочитаете провести здесь?

Глава 34

Вернувшись в аудиторию, я уверенным шагом направился к четвертому ряду. Лина, бросив на меня обещающий все кары земные и небесные взгляд, демонстративно отвернулась и уставилась вперед, на вошедшего следом за мной преподавателя. Серьезность и легкий оттенок негодования на лице Ангела вызвали улыбку на моем лице.

— Здесь, вообще-то, занято, — не глядя в мою сторону, прошептала Лина, когда, оказавшись рядом с ней, я молча уселся на место, ранее принадлежавшее Ромычу.

— Он не будет против, — в этом я был уверен.

На друга я больше не злился, но по морде он, безусловно, получил заслуженно.

На мое замечание Лина отреагировала лишь тяжелым вздохом. Я ее негодование, конечно, понимал и отчасти принимал даже, но не мог же я в самом деле взять и разом бросить любимое занятие, приносящее неплохой доход.

— Не злись, — чуть подавшись к Ангелу, я зашептал ей на ушко, точно зная, что этот порыв не оставит ее равнодушной.

Ну давай, малышка, просто улыбнись.

— Перестань.

— Нет, ты знаешь, я снова тебя хочу, я все время тебя хочу, — наклонившись еще ближе к ее маленькому, очень чувствительному ушку, губами я прихватил мочку, в желании почувствовать, как Ангел начинает мелко дрожать.

Да, она всегда так реагировала, ни разу не сумела устоять. Это наваждение одно на двоих, безумие, в котором я готов был плескаться вечность.

И ничуть ведь не лукавил, я ведь действительно ее хочу, всегда, везде, каждую минуту. Просто хочу ее рядом видеть, чувствовать на себе дерзкий взгляд своего порочного ангела, ощущать ее тепло. Именно это состояние, должно быть, и называется «поплыл». Мы не расставались практически с того дня, как я впервые оказался на пороге ее домишка, а мне все время мало, бесконечно мало проведенного с ней времени. И кажется, что даже мысль об ее отсутствии вызывает спазм в горле, сдавливает легкие и не дает вздохнуть, наполнить кислородом ткани.

— Женя, — она снова зашипела на меня предупреждающе, но на этот раз повернулась лицом ко мне, прищурилась и поджала свои красивые губки, которые так хотелось целовать не останавливаясь, не прерываясь ни на секунду. Кажется, я снова перестал дышать, такое простое движение, а у меня из легких в одно мгновение выбился имевшийся там воздух.

— Что?

— Прекрати, — ее голос больше не звучал так твердо, как прежде.

— Я ничего не делаю, — я улыбнулся, наблюдая за тем, как розовеют ее щеки, а взгляд вспыхивает праведным гневом.

— Если ты думаешь, что я уже обо всем забыла, то ты ошибаешься, Волков.

Стоило ей договорить, как со стороны входа раздался звук захлопывающейся двери и голос Ромыча. Промямлив какие-то нечленораздельные извинения, он молча направился к свободному месту, одним рядом выше. По пути только мазнул по мне взглядом, усмехнулся, потер пострадавшую от моего кулака челюсть, и прихватил свой рюкзак.

Инцидент был полностью исчерпан, оставалась только одна проблема — Ангел и ее условие.

Я, правда, думал, что она остынет, перебесится, в конце концов ничего противозаконного я не делал, а гонки неплохо кормили.

— Лин, может хватит уже, — чуть раздраженно произнес я, вернув свое внимание Ангелу.

— Ну хватит, так хватит, — пожав плечами, она снова отвернулась.

И как-то после ее слов сразу повеяло холодом, будто кто-то внезапно распахнул настежь все имевшиеся в аудитории окна.

— Лин.

— Все, Жень, я здесь для того, чтобы учиться, — резко, совершенно ледяным тоном оборвала меня малышка, я даже рот открыл от удивления столь резкими переменами в ее поведении, ведь еще минуту назад я видел иную картину, а теперь… Моя вспыльчивая девочка больше напоминала снежную королеву из той самой детской сказки.

Оставшееся время мы провели в полной тишине, Ангел — слушая преподавателя, я — по большей части сверля ее взглядом.

И хоть бы повернулась, посмотрела на меня, ведь чувствовала же все.

— Лин.

Как только пара подошла к концу, я снова сделал попытку поговорить, но вновь наткнулся на ледяную стену непонимания.

— Жень, я тебе все с утра сказала, ты меня не услышал.

Стоявшая рядом Тася некоторое время упорно делала вид, что ей очень интересен потрескавшийся потолок аудитории, но в конце концов не выдержала, и вмешалась в наше, ставшее молчаливым, противостояние.

— Так, выруливайте, нам еще в другой корпус топать, — подталкивая Лину в спину, протараторила в свойственной ей манере Тосян.

Я молча сделал шаг в сторону, пропуская девчонок, и все еще надеясь на то, что Лина остановится, взглянет в мою сторону, но она не остановилась, молча протиснулась к ступенькам и, не глядя на меня, поспешила к выходу. Следом за ней, не отставая шла Таська, а я стоял, как дебил, смотрел обеим в спину, не понимая, что это сейчас вообще такое было.

— Накосячил все-таки, — позади раздался смешок, а после тяжелая ладонь опустилась на мое плечо.

Ромыч, я был готов поклясться, ликовал.

— Тебе раза было мало?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Нет, но второго не будет, — улыбка вмиг сошла с его смазливого лица, во взгляде отразилась серьезность. — Так что ты натворил?

— Ничего, — я отмахнулся, собираясь скинуть его руку.

— И все-таки? — не отставал Ромыч, сжимая ладонь на моем плече.

— Хочет, чтобы я гонять перестал, — выдохнул я, сдаваясь.

— И в чем проблема? Тебе давно пора завязывать, ты не умеешь контролировать эмоции, рано или поздно это закончится плохо, как…

— Только не приплетай сюда историю с Костяном, ты прекрасно знаешь, что головой он не думал, и…

— Поосторожнее, Жек, он был моим лучшим другом.

Я замолчал, четко осознавая, что перегнул. Во взгляде Ромыча отразилась, казалось бы, уже пережитая и похороненная боль.

— Извини.

Ромыч в ответ одарил меня легким кивком, похлопал по плечу и пошел вперед.

Я же двинулся следом, прокручивая этот короткий разговор в своей голове.