Два Феникса - Лиза Мидлевская

пуховик, черный замысловатый шарф. С виду все довольно просто, но видно, что вещи дорогие. Стильная. В одном ухе насчитал не менее четырех сережек. На руках же, в которых она держала телефон и постукивала его ребром по ладони, не было никаких украшений. И только на нижней фаланге безыменного пальца была татуировка. Присмотрелся — скрипичный ключ?! Да, личность, похоже, неординарная.

— Привет, дружище! Как ты? Выглядишь еще паршиво, но все же лучше, чем раньше, — поприветствовал меня Глеб.

— Привет! — пожал ему руку. — Почти в норме. Готов покинуть это заведение, — и перевел вопросительно взгляд на девушку.

— Познакомься, это Света. Подруга Яны.

— Светлана, это Демид. Можешь, наконец-то, высказать ему все, что хотела. Теперь он в состоянии воспринимать.

В голове вспомнились рассказы Яны о подруге. Светка, похоже. Это она и есть. И, честно говоря, я растерялся. В отличие от девушки, стоящей напротив меня. Она окинула меня оценивающе-уничтожающим взглядом.

— Так вот ты какой, Черный Ворон. Повыдирать бы тебе твои перья и дать пинка под выщипанную задницу. Да ты и так уже наказан по самое не могу. Не уверена даже, что расхлебаешь.

Телефон в ее руке зазвонил. Коротко бросив в трубку «Уже иду», она продолжила:

— Мастер подъехал. Скрипку мою привез… Так что мне надо идти. Не могу сказать, что приятно было познакомиться.

— Светлана, мы подвезем. Если подождешь пару минут.

— Да нет, не надо. Мастер и подбросит меня. За те деньги, которые я ему плачу….

И уже почти на лестнице:

— И, кстати, сегодня снова гололед на улице. Так что будьте бдительны, мальчики, скользкий тротуар…

-..убивает культуру речи, — продолжил Глеб улыбаясь. — Я запомнил, Света. Я позвоню?

— Не уверена, что нам это нужно. Чао! — и скрылась на лестничном пролете.

— Но и не уверена, что не нужно, — добавил тихо Глеб, похоже, уже сам себе.

— Светлана?! Так официально? Яна когда рассказывала о подруге, называла ее не иначе как Светка. И ей это подходит. Видно, что та еще штучка.

— Если бы ты слышал, как она играет, у тебя бы язык не повернулся назвать ее Светкой. Только Светлана. Или Лана, — произнес задумчиво Глеб.

— Так… так… так… Скрипка. Лана. Это что, та прекрасная нимфа, которая тебя своей игрой и одухотворенностью сразила? — спросил я.

— Не перестаю удивляться, как тесен мир, — утвердительно кивнул друг.

И вот здесь я не выдержал и засмеялся от души.

— Сочувствую тебе, друг, — похлопал его по плечу. — Только это не нимфа лесная, а настоящая дьяволица. Хоть и в обличи очень даже симпатичном.

И продолжил смеяться, вспомнив вдруг (теперь уже уверен, что эта была ее фраза, а не глюк) «селедку нешкрябаную»

— Ты ничего не понимаешь. Я, конечно, тоже не знаток, но думается мне, что вся эта ее ершистость — нарощенная броня. Я видел ее другую, и как мне кажется, настоящую.

— Не мне тебе советы давать. Сам в полной ж. пе. Глеб, я никак не могу дозвониться до Яны. И не знаю, как добиться того, чтобы она выслушала меня.

Глеб внимательно посмотрел на меня, словно оценивая, могли я принять информацию или нет.

— Она уехала, Вихрь.

— Куда, в отпуск?

— Сначала да. А потом останется в Европе. Даже мне не сказала, в какой стране, но думаю, что в Германии. Согласовала удаленный режим работы на неопределенный срок…

Я смотрел на друга и понимал, что все мои надежды на скорое прояснение ситуации ускользают как песок сквозь пальцы…

***

Глеб отвез меня домой, позаботившись предварительно о наличии продуктов и лекарств, которые мне еще надо было принимать. Пообедали вместе и он уехал.

Я слонялся из угла в угол по опустевшему, вдруг, дому. Везде находил следы пребывания в нем Яны: в ванной ее расческа и гель для душа. В спальне — резинка для волос на тумбочке и забытая футболка. В кухне — прихватки с какими-то новогодними мышами. Такой приспособы у меня раньше не было, а Яна очень любит готовить в духовке, вот и принесла. Весь дом, казалось, был наполнен Яной, хотя она уже давно сюда не приезжала, а в это время здесь умудрилась похозяйничать Валерия (все это время мы с ней были у меня дома, просто она не открывала никому и старательно скрывала признаки нашего здесь присутствия). Но дом хранил в себе присутствие моей удивительной женщины. Близкой мне. И … любимой? Да, определенно — понял я очень простую истину. Правда, вопросов от этого стало не меньше, а мне самому — совершенно не легче.

***

Утром меня разбудил настойчивый звонок телефона и в домофон одновременно. — Тина. Судя по настойчивости, она во что бы то ни стало была намерена прорваться ко мне.

— Чем обязан в такую рань?

— Вообще-то, если ты посмотришь на часы, то увидишь, что вовсе не рань уже.

— Действительно, — удивился. Часы показывали начало одиннадцатого.

Тина разделась и прошла в кухню. Стала что-то сосредоточенно искать, открывая каждый ящичек и шкафчик.

— Что ищешь? Может, я подскажу?

— Тупые ножницы, которыми я обещала тебе отрезать яйца, если обидишь Яну.

— В последнее время много желающих учинить надо мной физическую расправу. Становись в очередь, — хмыкнул я. — Но никакой физический вред не может сравниться с моральными истязаниями, которым я сам себя подвергаю. Поверь.

Тина остановилась. Посмотрела на меня внимательно. Подошла вплотную. Заглянула в глаза.

— Что случилось, Вихрь? Не верю я в эти детективные истории. Что на самом деле?

Я глубоко вздохнул, сел на стул и, пока Тина решила приготовить завтрак, начал рассказывать. Я рассказал ей всю историю, включая сны, страхи, сомнения. И даже мысли порвать с Яной.

— Да, дела. Отчего ж вы все такие сложные-то? Сильные, успешные, умные. Но сложные до жути. Вот у меня к тебе два вопроса есть. Только пообещай, что подумаешь и честно, в первую очередь перед самим собой, ответишь.

Молча кивнул.

— Почему ты здесь?

— В смысле?

— Почему ты все еще здесь? Не полетел за ней следом? Не поселился у нее под дверью? Не перевернул все вверх дном и не поднял всех знакомых, чтобы найти ее?

Я задумался. Действительно, почему?

— Наверное, потому что не уверен в себе. Меня пугают эти сны и размышления. Иногда реально боюсь, что кукухой поехал. Надо разобраться со всем этим. Яна за это время, может, немного успокоится и сможет выслушать меня. Или вычеркнет полностью из своей жизни.

— Ну, это ты брось — вычеркнет. Сделай так, чтобы не успела. А так, в правильном направлении мыслишь. Чтобы начать новый этап, нужно завершить старый. А ты, несмотря