Путь к счастью - Роман Свободин

— Ну… не знаю, может Рома увидит более достойную девушку, не обременённую детьми, — я смотрю этой гадине в глаза, нет, милая, меня уже этим не зацепишь, я Роме слово дала…

Делаю глубокий вдох, как перед прыжком в воду. Говорю спокойно, с такой же милой улыбкой, как и у моей собеседницы. Несмотря на то, что внутри всё переворачивается, словно меня ударили.

— А ты здесь впервые? — задаю неожиданный вопрос для неё.

Она явно ожидала от меня чего-то другого. Может, думала, я её начну убеждать в обратном или доказывать ей что-то, на крайний случай, начну истерить. А тут вопрос, да ещё и не по теме разговора.

— Нет, мы с Ромой знакомы очень давно, наши отцы вместе работают, — хмурится и видимо пока ещё не поняла, к чему это я спросила.

— Значит, с Ромой вы уже виделись и не раз? Я могу предположить, что вы даже неплохо общаетесь, — продолжаю говорить спокойно, смотря ей в глаза.

— Конечно, мы дружим, раньше много времени проводили вместе, если ты понимаешь, о чем я. Он всегда делал мне кучу комплиментов. Даже сейчас глаз с меня не сводил. Неужели ты не заметила? — ухмыляется, её глаза горят торжеством.

Она действительно думает, что её слова могли меня задеть. Наивная. Я такую бурю в своей жизни пережила, что укусы жалкого комара я даже не чувствую.

— Удивительно, — нарочно округляю глаза, словно и вправду меня это удивило.

— Что именно тебя так удивило? Рома не раз говорил мне что я очень красива. Так что, не стоит удивляться, что он весь вечер слюни на меня пускает. Понимаю, это не приятно. Но ты либо смирись, либо…

— Отступить? — угадываю я.

— Видишь, это же очевидно. Правда? — лицо хоть и миловидное, а вот глазёнки маленькие, наглые, да и цвет у них мутный, болотный. Неприятный покалывающий взгляд, хочется стряхнуть его с себя.

— Очевидно, что Роме на тебя плевать. И это факт. Иначе кольцо, — я демонстрирую ей своё потрясающе красивое кольцо с бриллиантом. Такую красоту не заметить невозможно. — Да, вот это, было бы на твоём пальце. А все свои больные фантазии оставь при себе.

Снимаю фартук, вешаю на крючок, забираю со стола закуски и сырную тарелку, подмигиваю ошарашенной суке и выхожу к гостям.

Больше её трёп я слушать не намерена.

Ставлю тарелки на стол. Со спины меня приобнимают родные руки.

— Вот ты где. Долго, — получаю поцелуй в макушку.

— Алла задержала, захотела познакомиться поближе, — говорю быстро.

Я всё ещё зла. Из меня только пар из ушей не валит.

— Держись от неё подальше, — поворачиваюсь и вижу, как Рома морщится, словно от зубной боли.

— Почему? Она сказала вы друзья и даже намекнула, что вы были очень близки, если ты понимаешь, о чём я, — Рома конкретно так удивился.

Похоже я была права и желаемое было выдано за действительное.

— Между нами никогда и ничего не было. Кроме вежливого общения, — приподнимаю бровь, ой ли. — Да я бы в жизни к ней не притронулся. Наши отцы работают вместе. И боюсь интрижка с ней стоила бы мне свободы.

— Ты о чём это? — не понимаю его намеков.

— Её отец не раз напрямую говорил мне, что мечтает с нами породниться. Илья сразу нет, у него слава отъявленного бабника, ловеласа, какому отцу захочется такого зятя. А вот я прекрасная кандидатура. Только, если раньше я был не свободен и меня не трогали, то после того, как я остался совершенно один, Алла меня просто одолела, то смс, то звонки с глупыми вопросами. Если я приезжал домой, она конечно же приезжала к нам погостить. Её попытки заарканить меня, уже конкретно так бесили.

— Ты не пытался её отшить? — обескураженно уточняю.

Вот это да, она только, что не предлагала себя.

— Говорил прямым текстом, что нам не по пути, но она особа довольно упрямая, и целеустремлённая. Навязчивая словно пиявка. Я таких девиц не люблю, — кивает в такт своим словам. Кажется, она и правда его достала.

— Не волнуйся, я не позволю ей посягнуть на твою честь. Я тебя ей не отдам, — как могу, успокаиваю своего чересчур эмоционального мужчину.

— Спасибо, только на тебя вся надежда, — усмехается и приобнимает меня.

Нас отвлек требовательный кличь Матвея.

— Кажется, кто-то хочет спать, — говорю, склонив голову на бок.

— Давай тогда, я отнесу его на верх. Искупаю, а ты пока бутылочку приготовь, — подхватывает Матвея и идёт на верх. Я бы даже сказала сбегает. Поворачиваю голову и вижу, как к нам шла Алла.

— А куда Рома ушёл? — миролюбиво уточняет.

Будто и не она со мной на кухне неприятную беседу вела.

— Тебе зачем? — довольно грубо уточняю я. Я больше не милая и пушистая.

— Мне совет нужен, а это как раз по его части, — ничуть не смутившись отвечает мне эта пиявка.

— С советами придётся подождать. Ему не до тебя, — обрубаю.

— Спихнула на него своего сына? — вздёргивает бровь и брызжет своим ядом.

— Нашего, — поправляю её я. — Нашего сына, — её брови летят вверх, она хмурится, что-то обдумывая.

— Ты врёшь, — шипит словно змея.

— Спроси у Ромы. Давай, а я посмотрю, — ухмыляюсь ей.

Прошла мимо неё на кухню, мне бутылочку сделать нужно, с её болтовнёй про всё забыла уже.

— Обязательно, можешь даже не сомневаться, — летит мне в спину. Ага, конечно, так я тебе и поверила, трусливая ослица.

Зайдя в детскую, увидела, как Рома ловко одевает сына. Что-то напевая ему. Кажется гимн.

— Колыбельную слабо? — подкалываю я.

— Это не практично, — усмехается.

— Ты поставил радио няню? Я волнуюсь, — Рома перекладывает Матвея в кроватку и накрывает одеялком, я же подаю ему бутылочку.

— Да, не волнуйся. Уже всё подключил, я сразу пойму, что он проснулся. В комнатах отличная звукоизоляция, так что, даже если мы устроим зажигательную дискотеку, шум сюда не дойдет. И мы его не разбудим, — я включаю тусклый ночник. И закрываю дверь. Сын через пару минут уснёт. Он сегодня очень устал.

Спустившись в гостиную, мы обнаружили новую гостью.

— Пока дочапала, чуть не заколела, — растирая пожилые руки говорит бойкая старушка. Илья, как чёрт из табакерки, появляется возле бабушки и помогает ей раздеться.

Ростом она в метр пятьдесят, такая маленькая, худенькая. Словно тростинка. Взгляд цепкий, с каким-то огоньком.

— Ира, эта наша бабушка, Раиса Петровна, — говорит мне, пока мы подходим к ней. Рома бережно обнимает её, ему приходится почти присесть с его то ростом, целует в обе щёки, она же гладит его по лицу, волосам, что-то