Второй шанс. Книга третья - Елена Звездная

Я опустила голову, ничего не говоря.

И тут Каенар тихо добавил:

— В ту ночь на крыше , покончить с собой должен был Аскеа.

Испуганно вскинула взгляд на кронпринца. Он вздохнул и пояснил:

— Эльтериана подводит отсутствие практики и понимания основ обучения. Дар у него есть, и невероятно сильный, но оперировать своими возможностями в полной мере он еще не способен, но уже вполне способен убивать. Однако главу Тайного департамента спасла ты. Знаешь как?

Появилась в самый критический момент , и обнародовала истинное состояние лорда Аскеа, вот как. Однако Каенар сказал иное.

— Твой разговор с ректором Нуэнта. Ректор временно перекрыл энергетические жилы ВАДа. Таким образом Эльтериан не смог суммировать чары всех находящихся в академии манипуляторов, вследствие чего не сумел заставить Аскеа спрыгнуть с крыши Башни. А в целом план был именно таков.

Мы продолжили идти по извилистой дорожке среди Весенних полян, но внутри я чувствовала все усилившийся ледяной ужас.

— У тебя пальцы похолодели, — тихо заметил Каенар. — Страх перед Эльтерианом столь силен?

Да. Более чем.

— Знаешь, каждый раз, когда я хочу проявить сочувствие участие[2] по отношению к младшему брату, которого неизменно защищал столько лет, вспоминаю как ты до крови сдирала кожу, пытаясь отмыться от его прикосновений, и братские чувства гаснут на корню.

Это было очень откровенно.

И я ответила на откровенность собственной откровенностью.

— Я действительно боюсь, — если всепоглощающий ужас можно охарактеризовать этим словом. — Я боюсь того, что может произойти на Весенних Учениях, если Эльтериан будет там. И боюсь того, что может произойти в столице, если Эльтериан останется здесь, в то время как вы будете далеко.

— Что ж…

Каенар неосознанно изменил шаг, и теперь двигался плавно и беззвучно, как воин. Но это было единственным, что выдавало его напряжение.

И причина его настороженности стала мне понятна, едва Каенар задал внезапный вопрос:

— Как ты думаешь, на что способен Эльтериан?

И я честно ответила:

— На все. Абсолютно на все. Он не остановится ни перед чем на пути к трону, и если ему потребуется утопить весь императорский дворец в крови, он это сделает.

Кронпринц остановился. Несколько снисходительно посмотрел на меня и сказал:

— Асьен, ты преувеличиваешь.

Если бы. В данный момент я преуменьшаю, потому что утопить в крови императорский дворец не самое страшное, а вот убить всех носителей императорской крови, включая новорожденных племянников и племянниц, это гораздо чудовищнее, но Эльтериан совершит и это.

— Я бы хотел свести все к шутке, но откуда такая убежденность в твоих глазах? — задумчиво спросил Каенар.

Я опустила взгляд.

Однажды я уже сказала правду его императорскому высочеству — он не поверил. Хуже того, объяснил это как «сновидение спровоцированное Заклинателями». Так стоит ли повторять?

— Хорошо, он поедет на Весенние Учения с нами. И да — мне очень приятно, что мне ты доверяешь больше, чем лорду Аскеа.

Полностью осознать сказанное им я смогла лишь когда подошли к Башне.

«Я боюсь того, что может произойти на Весенних Учениях, если Эльтериан будет там. И боюсь того, что может произойти в столице, если Эльтериан останется здесь, в то время как вы будете далеко» — Каенар услышал, и Каенар сделал выводы. Абсолютно верные выводы. И чувствуя тепло его ладони и уверенность в каждом движении, я почувствовала себя спокойнее.

И почему-то счастливее.

* * *

Утро отправления к восточной границе выдалось суматошным для всех, кроме нас с кронпринцем. Башня гудела, внутренняя лестница была переполнена посыльными от заведующих складами, приносившими мне все больше и больше сообщений о том, что в очередной раз нитки для палаток прогнили, провиант испортился, лекарственные средства погрызли мыши, и в целом пострадало все, что могло пострадать. Прямо не Великая Академия Достойных, а Тридцать Три несчастья.

— По-моему, это учебное заведение пора переименовывать во что-то менее великое, — задумчиво отметила я.

— Угу, — согласился Каенар, не отрываясь от своих записей.

Соорудив новый бутерброд из черного хлеба с маслом и рыбой, протянула его кронпринцу. Каенар взял предложенное, не забыв сказать «спасибо», при том что сам был полностью поглощен работой, а прожевав и запив все крепчайшим черным чаем, внезапно спросил:

— Магистр Берион еще не заглядывал?

— Ммм, кажется, нет, — ответила, пытаясь вспомнить, заходил ли кто-либо, пока мы спали.

— Долго он, — с некоторым раздражением произнес Каенар.

Я молча сделала следующий бутерброд и протянула его императорскому высочеству. После все же не удержалась и спросила:

— Мы будем ожидать появления магистра?

Отрицательно мотнув головой, Каенар ответил:

— Нет времени. Императорский восточный экспресс отправляется через час, и я хочу, чтобы ты поехала на нем.

Учитывая, что мы могли перенестись сразу к месту проведения Весенних учений, это желание показалось мне несколько нерациональным. Но кто будет спорить с работодателем.

— Да, господин, — почтительно ответила я, нарезая персик на аккуратные дольки.

Посмотрев на меня, Каенар загадочно улыбнулся и пообещал:

— Тебе понравится.

Вежливо улыбнулась в ответ.

Мне не понравится. Я знала это. Императорский восточный экспресс навсегда останется для меня адом, или даже хуже. Мне никогда не забыть ту пафосную поездку прекрасного принца и его идеальной принцессы по наиболее заселенным территориям империи Аркалад. Море цветов на каждой станции, мои сверкающие на солнце платья и драгоценности, лучащийся благонравием, демонстративной влюбленностью и почти искренним счастьем Эльтериан, и роскошный вагон — отдельного купе для принца было мало, он оборудовал весь вагон под мою персональную пыточную. Под стук колес и рев паровых двигателей стоны и крики не услышит никто. Абсолютно никто… А к следующей станции я вновь должна была сиять и улыбаться, соответствуя эталону идеальной принцессы…

— Не сомневаюсь, — вежливо ответила его императорскому высочеству.

И тут в дверь отчаянно заколотили.

— Мадемуазель Асьен! Мадмуазель Асьен, срочная ситуация! Костюмы студентов для учений пропали! Они пропали, мадемуазель Асьен.

Поднявшись, я надела маску , и пошла открывать дверь.

Там, трясясь и пугая серым цветом лица стоял главный мастер ткацкого цеха, на котором в метафорическом смысле данного выражения лица не было.

— Господин Швейдер, во-первых, успокойтесь, — вежливо попросила я.

— А, во-вторых, одежду для учений подготовила императорская ткацкая мастерская, и все виды форм уже были распределены между студентами, — добавил Каенар, отложив пустую чашку.

Господин Швейдер посмотрел на меня, потом на кронпринца, низко поклонился и ушел, пошатываясь.

Закрыв дверь, я повернулась к Каенару и поинтересовалась:

— А почему я об этом ничего не знаю?

Пожав плечами, его императорское высочество спокойно ответил:

— У каждого факультета свой