Истинный выбор - Елена Солт

по её поступкам, не скажешь. Но начальник тайной полиции просит о её помиловании. Хороша в постели? Явно не этим она завлекла почтенного Каритаса в клуб своих покровителей. Тогда что с ней не так? Что даже генерал армии врывается в мой кабинет из-за неё? Молчишь? Ладно. Это уже не важно, — император заметил, как сильно я сжал зубы, и раздражённо закатил глаза, — это не то, что ты подумал. Она жива и прекрасно себя чувствует. Поэтому хватит сверлить меня взглядом. Налей себе выпить и сядь!

Последние слова были сказаны без тени снисхождения или шутки. Я обошёл стол и опустился в кресло напротив Императора. Коннор поднял бокал в победном жесте.

— Сегодня тот знаменательный день, когда абсолютно все владетели земель стали мне верны по клятве на крови. Да, да ты не ослышался.

— И что же заставило лорда Стилла передумать?

— А вот попробуй отгадать! — Коннор довольно ухмыльнулся и сам же ответил. — Наш неприступный владетель северных земель тоже пал от чар обожаемой всеми вами леди Ангелины! Ты не поверишь, но он сам предложил принести клятву верности на крови в обмен на её помилование и разрешение на брак. Сам понимаешь — после того, как клятва верности принесена, мне, в общем-то, без разницы, какая именно золотая будет греть ему постель. Жаль, конечно, что не вышло казнить эту девку за измену, но переживу. Оставить её в живых оказалось выгоднее. Мне хватит того, что они будут смирно сидеть в своих северных землях и не станут мозолить мне глаза. И это стоит отпраздновать!

Спустя какое-то время, двигаясь словно в тумане, я вышел в коридор. Осознание того, что сейчас совершается ужасная ошибка, настойчивым молотком долбило в мозгу. Хэлленбург, этот чёртов интриган, намеренно упомянул Ангелину, Стилла и постель. И его слова достигли цели — все внутренности рвало на части от жгучей ревности. Да какого чёрта, она моя! Моя, и ничья больше! Сбежал по ступеням, запрыгнул на коня, и сразу пустил его в галоп.

Ангелина.

Мы уже порядком удалились от столицы. За окнами плыли однообразные пейзажи полей и желтеющих деревьев. Я усиленно делала вид, что они меня интересуют, лишь бы не разговаривать и не встречаться взглядом с мужчиной напротив.

Внезапно карета так резко остановилась, что я едва не слетела со скамьи. Снаружи послышалась брань. Лэйтон приоткрыл дверцу, выглянул наружу и тут же вышел. Я услышала, как щёлкнул замок — карету закрыли снаружи. Наклонилась к окну и забыла дышать. Рэйнер верхом на коне преграждал нам дорогу. Выглядел генерал устрашающе и явно не собирался любезничать. Сейчас он смотрел исподлобья на Лэйтона.

— Мне нужно увидеть Ангелину, Стилл. Это срочно.

— Я не позволю тебе к ней даже приблизиться, Файерстоун, — донеслось до меня.

— И кто же мне помешает? Твоя стража? — кивнул в сторону вооружённой охраны, сопровождавшей нас. Или может быть, ты сам, Стилл? Хочешь ещё раз померяться силой? Прошлого раза тебе было мало?

Генерал зло прищурил глаза.

Стражники, сопровождавшие нас, обнажили мечи и встали перед Лэйтоном. Этого ещё не хватало! Я дёрнула ручку кареты, но дверь не открылась.

— Что ж, будь по-твоему, Стилл, — с этими словами Рэйнер сформировал на ладони, один за другим, несколько шаров, и метнул их под ноги стражникам. Наша охрана оказалась заблокирована в огненных ловушках.

В этот момент в генерала полетел голубой потрескивающий шар. Рэйнер увернулся в последнюю секунду, но ткань камзола на плече слегка задымилась. В следующую секунду уже генерал растил на ладони огненный шар. Лэйтон не отставал. Мужчины сверлили друг друга взглядами и медленно двигались по кругу.

Я поняла, что мучить дверную ручку бесполезно, и принялась в панике осматривать салон кареты в поисках чего-то тяжёлого.

Услышала хлопок — это Рэйнер метнул свой шар, но Лэйтон успел выставить щит. На руке генерала уже разгоралось новое пламя. А вот Лэйтон выглядел не очень уверенно. Рэйнер тоже это заметил и усмехнулся:

— Клятва верности на крови дело такое, магически затратное, не так ли? Давай же, Стилл, отойди в сторону, не вынуждай меня идти до конца!

Я не узнавала Рэйнера. Он зло скалился, и готовился снова атаковать. Под сиденьем нашла зонт с массивным деревянным основанием. Примерилась и ударила по дверной ручке. Ах, надо сильнее…

— Никогда, Файерстоун. Ты никогда её не получишь, смирись.

— Ты сам сделал этот выбор, Стилл.

Рэйнер.

Магический шар в руке нарастал, обжигая и потрескивая, готовый испепелить любое препятствие. Противник выставил щит, но держал его из последних сил.

Это казалось невозможным, но ко мне вернулась не моя прежняя магия. А сила, в несколько раз её превосходящая. Мощная, отзывчивая и разрушительная. И иногда мне казалось, что я с ней не совладаю.

Вот и сейчас огненный шар разрушительной силы готов был сорваться и уничтожить не просто противника. Соперника, позарившегося на чужое. Внутренний голос шептал: «покончи с ним, убери с дороги, ну же, давай!»

Шар пульсировал и потрескивал на руке. Ещё мгновение, и…

В этот момент дверца кареты отлетела в сторону, и я прежде услышал, чем увидел.

— Нет! Рэйнер, стой, не надо! — но стихия не желала щадить. Она жаждала крови, и я не двинулся с места. — Прошу! Давай всё обсудим, как ты и хотел, пожалуйста! Посмотри на меня, я здесь!

— Ангелина, вернись в карету! — это уже Стилл влез, куда не следовало. Едва стоит на ногах, а никак не унимается.

Стиснув зубы, я смотрел, как Ангелина метнулась к противнику и загородила его грудью.

— Прошу, погаси огонь. Мы решим всё миром! — девушка вытянула перед собой руки в успокаивающем жесте.

Увидев перед собой новое препятствие, стихия отступила. Огонь потух так же быстро, как и загорелся.

— Спасибо, — Ангелина быстро обернулась к Стиллу, и что-то быстро ему прошептала. Невыносимо было видеть, что она стоит так близко к другому. Я стиснул зубы. Стилл неопределённо махнул рукой. Девушка зашагала навстречу и нерешительно остановилась в паре шагов.

— Поговорим без посторонних, — не в силах больше смотреть на неё без возможности коснуться, развернулся и зашагал прочь от кареты в открытое поле. Оглянулся, убеждаясь, что Ангелина идёт следом.

Спустя сотню метров резко остановился. Девушка тоже замерла. Обернулся к ней и злость как рукой сняло. Обнять, успокоить, защитить. Снова вдохнуть запах её волос. Сцепил руки за спиной, призывая гнев обратно, затем процедил:

— Куда-то собралась?

Смотрит настороженно, теребит юбку. Всегда так делает, когда нервничает или лжёт.

— Как видите, лорд Файерстоун.

— Вижу. И куда же, позволь узнать?

— В поместье своего будущего супруга, — перестала