Мой парень дышит огнём - Мария Николаевна Сакрытина

в течение семи часов, перерезая одну нить за другой, пока он находится под наблюдением. Третий вариант – я делаю всё то же самое здесь. Без целителя. Выбирайте. Только учтите: я студент, а не господь бог, ни разу не работала с менталкой, знаю только теорию. Одно неверное движение – я, например, могу испугаться, пока вы на меня рычите – и голова вашего товарища лопнет. Я такое видела только в записи на лекции, но мне не понравилось. Поэтому лично я – за второй вариант.

– Не трогай его медбот! – тут же зарычал дракон с ржавой чешуёй.

Я подняла руки.

– Не буду. У вас где-то час – пока мы с вами говорили, я смогла отсрочить перезапуск артефакта на этот период. Дольше никак. У меня всё.

Пару минут ничего не происходило, потом драконы как с цепи сорвались. Я прижалась спиной к стальной ножке кровати, обняла колени и сначала в ужасе смотрела, как они «решают» – с использованием клыков и когтей в качестве аргументов. Потом мне стало всё равно. Наверное, силы кончились, или это был шок – тупое смирение с судьбой. Да, я оказалась на волосок от смерти. Да, по собственной воле. Хуже всего, поверни время вспять, и я сделала бы то же самое снова.

Закончилось всё внезапно. Вокруг меня и кровати как будто выстроился почётный караул – двадцать драконов, спиной ко мне. Остальные разошлись по своим кроватям в полнейшем молчании и как будто совершенно добровольно. Рядом остались только Фирр и тот, с ржавой чешуёй. Он рукой зажимал рану на шее, у Фирра же был только порез на щеке.

Я посмотрела на них и, еле ворочая языком, медленно произнесла:

– Дать салфетку? У меня должны быть.

Драконы посмотрели на меня как на чокнутую.

– Семь часов так семь часов, – сказал Фирр и протянул мне руку. В крови она была по локоть.

А второй дракон прорычал:

– Если ты нас обманываешь, я вырву твоё сердце и сожру его.

Я перевела на него взгляд и не сдержала усмешки:

– Давай лучше почку. Сердце я уже своему парню пообеща… Твою ж мать!

Словно в ответ магическая нить – наша с Иннаром связь – натянулась и запульсировала. Это не было больно, скорее, очень неприятно. Вдобавок меня снова захлестнула паника, и я почему-то была уверена, что она не моя. Ощущение было – как слышать чужие слова в коммуникатор, только сейчас это были чувства.

– Прекрати, – прошипела я сквозь зубы, словно Иннар был рядом.

Неожиданно помогло. Возможно, где-то там, в столице. Иннар и правда понял, что всё со мной в порядке. Или у него сработала печать, потому что это был приказ.

И тут на всю казарму раздалось: «Пиум-пиум-пиум!» Я дрожащими руками вытащила из сумки телефон и задержала дыхание.

– Эля, – голос дяди Эрика звучал сонно и очень недовольно. – будь добра, объясни своему отцу, что звонить в два часа ночи невежливо. А ещё, что ты в порядке. Ты же в порядке?

Я взглянула на драконов. Фирр побледнел, тот, второй, смотрел на него очень красноречиво. Мол, ну вот, сейчас она нас всех сдаст. Ты же этого хотел?

Я отвернулась.

– Разумеется, я в порядке. Папе привет.

Дядя Эрик хмыкнул, но отключаться не спешил.

– Странно. Твой маячок говорит, что ты в «драконьем» секторе. Эля, что ты там делаешь?

Я зевнула, прикрывая рот ладонью – драконы вполне могли счесть вид зубов за угрозу.

– Да что мне там делать? В общаге я. Наверное, настройка сбилась. Можно я её утром проверю, ладно? Очень спать хочется.

Дядя Эрик усмехнулся.

– Ладно, спи. И зайди ко мне утром сразу после завтрака.

– Вам тоже спокойной ночи.

Я выключила телефон, убрала в сумку и, повернувшись к драконам, указала на артефакт.

– Могу начинать?

Фирр кивнул. Я закрыла глаза – с менталкой так удобнее работать. Страшно мне больше не было, всё что я чувствовала – это сильнейшую усталость. Но пришлось сосредоточиться на магии.

На то, чтобы справиться с первой силовой нитью, которую для удобства драконов я назвала проводом, ушло минут десять, и это я ещё спешила.

– Всё. Теперь через час… – я достала из сумки механические часы и блокнот, записала время, – можно будет продолжать.

Фирр снова кивнул. Даже он смотрел на меня как на чудо света, что уж говорить о втором драконе. Да и те, что стояли спинами к нам – конвой или караул – теперь переглядывались с явным недоумением. Тишина сделалась напряжённой, прямо-таки звенела у меня в ушах. Или это менталка, не знаю.

– Почему ты не позвала на помощь, ведьма? – не выдержал дракон с ржавой чешуёй.

Я посмотрела на него.

– Меня зовут Эля. А тебя?

Он скривился, но всё-таки ответил:

– Крес. – И, помедлив, добавил, кивнув на дракона с менталкой. – Это Рью. Если ты не справишься, ведьма…

– Я помню про сердце. Но тебе и правда придётся обойтись почкой. Рада знакомству, Крес.

Он повернулся к Фирру и прорычал на дракко:

– Ты был прав. Она чокнутая. – А когда я фыркнула, с трудом сдерживая смех, добавил: – Иметь парой чокнутую ведьму – что может быть хуже?

Фирр поморщился, а я не выдержала:

– Знаю – иметь две извилины в мозгу. Тебе, наверное, тяжело с ними живётся, а, Крес?

Он рыкнул в ответ, показав клыки. Фирр рядом со мной напрягся, но Крес отмахнулся, словно я была назойливым насекомым, потом уселся на пол напротив и принялся смотреть на меня. Очень внимательно. Наверное, это тоже была форма агрессии, и в другое время я бы уже места себе не находила. Но сейчас вперилась в него таким же взглядом.

И вдруг до меня дошло.

– А что с вашими ошейниками?

Драконы переглянулись.

– А что с ними? – уточнил Фирр.

– На них дополнительные плетения, как те, которые я сняла с твоего. Мне казалось, это у тебя ошейник бракованный, мало ли, бывает. Но… – Я оглянулась. – Да, всё верно. У вас у всех такие. Это странно. Верховный маг в курсе?

– Ты нас спрашиваешь? – Крес смерил меня взглядом исподлобья.

– Ну да, извини. Завтра сама у него спрошу.

– Ты смотри, какие она слова знает! – фыркнул Крес. – «Извини», «пожалуйста».

Фирр его шутку не поддержал. Он внимательно посмотрел на меня и сказал:

– Эля, было бы неплохо, если бы никто, тем более Верховный маг, не знал, что ты была здесь.

– Кстати, об этом…

– Я же говорил, она всё расскажет, – перебил Крес и подался вперёд. – Ну и что ты тогда будешь делать, Фирр?

– Кто так поступил с Рью? – перебила я.

Драконы переглянулись. Фирр улыбнулся – помните, я говорила про драконью улыбку, это не то же самое, что человеческая.

– Эля, ты не хочешь этого знать.

– Да нет, хочу. Кто этот маг? Вы не можете подать жалобу, но я могу, а учитывая, что он едва не довёл дракона до смерти, его вышвырнут из питомника в тот же день.

Драконы снова переглянулись.

– Она и правда чокнутая, – с обидным смешком сказал Крес. – Жалобу она подаст. Ну да.

– И подам. С менталкой в качестве доказательства. – Я встретилась с Фирром взглядом. – Поэтому я скажу, что сама сюда пришла. Тут артефакторов больше нет, никто не знает, как мы работаем, так что поверят. Объясню, что почувствовала ментальный артефакт…

– Слушай, ведьма, думаешь, мы не знаем, что ты в этой вашей иерархии в самом низу? – перебил Крес. – Тебя и слушать не станут.

О, ну да, огненные драконы – и их зацикленность на иерархии.

– Станут, ведь это нарушение закона, – начала я, но теперь меня перебил Фирр.

– Эля, законы написаны для людей. Если бы это произошло с тобой, так, наверное, и было бы. Но мы драконы.

– Вот именно! Вы деньги, Фирр, собственность государства, и кто-то чуть было не лишил питомник кругленькой суммы. Верховный маг не может закрыть на это глаза.

Фирр нахмурился, а Крес фыркнул.

– Да скажи ей. Она всё равно не захочет на него стучать.

Фирр ответил ему что-то неразборчивое на дракко. Я подождала, и он повернулся ко мне.

– Господин Нордин. Наставник Рью.

Я подумала, что ослышалась.

– Нордин? Берт… Нордин?

Фирр кивнул. Крес подался вперёд и потянул носом, словно хотел запомнить запах моего разочарования.

Берт, у которого драконы не чувствуют боль так, как люди. Берт, потерявший сестру.

– Ну как, ведьма? Всё ещё хочешь поговорить с Верховным магом? – поинтересовался Крес минуту спустя.

Я взяла себя в руки.

– Разумеется. Ведь это должно прекратиться.

Рью вздохнул во сне, драконы посмотрели на него.

– Не прекратится, – припечатал Крес. – Нужен кто-то