Неистовый голод - Сюзанна Райт

с тобой. И если тебя нет рядом, она чувствует себя некомфортно. — В то время как последнее заставляло Трика чувствовать себя немного самодовольным, его огорчало, что она ещё не полностью расслабилась в стае. Однако он понимал, что уйдёт время. — Мне нравится, как ты с ней ведёшь себя, — продолжил Маркус. — И должен сказать, я удивлён, испытываю облегчение и впечатлён тем, что она полагается на тебя. Многие женщины видят в этом слабость. Кажется, она уважает твою потребность заботиться о ней и с радостью позволяет это делать — возможно, потому, что ей раньше не на кого было опереться, и она не боится пробовать. Всё это хорошо и указывает на то, что она счастлива с тобой и принимает то, что ты её пара. Ей просто нужно встретиться лицом к лицу с тем, что встаёт на пути связи, и это, как я предполагаю, связано с Ньюманами.

Руки Трика сжались на руле.

— Она всё ещё надеется, что сможет найти способ заставить их принять её решение о присоединении к стае.

— Не думаю, что это произойдёт.

— Я тоже, но они не считают себя виноватыми в этом. Они всегда заставляли её чувствовать себя плохой, и мне это противно. О, она видит, что не одна ведёт себя неразумно, но это всё равно заставляет её чувствовать себя дерьмово.

— Ты можешь лишь делать то, что делал всё время с момента, как снова нашёл её — быть рядом. — Маркус скривил губы. — Мы недалеко от её дома. Почему бы не заехать и не повидаться? Я понимаю, что она занята, но это, наверное, единственное, что успокоит тебя.

Абсолютная правда.

— Возможно, она ещё не вернулась со склада.

— Позвони и выясни.

Фрэнки как раз закончила перетаскивать металлолом из фургона в студию, когда зазвонил сотовый телефон. Она убавила громкость музыки и схватила телефон с полки. На экране высветилось имя Трика.

— Да? — просто ответила она.

— Привет, детка. Ты уже дома?

Она нахмурилась, услышав напряжённые нотки в его голосе.

— Да. Где ты?

— Примерно в десяти минутах езды от тебя. Я скоро приеду, помогу тебе выгрузить материалы.

Чёрт, он был слишком милым.

— Я уже все выгрузила. Но ты всё равно приезжай.

— Скоро буду, — сказал он, на этот раз его голос был немного теплее.

— Хорошо, я… — Звук автомобильного двигателя заставил её обернуться. Увидев синий Шевроле Тахо, она вздохнула.

— Чёрт.

— Что?

— Похоже, Вэнс решил навестить меня.

Трик выругался.

— Не впускай его в дом. Закрой грёбаную дверь студии и не обращай внимания на этого ублюдка. Я разберусь с ним.

— Я и сама прекрасно с ним справлюсь. — Она медленно вышла через боковую дверь, когда машина свернула на подъездную дорожку, ведущую к студии. Она ни за что не впустила бы этого ублюдка внутрь. — Подожди, это не Вэнс, — поняла она, увидев номер. Номера Вэнса заканчивались на «VCE». — Твою мать, — выплюнула она, потому что водитель нажал на газ, и шины взвизгнули, когда машина понеслась прямо на неё.

— Фрэнки? Фрэнки! — завопил Трик.

Не раздумывая, она побежала к боковой двери и повернула в студию, но машина последовала за ней внутрь и с визгом остановилась, задев ногу с такой силой, что Фрэнки растянулась на бетонном полу. Боль пронзила ногу и обожгла тыльные стороны ладоней. Стиснув зубы, Фрэнки перевернулась на спину. Именно в этот момент водитель плавно вышел из машины. Он показался смутно знакомым. Она не разглядела, как следует парня, который напал на Трика в туалете, но подозревала, что это он. Дрейк. Вот чёрт. Она сжала кулак. Где, черт возьми, её телефон? Она уронила его, когда падала, и нигде не видела. Ужас пронзил грудь. Оглядываясь, она поняла, что глупо врываться в студию — она ни за что не смогла бы вовремя закрыть металлическую дверь, чтобы не пустить ублюдка, но она об этом не подумала — была слишком охвачена паникой. Эта паника затопила её и сейчас, разгоняя адреналин по венам.

Фрэнки приподнялась на локтях, задаваясь вопросом, слышит ли он бешеный стук её сердца — он отдавался в ушах, точно так же, как и волчица металась внутри от ярости.

Парень подошёл к ней, насвистывая.

— Привет, милая. Ты быстро бегаешь, не так ли? Просто недостаточно быстро. А теперь, почему бы мне не помочь тебе подняться?

Её когти вонзились в него, и она ударила его, порезав лицо до крови. Он отпряну, словно потрясённый видом её когтей. Воспользовавшись этим, она снова ударила его.

Смеясь, он отпрянул и уклонился от удара. Да, он смеялся.

— Не знал, что ты перевёртыш. Ты живёшь здесь, без стаи, без пары. Хорошо, что я люблю сюрпризы.

Она с трудом поднялась на ноги — плохая идея. Её нога всё ещё пульсировала от боли. Почувствовав, что он готов к нападению, она зарычала:

— Даже не пытайся это сделать, ублюдок.

Возможно, она и не умела драться как перевёртыш, но могла причинить боль.

— Прости, милая, но тебе придётся пойти со мной.

— Этого не случится.

Он двигался быстро. Чертовски быстро. Его кулак врезался ей в челюсть, оглушив.

— Жаль, что мне пришлось испортить это милое личико, — сказал он. Снова насвистывая, он потащил её к машине, но больная нога подогнулась. Это застало его врасплох, и он споткнулся, когда она упала на спину. Склонившись над ней, он вздохнул. — Тебе обязательно быть неуклюжей?

Она глубоко вонзила когти в его пресс, царапая до кости.

— Да.

Он отпустил её так резко, что затылок с ужасным треском ударился о бетон. У неё закружилась голова, и тошнота скрутила желудок.

— Грёбаная сука.

Ботинок врезался ей в живот, выбив воздух. Фрэнки свернулась калачиком, шипя. Её волчица обезумела и рванулась к поверхности, но затем острые когти прижались к горлу Фрэнки с такой силой, что порвали кожу. И она, и волчица застыли.

— Хватит играть, — сказал он. — Мы сядем в эту грёбаную машину и поедем в какое-нибудь тихое место. Туда, где сможем побыть