Месть преданной жены, или Спокойствие! Я - мама! - Кристина Юрьевна Юраш

- Как все сложно, - вздохнула я.

- Да, магия - штука непростая, - заметил Элизар. А я подумала, что мой мальчик должен был уже писать мне из Академии. Он так и не поступил в нее…

- Понимаешь, когда кровь кровь отдается обманом, или под принуждением, она имеет совершенно другую магическую ауру. Особенно ярко видно, если кровь отдана под принуждением. Она хранит ауру смеси страха, сомнений, боли, унижений… - произнес Элизар.

- А если человек добровольно отдал кровь, но при этом испытывает боль, сомнения и так далее… - заметила я. - Это же тоже может повлиять на качество крови?

- Все равно это другое. Есть твердое решение отдать кровь. Есть магическая формула, которая подтверждает намерения… - заметил Элизар.

Нас встретил сухой и худощавый дворецкий, возраста неопределенного. Ему могло быть как за шестьдесят, так и под пятьдесят. Вышколенный, словно проглотивший палку, он чинно открыл дверь, вежливо поздоровавашись.

Просторный холл поприветствовал нас гулким эхом шагов, фамильными портретами и роскошной лестницей. “Вот что бабе не жилось?”, - подумала я, глядя вокруг. - “Ну да, работа у мужа не простая. Его часто не бывает дома. Ну и что? Найди себе какое-то заделье, в конце-концов! Сделай оранжерею, займись дизайном платьев, открой модную лавочку, читай книги…

Я вот, например, с удовольствием читала. И даже заказывала себе книги. Делала ремонт, самостоятельно учила ребенка, играла с ним, развивала его. У меня не было нянь и гувернанток. Кроме Матильды. Но для приличного дома одна няня - это ничто! В три года мой малыш умел читать и писать, в четыре мы уже обсуждали первые прочитанные книги! Мы вели дневнички прочитанных книг, клеили туда красивые вырезки из журналов. Мне никогда не было скучно. И мысли о том, чтобы завести себе любовника даже не посещали меня!

- Она здесь! - произнес канцлер, указав на дверь комнаты. - Покинуть комнату она не может. А я пока решаю, что с ней делать.

- Разрешите, я поговорю с ней наедине, - попросила я, положив руку на ручку.

- Конечно, - кивнул канцлер.

- Там крови надо совсем немного, - напомнил ректор.- Не пугай ее литрами…

Я ожидала увидеть несчастную умирающую, но вместо этого увидела вполне здоровую красавицу, которая сидела перед зеркалом. При виде меня она встала и смерила меня гневным взглядом.

Платье на ней было новое, свежее. Даже прическа сверкала драгоценностями.

- Что ты здесь делаешь? - произнесла Фрезия, что-то пряча за спиной.

- Я пришла поговорить, - твердо ответила я. - Мне нужна твоя кровь. Добровольная. Чтобы спасти Эмброуза.

Фрезия посмотрела на меня так, как смотрят королевы на своих служанок.

- После того, что я пережила по твоей вине, мой ответ… Ни-ког-да! - произнесла она так, словно выплюнула. - Ни за что!

От такого категорического отказа я опешила.

- Не ожидала, да? - усмехнулась Фрезия. - Я никогда ни в чем не стану помогать тебе!

- Речь идет не обо мне! А о твоем ребенке! - произнесла я.

- Это - не ребенок. Дети рождаются только в законном браке. Все остальное - досадное недоразумение, случайности и ошибки, от которого нужно избавиться как можно скорее, пока не пошли слухи, - заметила Фрезия.

Такого ответа я не ожидала. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы осознать всю глубину цинизма и жестокости.

- Я знаю, что ты делаешь! Ты пытаешься вернуть своего мужа в семью! Ты пытаешься привязать его ребёнком! - заметила Фрезия. - Чтобы даже, когда Северин был у меня, ты в любой момент могла дернуть моего любимого, сказав, что вашему ребенку что-то нужно!То он приболел! То ему нужно, чтобы папа проводил с ним время! Чтобы папа приехал на праздники! Чтобы папа куда-то свозил его! Ты же не дашь нам жизни! Что это за жизнь, когда мужчина разрывается на две семьи? Меня такая жизнь не устраивает.

Она промолчала.

- Если я пообещаю, что вообще забуду о вашем существовании, - начала я, но она меня перебила.

- Это ты сейчас так говоришь, -заметила Фрезия. - Но тут еще одна загвоздка. Наследство! Наследство Северина придется делить на две семьи!

- Он- дракон! И умирать еще долго не собирается! - спорила я.

- Я думаю на будущее. В отличие от тебя, я хорошая мать. И пытаюсь позаботиться о будущем своего ребенка.

- Но Эмброуз - это же твой сын! - выкрикнула я. - Твой! Твой!

- Нет, - заметила Фрезия. - Это - не мой сын. Мой сын тот, которого я сама вырастила. Я однажды согласилась отдать вам ребенка. И мамой мальчик считает тебя. К вашему ребенку я не имею никакого отношения! Так что, кровь я тебе не отдам! Уж тем более - добровольно! Быстрее бы мальчишка умер, чтобы Северин наконец-то увидел, какая ты ужасная мать!

На этом моменте я поняла, что она вовсе не шутит. Она действительно так думает. Сердце оборвалось. Внутри меня что-то кричало от бессилия.

- Ты думаешь что? Твои слезы проймут? - спросила Фрезия. - Вряд ли твой ребенок после того, что с ним случилось по твоей вине будет здоровым. Сомневаюсь, что он станет прежним. А больной ребенок - это мощное оружие в твоих руках. И я не собираюсь давать тебе оружие против моего счастья!

Мне так и хотелось крикнуть ей, что она тварь - которых поискать надо. Но я из последних сил сдерживалась.

- А если я встану перед тобой на колени? - спросила я, чувствуя, как захлебываюсь от отчаяния.

- Мне плевать, что ты там сделаешь! - рассмеялась Фрезия, поглаживая свой животик. Его пока еще особо не было видно, но она положила руку на него так, словно это был уже девятый месяц.