Нестандартный ход - De Ojos Verdes

Шествие заняло около часа. И было приправлено десятками коротких разговоров, где Разумовский представлял обществу свою законную супругу. Подмечая, как скованно и немного неестественно держится Элиза, руки которой на постоянной основе будто механически тянулись к декольте. И было ощущение, что она пытается укрыться от взглядов, бросаемых на свою грудь. Хотя платье не было вульгарным. А по сравнению с тем, что надето на других женщинах, его вообще можно было считать целомудренным. Оно всего лишь чуть откровеннее, чем те, к которым привыкла девушка.

— Не замерзла? — спросил у очередной секции, где были выставлены ремонтантные розы, оглядывая её открытые плечи. — Можешь подняться в фуршетный зал. Здесь специально установили низкую температуру, чтобы поддержать цветы в хорошем состоянии.

— Нет, всё в порядке, — отмахнулась девушка рассеянно, и Роме совершенно не понравился этот потерянный вид.

— Шоу-программа начнется через двадцать минут. Какой-то мюзикл по тематике. Мне надо перекинуться парой слов с некоторыми знакомыми. Точно не хочешь подняться? Дождешься меня?

И вновь Элиза просто кивнула, никак не прокомментировав.

Разумовский, заметивший прибывшего Коршунова, направился прямиком к мужчине и крепко пожал протянутую ладонь:

— А где твоя красавица-жена?

— Наслаждается прекрасным, — обвел он взглядом громадное пространство, обставленное всевозможными типами и сортами роз.

— Ну ты даешь, Роман Аристархович! Разве можно оставлять её одну?

— Иногда даже нужно.

Рома ловко увел разговор в другое русло, напрягаясь от повышенного внимания старого ловеласа к Элизе. Но во время беседы то и дело искал глазами силуэт девушки, будто опасаясь за неё. Или за других. Он пока для себя не решил, что вызывает больше тревоги: морально неустойчивое общество, в котором кольцо на пальце ничего не значит, и к ней спокойно могут пристать другие мужчины, или же реакция самой Элизы, способной феерично «ответить».

Рядом промелькнуло знакомое лицо, а тайное интимное прикосновение к запястью на долю секунды помогло и без визуального эффекта распознать Раю, которая не стала отвлекать его, лишь этим мимолетным жестом давая знать — она здесь, но не лезет без надобности.

— Как ты понял, — продолжал ничего не заметивший Федор Алексеевич, — доскональное изучение рынка и модели поведения компаний тоже займет время. Я буду усиленно наблюдать за ними какой-то период, чтобы определить, достойны ли они быть игроками моей команды. Но Вы, молодой человек, у меня в фаворитах.

Разумовский благодарно улыбнулся, мысленно прикидывая на будущее, во сколько ему обойдется этот фаворитизм…

К ним присоединилась еще парочка ключевых фигур индустрии, с которыми пришлось обсуждать тему истощения достойных территорий под строительство элитных объектов. В последнее время застройщики в прямом смысле грызутся за «клочки» земли. А под конец явился и сам Гордеев с супругой, с кривой усмешкой пожимая собравшимся руку и отпуская шутки про масонский заговор Коршунова. Не нравилось ему, что эта акула намерилась слопать всё лучшее, подмяв под себя…

Когда пробил час занимать места, Рома твердым шагом прорывался сквозь хлынувшую в другой зал толпу, направляясь в обратную сторону к дальней секции, где заметил Элизу. Она разговаривала с цветоводом, и седовласый мужчина в возрасте пытался подарить ей необычной расцветки розу. А девушка интенсивно качала головой, отказываясь от неё.

— Да что такое? Лучший цветок для самой красивой девушки… — растерянно пожимал тот плечами.

— Я не люблю розы, извините.

— Вот тебе раз!

Старик застыл, моргая в недоумении.

— Не видишь, дедушку сейчас удар хватит из-за твоей реплики? — шепнул Рома ей на ухо, подойдя сзади почти вплотную. — Это дело жизни человека, а ты обесцениваешь его, Покахонтас. Разве так можно?

Элиза замерла. Видимо, признав, что замечание справедливо, вытянула руку и аккуратно подцепила пальцами усыпанный шипами длинный стебель.

— Спасибо…она красивая, — выдала будто через силу, что не осталось незамеченным, и цветовод лишь вздохнул в неверии.

— Чем тебе не угодили розы? — поинтересовался Разумовский, ведя её наверх по массивной резной лестнице, на ступенях которой они оставляли за собой волнами струившийся шлейф её красного платья.

— Почему сразу не угодили? — цокнула, придерживая подол свободной ладонью. — У нас разные вкусы. Мне не нравятся эти цветы, они выглядят кичливо. Вот и всё.

Спорить он не стал, отмечая резонность слов. И они молча вошли в зал, в котором уже была подготовлена сцена для спектакля. Мужчина помог ей усесться за отведенный им стол и познакомил с новыми лицами. А затем погас свет, и гости, довольствуясь поданными угощениями, лицезрели адаптированную версию мюзикла «Маленький принц».

— Мне надо выйти, — оповестила многим позже Элиза и поднялась.

Рома дождался, пока силуэт девушки исчезнет за дверью, и только потом вернулся к тихому разговору, который велся среди присутствующих. Но когда спустя минут десять она не вернулась, всерьез забеспокоился. И отправился на её поиски. Пропажа обнаружилась в одной из лоджий на этаже, где мирно беседовала с…Коршуновым. Они не стали прерываться, заметив его.

Разумовский безмолвно снял свой пиджак, прикрывая им обнаженные плечи и грудь Элизы. А уловив облегчение в её взгляде, ободряюще улыбнулся. Всё-таки не стоило отпускать девушку одну.

— Ну до чего ж хорошо вы смотритесь вместе. Редкое явление, — причмокнул в восхищении Федор Алексеевич. — Где же ты её такую отхватил, чтобы даже по росту идеально подходила тебе, молодой человек? Везучая ты сволочь!

Рома встал так, чтобы увеличить дистанцию между ними и слегка отгородить Элизу от слишком назойливого внимания. Они обменялись понимающими взорами после заданного вопроса — каждый вспомнил обстоятельства знакомства, заставившие уголки губ дрогнуть. И ведь действительно отхватил…только не её, а от неё…

— Она — моя свояченица. Была. Теперь — жена.

— Шустрый ты, Роман Аристархович… Вовремя подсуетился, значит. Всё лучшее должно быть твоим? — хохотнул мужчина и взглянул на часы. — Ладно, ребята, оставляю вас поворковать…

Как только дверь за ним закрылась, Элиза испустила длинный тяжелый вздох. Разумовский наблюдал за тем, как она устало откидывает голову на стену и всматривается вдаль за окном. Что-то с ней было не так, будто вымотана сверх меры.

— Спасибо, я уже была на грани, не знала, как культурнее послать его, — замолкла на несколько мгновений.

— Почему же не послала?

— Ты же говорил, тебе с ним работать в будущем.

Да, кажется, сегодня вечер открытий. Мало того, что она прекрасно запомнила информацию о предполагаемом сотрудничестве, так еще