Заложница - Элисон Эймс

В руке лежал самодельный кинжал. Тот самый, что она впервые заметила на его снаряжении в трюме, сделанный из её драгоценной руды. На лезвии было выгравировано: «Ева Дэвис».

Сердце пропустило удар.

Он сделал это для неё.

— Он легче и универсальнее топора, а каждому воину нужно своё оружие. И… если с нами что-то случится, знаю, это немного, но его можно переплавить для сыворотки. — Его черты ожесточились. — А пока, если придётся использовать его как оружие, бей на смерть и продумывай путь к отступлению. Останься в живых — и я найду тебя. — Его голубые глаза вспыхнули, голос опустился до низкого, знакомого шёпота, пробежавшего по её коже. — Нет такого места, где я тебя не найду. Нет ничего, чего я не сделаю, чтобы защитить тебя.

Знакомые слова. Когда-то они звучали угрожающе. Но теперь… теперь они звучали как любовь.

Она сжала оружие крепче. Оно идеально легло в руку.

— Спасибо.

Его пальцы обхватили её руку. Нежно. Осторожно.

Сердце снова затрепетало. Он всегда был так бережен с ней.

— Спасибо, что напомнила мне: красота и сила есть везде. — Его большой палец провёл по её чувствительной коже. — Даже здесь, внизу. Даже, возможно, во мне самом.

— Определённо в тебе.

Они смотрели друг на друга, тяжесть всего пережитого, всего между ними витала в воздухе.

— Я знаю… знаю, мы не закончили разговор, но… — её слова замерли. Как выразить всё, что она чувствовала? Как описать свою раздвоенность, не ранив его ещё сильнее?

— Я знаю. — Тени сгустились в его взгляде, будто он уже знал, чем закончится её фраза. Что было странно. Ведь она сама не знала.

Он отступил.

— Мы закончим, когда я вернусь.

— Береги себя. — Она изо всех сил старалась не протягивать руки, сжимая его подарок.

— Ты тоже. — Его взгляд скользнул к Пратту, свернувшемуся у стены. — Не теряй бдительность.

— Никогда и не теряла. — Их взгляды встретились, напряжение вибрировало между ними, слова обрели непреднамеренную глубину.

Его губы сжались.

— Со мной могла.

Прежде чем она нашла ответ, он развернулся, каждый мускул играл под кожей, пока он шёл к Райкеру. И всё, чего она хотела, — позвать его назад. Обнять ещё раз. Сказать, что уже потеряла бдительность. Что её сердце принадлежит ему.

Но она не сделала этого.

Вместо этого стиснула зубы, сунула драгоценный подарок в карман, где когда-то лежали таблетки, по которым она даже не скучала, и смотрела, как он уходит.

Глава 39

— Готовы, док? — Голос Гриффина вывел её из раздумий.

— Док? — Она подняла бровь. Кроме базового курса первой помощи, обязательного для всех участников миссий Академии, у неё не было медицинского образования.

Она поклялась бы, что мужчина покраснел. Бинт на его лице сдвинулся, когда он пожал плечами:

— Вы же втыкаете в нас иглы, разве нет? А «Убийца» как-то не вяжется с лечением.

Она сдержала улыбку.

— Логично. Но я не доктор. Я геохимик. Изучаю растительные и минеральные лекарства и технологии. Понятия не имею, как спасать людей.

Даже себя.

Его черты лица смягчились в очаровательной улыбке, которая, видимо, раньше была его визитной карточкой.

— Не соглашусь. — Его глаза потемнели. — До вашего появления командир начал черстветь. Теперь он хоть изредка улыбается. Так что вы уже спасли его. А теперь спасёте нас. По-моему, это кое-что значит.

— Думаю, да, — уголки её губ дрогнули вверх.

Пока краем глаза она не заметила Пратта.

Съёжившийся в углу, с бегающим взглядом, её бывший охранник явно был в ужасе. Сломлен. И так одинок.

— Думаешь, он выкарабкается? — Гриффин говорил тихо, но в его голосе сквозили сомнения.

Пратт глубже вжался в каменную стену, губы шевелились, ногти скребли кожу. Взгляд метнулся к Дарвишу, стоящему неподалёку, затем снова к полу.

Больно было на это смотреть.

Но сейчас она ничем не могла ему помочь. Она обещала Валдусу. Обеим сторонам нужно время, чтобы привыкнуть друг к другу.

Время, чтобы научиться доверять. Время, чтобы увидеть друг в друге людей.

Как произошло между ней и Валдусом. Как начинало происходить с его людьми.

Неужели она готова рискнуть всем ради сыворотки, которая может не сработать?

— Да. Он справится. Как и все мы. — Глубоко вдохнув, она отбросила сомнения и выпрямилась. — Приступим к спасению. Выстраивайтесь. — Её взгляд встретился со взглядом Гриффина. — Доктор начинает приём.

***

— Сыворотка заканчивается.

— Уже? — Она размяла затекшую руку, игнорируя недовольство оставшихся мужчин, и повернулась к Гриффину, своему помощнику. — Ты уверен?

— Абсолютно.

Она подавила проклятие. Работа шла быстрее, чем ожидалось. Она надеялась успеть больше до возвращения Валдуса. Но большинство уже защищены от трекера, остальные скоро присоединятся.

А что до неё самой? Использовать сыворотку только для деактивации трекера, не пытаясь нейтрализовать термотехнологию, было бессмысленно — повторное введение увеличивало риск осложнений в сотни раз.

У неё будет только одна попытка.

«Во мне нет этой адской технологии, но жажда прикоснуться к тебе, быть с тобой — живая, нерушимая. Её не вылечить сывороткой. Ты нужна мне, чтобы жить».

И, чёрт возьми, она ещё не была готова сделать этот выбор.

— Ладно. Закончу с тем, что есть. — Она повернулась к следующему «пациенту» с иглой в руке. — Предупреди Дарвиша и Бэйна.

Они наладили чёткую систему: Бэйн готовил инъекторы, Гриффин помогал с уколами, остальные отводили «пациентов» в зону отдыха и давали им попить воды. Всё работало быстро и слаженно.

— Будет сделано. — Перед носом возник бурдюк с водой. — Сначала выпей.

Она отмахнулась.

— Потом.

Бурдюк снова появился перед ней.

— Валдус был категоричен на этот счёт, — обычно добродушный голос Гриффина стал твёрдым.

Ева сдержала вздох, схватила бурдюк и сделала несколько глотков — и только тогда поняла, как сильно хотела пить.

Даже на расстоянии этот мужчина заботился о ней.

Неужели она готова всё это потерять?

Попивая воду, она краем глаза заметила Пратта.

Её коллега снова сидел в своём углу, бормоча что-то и уставившись в грязный пол. Ева надеялась на больший прогресс. Пока она работала, он несколько раз выползал к воде под присмотром Дарвиша, но сразу возвращался. И вздрагивал от каждого звука.

Конечно, она лучше других знала, что нужно время. И терпение.

И доброта.

Даже Дарвиш, кажется, начал жалеть его. Его бдительность ослабла, плечи расслабились, взгляд скользнул к Барретту — который так и не посмотрел в его сторону.

— Спасибо. — Со вздохом она отдала полупустой бурдюк и ещё раз согнула руки в локтях. — Позже допью. Сначала закончу.

За спиной раздался громкий стук.

Ева резко обернулась. Глаза зарегистрировали тело на полу раньше, чем мозг осознал происходящее.

— Дарвиш!

Барретт