Игры богов - Нина Линдт

— Люди измотаны, эйр Раган. Оборотни тоже, — сухо изложил новости эйр Валентайн. — Но с королевской армией происходит что-то странное: истребители исчезли, войска встали в оборону, огонь прекращен. Я смею надеяться, что смелый поступок Анны и Макса дает свои плоды.

— Пойдем посмотрим, — Раган посмотрел на Жака, и тот согласно кивнул.

Втроем они поднялись на крышу одного из домов, с которого хорошо было видно линию боевого соприкосновения. Обе силы замерли, выжидая следующего шага противника. Раган посмотрел на синее небо: ни одного самолета. Перевел взгляд в сторону порта: боевые корабли стоят на месте, пушки по-прежнему нацелены на город. Потом оборотень принюхался. Ветер, идущий с запада, со стороны замка, донес до него едва различимый запах нехебкау.

— Анна… — тихо сказал он. — Она вышла из замка.

Жак де Марли почувствовал, как учащается сердцебиение. Сейчас они узнают правду: захвачена ли Анна с друзьями в плен? Удалось ли им найти Рэя и освободить его? или убить короля и его сына, лишив Испанию династии огня? Жива ли Алиса?

Немного терпения, и все откроется.

— Что ж… — встретившись с ним взглядом, спокойно сказал Раган. — Пора предлагать переговоры.

Через полчаса все было готово. Раган вызвался идти в числе парламентеров, и, хотя эйр Валентайн был против, он понимал, что лорд рискует собой из-за своей пары. К ней его тянет всей душой, как к магниту. И прекрасно осознавал, что не остановит Рагана доводами разума, когда речь шла об Анне. Белый оборотень и так совершил сверхусилие, отпустив жену с Максом во дворец. Валентайн не понимал этого поступка, пока не задумался о природе пары и не вспомнил, какими были отношения Анны и Рагана в самом начале. Если бы Раган не пустил ее, Анна бы ему этого не простила, несмотря на всю любовь к нему. Лорду оборотней приходилось уступать и давать паре свободу, наступая на свою мужскую гордость и желание защищать и укрывать пару до последнего вздоха. Это был подвиг любящего, вера в свою пару, в ее способность выжить в опасности. Невероятно сильный поступок, который наверняка сжигал Рагану сердце все это время, ведь если что-то случится с Анной, винить в этом он будет себя до последнего вздоха.

С напряженным вниманием наблюдали повстанцы за перестановками в лагере противника. Там явно что-то происходило, так что сигналы о переговорах были замечены армией не сразу. Потом в баррикадах появилась брешь, через которую протиснулась яркая блондинка и бросилась бежать к ним со всех ног.

Валентайн улыбнулся. Анна.

Раган схватил ее на полпути, заключил в объятья, что-то шептал в ее золотистые волосы, пока она отбивалась, смеясь, от его поцелуев. Страха в ней не было. Только радость.

Потом показались мэтр Берггрен, Элисенда и Макс. А следом за ними — Алиса об руку с высоким мужчиной в одеждах с гербом династии Ватра. Валентайн прищурился, наблюдая за ним. Судя по всему, это был хозяин времени. Он же наследник династии Ватра. Кровавый принц.

Светловолосый и статный, он слегка светился и совершенно не был похож на то, как описывали принца в страшилках. А еще он крепко держал за руку Алису и улыбался.

Встав посередине, он поднял руку вверх, призывая обе стороны прислушаться к его словам. И потом громко сказал:

— Война окончена, потому что король Игнис Ватра мертв. Как его наследник, с этого момента я принимаю на себя магию огня и власть короны. И я хочу, чтобы вместо боя мы все отпраздновали падение диктатора и тирана. Потому что не только страна и город освободились от его гнета. Но и я сам. Знаю, всем сложно принять меня, помня, каким чудовищем был принц Люме. Но вспомните меня тогда хозяином времени. Я сам с трудом смог смириться со своим прошлым. Но тирании, я обещаю, больше не будет. Не будет кровавых казней и драконьей корриды. Я отменю инквизицию и сделаю все, чтобы маги, создания, оборотни и ведуны смогли жить в мире. И первым заключу союз с той, кого выбрал сердцем. Я был в плену у отца… но теперь этот плен закончился. И вместе со мной свободу получаете все вы. Больше ни одного выстрела, ни одной стычки. Повара замка и армии получили приказ устроить пир для всех желающих, для всего города. Мы будем праздновать, друзья!

Рэй прижал к себе Алису, когда со всех сторон на них посыпались приветствия и поздравления. Он видел, что она была немного ошарашена словами о союзе, но надеялся, что Алиса поймет столь странное заявление: им необходимо было примирить ведунов и магов.

— Прости, — шепнул он ей на ухо между поздравлениями. — Я не спросил твоего согласия. Но я надеюсь получить его. Потому что ты и есть то, ради чего я принял себя со всей грязью и чистотой. Без тебя этого не получилось бы.

— Я немного в шоке, — тихо ответила Алиса. Потом подняла на него взгляд и продолжила: — Но я знала, на что шла, когда отправилась во дворец. Я готова была вечно просидеть у вас в плену, Ваше Величество.

— Обещаю, плен будет приятным, — улыбаясь, подмигнул ей Рэй, пожимая руку Рагану.

Алиса покраснела и поспешила отвернуться к своим рыцарям.

В тот момент, когда Рэй произносил свою речь, в его квартире из упавших напольных часов с циферблата выгнулась вертикально секундная стрелка. Она принялась клевать стекло, прикрывавшее циферблат, пока оно не треснуло и не осыпалось. Стрелка потянулась наружу, вытаскивая следом остальные, а за ними, разрушая старинный циферблат, полезли шестеренки механизма. Едва стрелка дотянулась до небольших часиков, свисающих с чугунного украшения кровати Рэя, она захватила их, сформировав из циферблата голову, а стрелки стали руками и ногой. Другую конечность странного существа составляли двигающиеся шестеренки. Существо жадно потянулось к следующим часикам, что качались рядом…

Понемногу вбирая в себя одни за другими часы хозяина времени, существо росло. Оно обрастало серой массой и вскоре стало напоминать гомункула, искусственно созданного человечка. Человечек проглатывал часы и рос, как будто поглощенные механизмы придавали ему сил и роста. Вскоре на его уродливой и бесформенной голове появились небольшие циферблаты: один вместо глаза, что делало человечка похожим на циклопа, еще два по бокам и один на макушке. Человечек, покончив со всеми часами, до которых смог дотянуться, полез выше по постели Рэя, поглощая часики, которые висели по верхним перекладинам его кровати. Вскоре человечек стал ростом с шестилетнего ребенка и добрался до часов на стене. С каждым поглощенным механизмом силы в нем прибавлялось, и