Добродетель злодейки. Том 1 - Bae Hee Jin

Однако Лераджия не дала мне возможности ответить и быстро вышла из комнаты. Я сглотнула ком в горле и посмотрела на закрытую дверь.

Все пропало. Я пыталась скрыть, что это Хамель Брей! Но змея обо всем прознала. Я не представляла, что сказать Хамелю, и не решалась взглянуть на него.

Пока я думала, что делать, маг медленно поднялся на ноги, засопел и закряхтел:

– Фух! Теперь мне немного лучше.

Я продолжала чувствовать себя виноватой. Не осмеливаясь обернуться, я ответила ему, глядя вперед:

– Извини. Я подорвала твое доверие и ничем не смогла помочь.

– Все в порядке. Каким бы ни был результат, в итоге я согласился спрятаться в шкафу. Мне просто жаль, что я поддался панике.

Я нерешительно оглянулась и встретилась взглядом с Хамелем. Вроде бы он перестал плакать, но его глаза до сих пор были красными, как и кончик носа, что вызвало во мне новый приступ жалости.

Хамель надел и поправил очки, после чего сказал:

– Джинджер… Я был слишком смущен и растерян, чтобы спросить об этом раньше. Почему я все же должен был прятаться?

– Ах, ну, то есть…

Хм… Почему я затолкала его в шкаф? Я подумала, что должна спрятать Хамеля, ведь пришла Лераджия. Особой причины не было.

Что ж, если углубиться, будь я на месте Хамеля, мне бы не хотелось попадаться Лераджии на глаза. Наверное. Но даже это не являлось веской причиной, чтобы засунуть Хамеля, страдающего клаустрофобией, в замкнутое пространство.

От неожиданного вопроса Хамеля у меня на лбу выступил холодный пот. Теперь я чувствовала себя не просто преступником, а изменником.

Я натянуто улыбнулась и ответила Хамелю:

– Ха-ха-ха, да… Почему? Почему же я спрятала?..

Когда я неловко почесала затылок, лицо Хамеля исказилось. Казалось, он снова вот-вот заплачет. Его глаза уже блестели от влаги.

– Госпожа Джинджер, это слишком жестоко, – разочарованно пробормотал Хамель.

Я почувствовала, что должна что-то возразить.

– Хамель Брей! Не волнуйтесь, – сказала я, переходя на «вы». – Хоть стерва Лераджия, несомненно, и узнала вас, у меня есть план Б.

– План Б?

Услышав от меня про план Б, маг приободрился. Лицо Хамеля просветлело. Вероятно, он возлагал на меня смутные надежды, но, к сожалению, сейчас я могла сказать лишь одно:

– Сейчас мы вместе что-нибудь придумаем. Ха-ха. – Я попыталась пошутить, однако между нами повисла гнетущая тишина.

Хамель явно напрягся. На лице мага появилось прежнее бесстрастное выражение, которое я видела в тот день, когда встретила его.

Наверное, спустя целую вечность Хамель провел рукой по волосам и заговорил:

– Сегодня я впервые захотел увидеть свою мать, которая давно умерла. Ах… – В его голосе прозвучали тоскливые нотки.

«Простите, Хамель Брей. Я хотела как лучше. Я действительно хотела свести вас с Лераджией».

Я продолжала виновато улыбаться Хамелю. Говорят, в радостное лицо не плюнешь.

Вскоре Хамель натянуто улыбнулся в ответ.

– Я действительно не могу справиться с вами, Джинджер. Я могу видеть прошлое и будущее других людей, но впервые встречаю человека, чьи действия невозможно предсказать.

– Я немного непредсказуема, да.

– Это не комплимент…

– Да…

Неужели нельзя было просто принять это за комплимент?

Пока я пребывала в смятении, Хамель продолжил:

– В любом случае я был довольно тронут…

– Тронуты? Когда?

– Ну, когда вы широко расправили платье, чтобы прикрыть меня, это было довольно…

– Довольно?

Хамель замялся. Он потер покрасневший кончик носа и отвел от меня взгляд.

– Это было мило, – тихо сказал он.

Мило. Я совсем не ожидала такого ответа. Я зарделась и пожала плечами.

– Я немного милая, да. – Когда я застенчиво опустила глаза, до меня донесся негромкий смех Хамеля.

Он был искренним и не напускным. В любом случае хорошо, что Хамель смеется.

– Это не комплимент… – повторил он.

И я снова сказала:

– Да…

После шумного обсуждения мы сидели на диване и пили горячий чай. Прошло довольно много времени, и от слез на лице Хамеля не осталось и следа.

Хамель сделал глоток чая и спросил:

– Что нам теперь делать?

– Хм, не знаю. Может, вы сейчас видите будущее?

– Совсем не вижу. А реальность перед глазами темна… – Хамель замолчал и горько улыбнулся.

Мне стало не по себе – я даже поежилась.

– Нет! Мы можем начать все сначала. Лераджия сразу узнала вас… Ваша томная чувственность уже умерла, но вы и без этого довольно привлекательны.

– Но Лераджии, наверное, нравятся мужчины с прирожденной расслабленной чувственностью.

– Ха-Хамель!

«Вот теперь я чувствую себя виноватой до безумия».

Я посмотрела на Хамеля растерянными глазами.

Хамель мягко произнес:

– Я пошутил. Как вы и сказали, Джинджер, я довольно привлекательный и без всякой томности. Кстати, я случайно подслушал вас в шкафу, почему ваша книга попала к Лераджии?

– Ах… долгая история. Скажу только факты. Кики украл книгу из моей комнаты и отдал Лераджии. Чертов мерзавец!

Я сжала и разжала кулак, вспомнив лицо Кики. Я поклялась, что не оставлю это просто так, когда встречу его в следующий раз.

– Так вот почему вы хотели вручить книгу, которую сами написали, Его Величеству Изане.

– Именно!

– Я думал, вы сделали это нарочно…

– Я бы никогда не стала поступать подобным образом! – возмущенно воскликнула я.

Сочиненная мной история, которую я отдала Хамелю, уже вернулась ко мне и аккуратно стояла на полке. Вероятно, эта книга навсегда там и останется.

– Лераджия прочитала роман. Она узнала, что произойдет в конце и как ее жизнь оборвется от руки короля Изаны.

Хамель насупился и заметил:

– Как-то не очень похоже, чтобы Лераджия действительно верила всему, что написано в книге.

– Но она верит половине. Кроме того, даже если она не верит содержанию, она была потрясена, прочитав главу о своей гибели.

Действительно ужасно прочесть о своей смерти, описанной в какой-нибудь любовной новелле. Я содрогнулась, вообразив, что на свете может быть и книга с описанием моей участи, причем такой же трагической, как и в случае с Лераджией из романа.

Несмотря на то, что реальная Лераджия была потрясена, она настаивала, что все равно будет добиваться внимания короля Изаны. Странно, но казалось, что она во что-то верит.

Я вспомнила поведение Лераджии. Она вела себя самоуверенно. Неужели она знает какой-то факт, который мне неизвестен?

Когда я спросила у Хамеля, он задумался, а затем хлопнул себя по колену:

– Верит во что-то… Ага!

– У вас есть какие-то соображения?

– Хм, дело в том, что…

– Вы видели будущее или прошлое?

– Нет. Я ничего не видел, прибегнув к своему дару, но, похоже, понимаю, почему