Корсары Таврики - Александра Девиль

— Одна уже успела броситься, — пробормотала Вера, отвер­нувшись от собеседницы.

— Но сегодня мне как-то особенно дурно, — продолжала жаловаться Эмилия. — А тут еще эта новая служанка напоила меня каким-то сонным отваром. Говорит, он целебный, но я...

— Что за служанка? — быстро спросила Вера. — Ринальдо никакой служанки не нанимал.

— Разве? — удивилась Эмилия. — Но, когда мы отплыли, она уже сидела у меня в каюте.

— Она и сейчас там?

— Наверное... ой-ой, кажется, у меня начинается рвота...

Эмилия кинулась к фальшборту и слегка перегнулась через поручни, а Вера побежала на нижнюю палубу. Открыв дверь в полутемную каюту, девушка не сразу обнаружила в ней незваную пассажирку. Лишь приглядевшись, заметила какое- то шевеление в углу.

— Это ты, Гайа? — резко спросила Вера.

Отодвинув занавеску, Гайа вышла в полосу света, падав­шую из маленького окошка вверху. Она была закутана в тем­ный бесформенный плащ, на голове — платок, надвинутый на самые брови.

— Неудивительно, что глупышка Эмилия приняла тебя за служанку, — усмехнулась Вера. — Где же ты раздобыла та­кую старушечью одежду? Уж, конечно, не в своем лупанаре. И как ты здесь оказалась? Можешь сбросить это одеяние, теперь ведь уже поздно возвращать тебя обратно, мы мино­вали Босфор.

Гайа сдвинула на плечи платок, но плащ не сняла, и со сми­ренным видом обратилась к девушке, обдав ее запахом хмель­ного напитка:

— Прости, Вероника, что я самовольно пробралась на ко­рабль, но я люблю твоего дядю! Я действительно люблю Ри­нальдо и хочу быть с ним!

— Так любишь, что предала его, заставила страдать?

— Поверь, я не по своей воле вышла за Колино. Меня вы­дали мои бедные родители. А потом...

— Не верю я ни клятвам твоим, ни слезам! Но дело не во мне. Что толку тебе оправдываться передо мной? У Ринальдо есть жена, и она беременна.

— Я оправдываюсь перед тобой, потому что, как мне кажет­ся, для Ринальдо важней твое мнение, а не Эмилии. Почему бы нам с тобой не договориться, ведь мы обе умны? И я не пре­тендую на роль супруги Ринальдо, хотя мне известно, что и с Эмилией он не обвенчан. Я просто хочу быть рядом с ним. Как служанка, как приживалка — все равно...

— Это потому, что ты в конце концов надеешься занять ме­сто глупенькой доверчивой Эмилии, — нахмурилась Вера. — А Ринальдо знает, что ты на корабле?

— Пока нет, но...

— Тоща немедленно иди, покажись ему на глаза! — глухим голосом приказала Вера. — Иди, проси у него разрешения остаться, или я опозорю тебя перед командой и ты станешь шлюхой для всех матросов!

Гайа молча выскользнула из каюты, но напоследок метну­ла в сторону Веры злобный взгляд, невольно выдавший всю ее скрытую неприязнь к племяннице капитана.

Девушка несколько секунд сидела в задумчивости, переби­рая чулочки и чепчики, которые Эмилия вязала для своего бу­дущего ребенка. Потом вдруг какое-то необъяснимое предчув­ствие позвало ее из каюты на палубу.

Матросы собрались у правого борта, что-то с тревогой об­суждая, а с левого борта Вере послышался чей-то сдавленный крик, и девушка кинулась туда. На том месте, где несколько минут назад она оставила Эмилию, теперь стояла Гайа и, на­клонившись, смотрела на пенящуюся вдоль бортов воду.

— Почему ты не пошла к Ринальдо? — обратилась к ней Вера.

— Он сейчас очень занят, я после с ним поговорю...

— А где Эмилия? — Вера быстро оглянулась по сторонам. — Она была здесь.

— Не знаю, — пожала плечами Гайа; вид у нее был непри­нужденный, но Вера заметила, что она взволнованно дышит. — Наверное, пошла на корму, там меньше качает.

Вера кинулась в указанном направлении, потом вернулась обратно. Эмилии поблизости не было, и это показалось ей по­дозрительным.

— Так где же Эмилия? — снова приступила она к Гайе. — Ты ей что-нибудь сказала? Ты испугала ее?

— Я испугала эту дурочку? — наигранно засмеялась Гайа. — Ее и пугать не надо, она и так всего боится. Зачем было брать ее в плавание?

Вера проследила за взглядом Гайи, по-прежнему устремлен­ным на воду, и вдруг ее осенило:

— Ты... ты столкнула Эмилию в море? — Она схватила Гайю за плечи и изо всех сил тряхнула. — Ты утопила ее? Отвечай!

— Если она и упала в море, то не по моей вине, — пробор­мотала Гайа, пытаясь высвободиться. — Ничего, может, еще выплывет.

— Бедняжка не умела плавать, и ты об этом догадалась! — воскликнула Вера и, внезапно толкнув Гайю к поручням, при­казала: — Отвечай, сумасшедшая пьяная шлюха! Говори прав­ду, или я сейчас отправлю тебя вслед за Эмилией!

Гайа, изловчившись, повернула голову к Вере и, глядя на нее расширенными от испуга глазами, сдавленным голосом простонала:

— Это получилось само собой... Пойми же: в любви, как и на войне, каждый за себя...

— Это ты говоришь о любви? Разве ты когда-нибудь люби­ла моего дядю?

Она снова перегнула Гайю через поручни, та пронзительно закричала, и в этот миг сзади раздался голос Ринальдо:

— В чем дело, Вероника? Что происходит? Кто эта жен­щина?

Он осекся, увидев Гайю. А она, высвободившись из рук Ве­ры, кинулась к капитану и, цепляясь за него, воскликнула:

— Прости меня, Ринальдо, что я самовольно пробралась на корабль! Но я не могу с тобой расстаться, я хочу быть рядом!..

— И для этого она избавилась от Эмилии! — крикнула Вера и, бросившись к Гайе, дернула ее за волосы. — Она столкнула в море твою жену, слышишь, Ринальдо?!

— Это неправда! — взвизгнула Гайа. — Я не трогала Эми­лию и не знаю, где она!

Глаза Ринальдо потемнели, и он рывком отстранил от себя Гайю. И в этот момент к нему подбежал Тьери с тревожным известием:

— Турецкая галера вышла из-за мыса и гонится за нами! Скорее, капитан, надо приготовиться к защите!

Ринальдо бросил быстрый взгляд на женщин и, прежде чем взбежать на капитанский мостик, приказал:

— Вероника, распорядись, чтобы спустили шлюпку с ны­ряльщиком, пусть ищет Эмилию. Потом иди в каюту, а с Гайей я после сам разберусь.

Вера не надеялась, что Эмилию еще можно спасти, но все же приказала искать ее поблизости от корабля. Затем броси­лась к Гайе, озиравшейся безумным взглядом по сторонам, и потащила ее в каюту. Женщина не сопротивлялась, но, ока­завшись с Верой наедине, стала бормотать слова оправдания и клясться в вечной преданности Ринальдо и его племяннице. Девушка, не слушая, толкнула ее в угол, вышла из каюты и за­перла дверь, опасаясь еще какой-нибудь выходки со стороны Гайи.

Сама Вера, вопреки приказу Ринальдо, не собиралась пере­жидать опасность в каюте, а устремилась на палубу, где уже ца­рила тревожная суета. Галера, вышедшая из-за мыса, увенчанного сторожевой турецкой башней, имела угрожающий вид: на ней были установлены не только мощные арбалеты, но и бомбарда, вдоль бортов собралось множество воинов, вооруженных саблями и абордажными топорами, слышались гортанные крики командира. Гребцы дружно налегали на вес­ла, и судно на всех парусах приближалось к «Веронике», явно готовясь взять ее на абордаж. Где-то рядом Вера услышала взволнованный голос Карло: