Потерянный ангел - Карен Робардс

– Твой отец – настоящий святой.

– Да, – довольно согласилась Сузанна.

– Но он один никогда бы не смог держать на плаву церковь, ферму и семью.

– Да. Он витает в облаках.

– И ты взвалила на себя ответственность практически за все, включая воспитание сестер. Нелегкая задача для молоденькой девушки.

– Я всегда справлялась. И кстати о сестрах: мне надо найти Мэнди. Говорят, она отправилась в розарий в сопровождении неизвестного джентльмена.

– Вот как. – Айан пошел рядом. Он не касался Сузанны даже случайно, но его присутствие заставляло ее сердце замирать в сладком ожидании. – И ты должна изображать маменьку и тащить ее назад в зал.

– Да, что-то в этом роде.

Айана никак не взволновало сообщение о том, что Мэнди ушла с другим мужчиной. И это было странно. Сузанна предполагала, что он может начать ревновать. Полная луна, огромный замерзший шар, уже совершивший треть своего пути по звездному небу, – послала вслед за ними длинные тени. Рядом с приземистой Сузанной тень Айана казалась еще выше ростом и элегантнее. Неприятное ощущение.

– Значит, ты отказалась от своей юности, чтобы заботиться о сестрах. Сколько тебе тогда было?

– Когда умерла мама, мне было четырнадцать.

– И ты за один день стала взрослой женщиной.

– Кому-то нужно было заменить мать. Ее смерть оставила незаживающую рану в наших душах. Отец тогда полностью растерялся, девочки были совсем крошками. А ведь надо было готовить еду, убирать дом, заботиться о прихожанах. Кто мог это сделать, кроме меня?

– Наверное, было очень трудно. Но, скажу тебе, ты прекрасно справилась. Весь приход бесспорно тебя очень уважает, а сестры – замечательные, воспитанные девушки. Хотя, мне кажется, они совсем не понимают, как им повезло с тобой. Даже твой отец.

– Если ты хочешь сказать, что моя семья меня не ценит, то тут ты почти прав, – произнесла Сузанна. – Они меня просто любят, а это лучше. И я их люблю.

Она знала, что Айан смотрит на нее, и ей хотелось ответить на его взгляд, но вместо этого она упорно следила за его тенью. Конечно, это не было правильным выходом, но по крайней мере так было спокойнее и у нее не бегали по телу мурашки. Правда, краем глаза Сузанна все же замечала красный огонек его сигары.

– Ты, – медленно произнес Айан, – очень хорошая женщина.

Она невесело рассмеялась:

– Ну, большое тебе спасибо.

– Это не комплимент, – серьезно сообщил он. – О большинстве женщин, которых я знал, такого не скажешь. Почти всегда оказывалось, что под их внешней добротой скрывается какой-нибудь низменный мотив, жадность, вероломство. Им всегда всего было мало.

– Если это правда, то тебе стоит расширить круг своих знакомых. Но мне кажется, что ты преувеличиваешь. Возьми, к примеру, свою мать. Ведь про нее ты так сказать не сможешь? – Таким деликатным способом Сузанна пыталась получить от Айана какие-нибудь сведения о его прежней жизни.

Айан нехорошо усмехнулся.

– Моя мать перепугала бы тебя до смерти. Она настолько не похожа на тебя и твою семью, что сравнивать просто бесполезно.

– В самом деле? А в чем не похожа?

Айан молча посмотрел вниз на Сузанну и снова затянулся сигарой. Он колебался. Когда Сузанна уже решила, что ответа ей не дождаться, Айан заговорил снова:

– В моей матери не очень много… материнского, – нехотя произнес он. – Скажу больше, она неоднократно говорила, что если бы не обстоятельства, то никогда бы не завела детей. Особенно сильно раздражал ее я.

Неприязнь звучала в его голосе, и Сузанна сразу поняла, что Айан с матерью не ладит. Она быстро взглянула на него и увидела, что он снова затягивается сигарой. А каково матери иметь сына-преступника… Но она не станет упоминать об этом, материнская тема для Айана определенно больная.

– Расскажи мне о себе. Как ты жил, прежде чем попал к нам.

– Прежде чем я попал в тюрьму? – Айан снова улыбался, глядя на Сузанну. Знакомая ленивая ирония опять звучала в его голосе. Его явно обрадовало, что неприятный разговор окончен. – Что бы ты сказала, если бы узнала, что я был богат как Крез[2], имел полдюжины особняков и не занимался более тяжелой работой, чем игра в карты, посещение скачек и подписывание чеков?

Сузанна изумленно уставилась на него, Но хитрый блеск в глазах выдал Айана.

– Я бы сказала, что ты большой лжец, но об этом я знаю давно.

Он пожал плечами и запыхтел сигарой, от которой уже почти ничего не осталось.

– Тогда я скажу тебе правду когда-нибудь позднее. Теперь же наша задача – отыскать твою маленькую непослушную сестру, так ведь? – Айан в последний раз затянулся и отбросил окурок в сторону. В темноте красный кончик описал дугу и опустился на дорожку. Айан раздавил его каблуком.

Ему ничуть не хотелось говорить о своем прошлом. Можно представить себе, в каком он жил окружении. Раз он так говорил о своей матери, значит, его детство было тяжелым. Сузанну внезапно пронзило чувство безмерного сострадания, и она с трудом удержалась, чтобы не протянуть руку и не похлопать Айана по плечу, сказав при этом: “Ну ладно, не расстраивайся”. Она улыбнулась про себя, представив его реакцию на такой поступок с ее стороны. Айан наверняка пришел бы в ужас. Кем бы он раньше ни был, этот Айан Коннелли, гордости ему не занимать.

– Мне кажется, сюда. – Сузанна облегченно вздохнула. Терпкий аромат, казавшийся тяжелее душного воздуха, подсказал ей, что розарий близко. Она присмотрелась и заметила темные кусты вокруг маленькой беседки с белой крышей. Взяв Айана под руку, что получилось у нее скорее автоматически, чем намеренно, она повернула его в нужном направлении. Секундой позже Сузанна сообразила, что сделала, и попыталась отнять руку, но Айан поймал ее и удержал.