Неистовая страсть - Вирджиния Браун

— А далеко отсюда до Ледвилла? Кейн взглянул на нее с удивлением:

— Хочешь поехать со мной?

— Конечно. Неужели ты думал, что я позволю тебе отправиться туда без меня? Я намерена присутствовать при твоей встрече с моим братом. — Предвидя возражения со стороны Кейна, она добавила: — Я могу снова одеться как мальчик, и тогда никто не обратит на меня внимания. А если ты думаешь, что я…

— До Ледвилла около семидесяти пяти миль. Дженни в изумлении уставилась на Кейна. Наконец пробормотала:

— Что ты сказал?..

Кейн привычным движением сунул пистолет в кобуру на поясе.

— Отсюда до Ледвилла — семьдесят пять миль. Ведь ты об этом спросила, не так ли?

Дженни вскинула подбородок и заявила:

— Что ж, очень хорошо!

— Тогда собирайся — и в путь, — сказал Кейн. — Надо поторопиться.

Дженни молча кивнула и бросилась одеваться. Несколько минут спустя она уже стояла перед Кейном в своем мужском костюме.

Ледвилл совершенно не походил на Денвер. Здесь жили суровые шахтеры, а также всевозможные любители пострелять. Разумеется, все носили при себе огнестрельное оружие, и пальба в городе была почти столь же привычной, как солнечная погода.

Шагая рядом с Кейном по улице, Дженни увидела группу мужчин и невольно прижалась к своему спутнику.

— Эй, если ты таким образом собираешься играть роль парня, то у тебя ничего не получится, — проговорил Кейн, отталкивая ее от себя.

Дженни кивнула, потом вдруг спросила:

— А ты не можешь дать мне один из своих пистолетов? Я очень неплохо стреляю.

— Доверить пистолет женщине? — Кейн посмотрел на нее с сомнением. — Нет уж, не стану рисковать.

— Но ты же не видел, как я стреляю, — не унималась Дженни. — Откуда тебе знать, может, я очень метко бью по цели?

— Я не собираюсь испытывать судьбу, — заявил Кейн. — Держись ко мне поближе, если ты так боишься. И не забывай, что я не тянул тебя за собой.

— Я помню об этом.

— Вот и хорошо. И повторяю: не бойся ничего. Казнь должна была состояться на окраине города, и все дороги были забиты повозками, фургонами, нарядными экипажами и всадниками — люди направлялись к широкому полю, где для двоих виновников «торжества» была сооружена новенькая виселица. По краям поля росли раскидистые деревья, а за деревянным эшафотом виднелись невысокие горы.

У Дженни от тягостного предчувствия перехватило горло. Время от времени она поглядывала по сторонам и удивлялась: вокруг царила праздничная атмосфера — словно люди собрались здесь для того, чтобы отметить Четвертое июля.

Кейн ткнул Дженни локтем в бок.

— Ты глазей не на модные туалеты, а ищи Боба Доусона.

Девушка вскинула голову и заявила:

— Я нахожу все происходящее безобразным! Кейн пожал плечами:

— Твое мнение ровным счетом ничего не значит. Во всяком случае, для тех, кто здесь собрался. Ты сама настояла, чтобы я взял тебя с собой, так что постарайся быть полезной. Я могу не узнать Боба Доусона по описанию, а ты знаешь его в лицо. — Заметив, что Дженни поджала губы, Кейн добавил: — Не беспокойся за своего брата! Я помню о нашем договоре.

Но именно это и беспокоило Дженни более всего. Она тоже помнила о договоре и знала, что слово свое не сдержала. Но знал ли об этом Кейн? Этот вопрос неотступно преследовал ее и днем и ночью. И теперь, когда дело близилось к развязке, Дженни гадала, сумеет ли она с достоинством встретить последствия.

— Хорошо, я буду его искать, — пробормотала она наконец. Кейн удовлетворенно кивнул. Немного помолчав, тихо проговорил:

— Если мой информатор не ошибается, то Доусон появится в первых рядах. Похоже, что кто-то из двоих висельников наступил ему на мозоль, вот он и решил полюбоваться на них… — Легкая улыбка тронула губы Кейна, и он добавил: — Доусон имеет обостренное чувство справедливости в вопросах, затрагивающих его интересы.

— А если их вообще здесь нет? — осведомилась Дженни. — Что, если твой информатор ошибся?

— Они здесь. Сегодня рано утром они ограбили почтовый дилижанс на подъезде к Ледвиллу. Там было жалованье для шахтеров, так что можешь представить, с какой радостью их встретят в этом городе. Если, конечно, узнают, кто они.

— Ты уверен, что именно банда Доусона ограбила дилижанс? — спросила Дженни.

— Возница узнал Техасского Изменника, меткого стрелка, державшего сопровождавших на расстоянии. А его дружки вскрывали ящики с деньгами.

— Как его узнали? — пролепетала Дженни. В глубине души она надеялась, что Кейн ошибался.

Но тут Кейн достал из нагрудного кармана рубашки сложенный лист бумаги и протянул девушке. Дженни взяла его дрожащей рукой. Развернув лист, она тотчас узнала фотографию брата. Вверху портрета крупными буквами было написано: «Техасский Изменник разыскивается за ограбление».

У Дженни перехватило дыхание. Какой же глупец ее брат!

Она молча прочитала описание примет Джонни и информацию о том, что он состоял в банде печально известного Боба Доусона. Кроме того, говорилось, что он очень меткий стрелок и чрезвычайно опасен.

Дженни свернула листок и вернула Кейну.

— Исчерпывающая характеристика, — подытожила она.

— Исчерпывающая, — согласился Кейн.

— Откуда у тебя это?

— Подобные листки имеются у всех представителей федеральной власти и у местных офицеров, — ответил Кейн, убирая листок в карман.

— И все-таки ты не ответил на мой вопрос. Откуда у тебя этот листок?

Кейн нахмурился и проворчал:

— Какая разница? Это не имеет значения. Важно то, что такие листки имеются у каждого представителя властей. Ты бы лучше подумала, как найти своего брата, прежде чем его найдут другие.

Дженни молча кивнула и принялась разглядывать людей, собравшихся на поле.

В этот момент прибыла повозка с приговоренными к смертной казни преступниками, и толпа хлынула вперед, чтобы все видеть и слышать. Дженни двинулась следом за любопытными, всматриваясь в лица всех встречных. Она прекрасно понимала: если Кейн сдержит свое слово, то Джонни будет спасен, что бы ни случилось с Бобом Доусоном и остальными бандитами.

Внезапно кто-то схватил ее за руку, и Дженни вздрогнула от неожиданности.

— Эй, ты меня помнишь? — спросил мужчина, с усмешкой уставившись на девушку.

Дженни почти сразу же его узнала.

— Да, помню, — ответила она. — Ты Гилберт, верно? Томми Гилберт расплылся в улыбке и кивнул:

— Верно! Я не предполагал, что ты меня помнишь. Тем более что Холл сказал, чтобы я тебя не беспокоил. А где твой компаньон?

— Мой компаньон?