Просто идеал - Джудит Лэнсдаун

– Ну... я размышляю.

– Чепуха!

– Ну ладно, признаюсь, – усмехнулся герцог. – Я притворяюсь спящим, чтобы позлить вас, Дэмпси.

– Уильям! – с негодованием воскликнула Вероника.

– Нет-нет, не ругай его, Верни, – вступился за герцога преподобный Дэмпси. – Я, говоря откровенно, именно так и думал: он старается меня разозлить. А вот пока жив был мой пес Теофилус, вы не дремали, Бериник.

– Еще бы! Он такое выделывал перед кафедрой, с которой вы читали, что просто невозможно было заснуть. Каждый боялся пропустить очередной трюк из его репертуара.

– Именно для этого я его и обучил всяким фокусам чтобы паства не дремала во время проповеди.

– Не может быть!

– Истинная правда! Я понимал, что проповеди мои скучноваты: практики мало, жизнь была другая. Вот и пришлось придумать, как бы не дать прихожанам заснуть. – Дэмпси задумался, потом добавил: – Я тоскую по Тео, с особенной остротой понял это, когда увидел того щенка – Гулливера, да? Должен также отметить, что мальчик на вас очень повлиял, Бериник, и за такое короткое время! Я и представить себе не мог, что в один прекрасный день вы обзаведетесь щенком.

– Я тоже, – пробормотал герцог.

– И щенок очень хорош. Говорю как знаток – чистокровный гончий пес.

– Я в курсе, – проворчал Бериник, которому этот разговор нравился все меньше. – Кстати, он стоит кучу денег. Думаю, вы не можете позволить себе такое приобретение.

– Ну почему же, – задумчиво произнес пастор.

– Нет, не можете. Кроме того, у Клэр Симмонс нет больше щенков – мы забрали последнего.

– Ну, тогда в другой раз.

– Да, – подхватил герцог, лихорадочно соображая, не встретится ли Клэр Симмонс с пастором до воскресенья и каким образом предупредить ее. – Я сам поговорю об этом с Клэр, и она даст вам знать, как только появится следующий выводок. А пока, если вам хочется, чтобы под ногами путался щенок, Джордж может брать с собой Гулливера.

– Это будет прекрасно, Уильям, – мечтательно протянула Вероника, целуя мужа. – Пусть они приходят вдвоем, бегают, шумят... и учатся. Что бы Ричард ни говорил о своих сомнениях, он с радостью возьмется за обучение мальчика, правда, дорогой?

– Мне придется давать уроки им обоим, – усмехнулся пастор. – Нельзя позволить, чтобы мальчик находился только под вашим влиянием, Бериник. Такого я допустить не могу. А уж в том, что о воспитании гончих собак вы знаете еще меньше, чем о воспитании детей, я ни минуты не сомневаюсь.

Мэллори и Ханна стояли рядом подле входа в лабиринт и наблюдали за Джорджем и щенками, которые гонялись друг за другом среди мирно пасущихся овец.

– Вы только посмотрите на них, Мал! – смеясь, кричала Ханна. – Они охотятся на овцу! Подумать только, Джордж считал, что у щенка-девочки жажда приключений не так велика, как у ее братца. Да она шустрее его!

– Взгляните, Джордж и Гулливер спешат ей на помощь! Леди нечего бояться, когда рядом верный рыцарь, а уж тем более два. Мне послышалось, или вы назвали меня Мэл?

Девушка повернулась и взглянула ему в лицо:

– Да, именно так. Надеюсь, вы не против? Титулы отдаляют людей друг от друга, а мне бы этого не хотелось. – Она слегка покраснела, но храбро продолжала: – Должно быть, вы сочтете меня испорченной, но у нас в семье так принято. Мама и папа всегда обращались друг к другу по именам и даже Уилла не называли герцогом. Это делало нас ближе и понятнее друг другу.

– Тогда зовите меня Мэл. – Он наклонился, и теперь губы его почти касались завитка волос на виске девушки. – Но когда-нибудь, я надеюсь, вы назовете меня Айан, чтобы разделить со мной восхитительную близость, существующую в вашей семье.

Ханна подняла глаза на маркиза и слегка нахмурилась. Он добрый, милый, великодушный и джентльмен до мозга костей. И как следует отнестись к тому, что только что было сказано? Что это – обычная вежливость или предложение начать какие-то новые отношения?

– Как мило с вашей стороны, – ответила она с волнением, и Мэлу захотелось обнять и поцеловать ее. – А если я стану звать вас Айан, вы будете называть меня просто Ханна?

– Я мечтал об этом с нашей первой встречи!

– А вот и неправда! – Сдерживая смех, она с притворной грустью покачала головой. – Когда мы встретились впервые, лорд Мэллори, единственным вашим желанием было выбраться с пустоши Литтл-Минд как можно дальше от диких собак. И если бы я в тот момент потребовала, чтобы вы обращались ко мне «ваше величество», вы не колебались бы ни секунды!

Мэллори усмехнулся, и на его гладко выбритых щеках вспыхнул румянец.

– Хоть и стыдно, но признаюсь, что вы правы. Да, ваше величество, в тот момент я согласился бы на все, лишь бы убраться с пустоши. И не только из-за собак. Я не люблю находиться один в темноте.

– По крайней мере вы честный человек, – сказала Ханна и, поддавшись искушению, коснулась его горячей щеки. – И не боитесь признаться, что нуждались в помощи.

– Но раз уж вы меня спасли и мы оказались вместе так близко, то мне было бы приятно называть вас просто по имени... Знаю, что не имею на это права. Но Ханна такое красивое имя!

– Почему не имеете права? Боитесь, что Дейви Ланкастер услышит и будет шокирован?

– Потому что Дейви расскажет вашему брату, и ему не понравится моя смелость.

– Я думала, вы не боитесь Уилла.

– Я не шарахаюсь от него в ужасе, как другие. Но только дурак не станет принимать в расчет такого человека, как герцог Бериник. А поскольку я... я... собираюсь ухаживать за вами, то не хотел бы вызвать его неприязнь.

– Ухаживать? – Глаза Ханны распахнулась и засияли. – Вы?

– Да. Именно это я и собираюсь делать – ухаживать за вами. Ну, если вы не против, конечно! Скажите, что вы позволите мне поухаживать за вами, Ханна, а я обещаю никогда больше не говорить вам, что ваши глаза напоминают мне мою любимую кобылу... пока по крайней мере.

Девушка зарделась, и Мэллори, не в силах сдерживаться, обнял ее, заглянул под поля шляпки и поцеловал.

– Думаю, вы не должны этого делать, – раздался голос Джорджа. – Ее милость так и сказала вчера. Разве вы не помните, лорд Мэллори? Она еще велела окунуть вас в ручей.

Мэллори и Ханна, едва сдерживая смех, прервали поцелуй. Рядом прыгали два щенка, хватая друг друга за уши.

– Это не смешно, – твердо заявил Джордж. – Ее милости здесь нет, но все равно...

– Все в порядке, Джордж, – сказала Ханна, улыбаясь мальчику, – Айан сказал, что он теперь ухаживает за мной, так что ему можно целовать меня.

– А кто такой Айан?

– Это я, – ответил Мэллори, счастливо улыбаясь:

Ханна приняла его ухаживания, он до сих пор держит ее в объятиях. И это такое восхитительное чувство – слышать свое имя из ее уст. – Меня зовут Айан Майкл Денем. Но ты сможешь меня так называть, только если я разрешу.