Танец семи покрывал - Вера Ветковская

— Я бы не успел, понимаешь, — бормотал Игорь, — она ушла под воду в ста метрах от меня, ее сразу потянуло на дно…

— Кто? — глядя сквозь него, спросил Чон.

— Да что с тобой? — Игорь сморщил лицо, стараясь удержать слезы, и отвернулся. — Ты что, не слышал, что я говорил?

— Слышал. Кто ушел под воду?

— Твоя жена. Твоя Стася. Она ушла под воду прямо на моих глазах.

— Моя жена, — задумчиво повторил Чон. — Куда, ты сказал, она ушла?

Игорь сжал голову руками.

— Это я виноват, Чон, прости меня. Я ей говорил, что летом на том острове ты иногда живешь подолгу. Она шла к острову.

С губ Чона сорвался сухой смешок.

— Ты бредишь. Моя жена не могла сюда приехать. Она дома, в Москве. Стася ждет меня, и я сейчас к ней поеду. Сейчас же.

Чон круто развернулся и направился к избушке. Но, не дойдя до порога, сел на снег, точно ноги у него подкосились. Игорь подбежал к нему, поднял его.

— Там, — произнес Чон, указывая глазами на крыльцо.

На крыльце валялся припорошенный снегом вязаный шарфик Стаси.

— Это ее? — шепотом спросил Игорь.

— Ее? — тоже шепотом переспросил Чон. — Да, это ее, Стаси. Стаси, — повторил он, становясь на четвереньки. — Ну, дай же мне руку!

Игорь помог ему подняться и подхватил шарф. Чон этого не заметил, вошел в дом, Игорь — за ним.

— Никого нет, — оглядевшись, удивленно сказал Чон.

Он подошел к окну, упершись обеими руками о стол, наклонил голову, пытаясь привести мысли в порядок. Со стола на него глянуло нарисованное им когда-то лицо Зары. Чон с минуту смотрел на него, а потом пробормотал:

— Ты прав, Стася была здесь. Так, говоришь, она пошла к острову?

И, не дожидаясь ответа, оттолкнувшись от стола руками, вышел из дома и широким шагом направился к реке.

Игорь догнал его неподалеку от трещины, в которую провалилась Стася.

— Ты что? Ты куда это? Туда нельзя. Вот здесь она ушла под воду. — Он схватил Чона за плечо, тот оттолкнул его и пошел вперед. Игорь снова догнал его, свалил с ног. Межу ними завязалась короткая борьба. Они катались по льду, ожесточенно вцепившись друг в друга. Наконец Чон обмяк в руках Игоря.

— Туда нельзя, сказано тебе. Пошли назад.

Чон больше не сопротивлялся. Он лежал на льду раскинув руки и пустыми глазами смотрел в небо.

— Пойдем, — откатившись от него в сторону, сказал Игорь.

Чон не пошевелился.

Игорь, ухватив его за ворот куртки, поволок обратно по льду, как раненого. Чон, подгребая ногой, помогал ему.

На берегу Игорь отдышался.

— Вставай, — сказал он Чону. Тот не ответил. Игорь подтащил его к перевернутой лодке, помог Чону сесть.

— Вот-вот приедут водолазы и вытащат тело, — сказал он. — Посиди, я принесу спирт.

Чон поднес к глазам свои руки и стал их рассматривать.

— Ты чего? — осторожно спросил его Игорь.

— Ничего. Видишь эти руки? Этими руками я убил свою жену. Свою Стасю.

— Что ты несешь! — яростно крикнул Игорь. — Что ты на себя наговариваешь? Смотри не сболтни этого ментам, а то они тут же ухватятся за твой бред… Как ты мог убить свою жену, когда я все видел вот этими, своими собственными глазами!.. Видел, как она ушла под воду…

— Ушла под воду, — повторил Чон, вздрогнул всем телом. — Знаешь, я всегда боялся воды. Больше всего на свете. Я думал: смерть моя будет от воды. Но это хуже, чем моя смерть. Моя смерть ничего от жизни не отнимет.

— Замолчи, — одернул его Игорь. — Возьми себя в руки. Вон они едут…

Сквозь сосны было видно, как тащился по заледеневшей дороге желтый милицейский «уазик». За ним — зеленая машина спасателей.

Чон не шелохнулся.

Он и головы не поворотил, когда к нему подошли люди в милицейской форме, стали задавать вопросы, и не проронил ни слова.

Пока Игорь рассказывал милиционерам, что произошло, четверо спасателей снаряжали двух водолазов. Чон с каким-то болезненным любопытством смотрел, как на них натягивают черные водолазные костюмы, застегивают «молнии», надевают на ноги ласты и прикрепляют им на спины баллоны с воздухом.

Игорь поднес к его губам оловянную кружку со спиртом:

— Выпей.

Чон вздохнул и, зажмурившись, выпил спирт. Водолазы, пятясь к реке спинами, пошли по нетвердому льду.

Чон смотрел поверх их голов на остров, еле видный из-за тумана.

— Согрелся? — спросил его Игорь.

— Я бы нарисовал это в ракурсе падающей диагонали… У фотографов есть такой термин, — вяло проговорил Чон.

Водолазы, один за другим, соскользнули со льдины в воду.

— Тело могло отнести далеко по течению, — произнес один из спасателей.

— Посмотрим, — отозвался другой. — Здесь вода чистая, — обратился он к Чону, как будто это могло успокоить его. — Быстро отыщут.

— А может, не отыщут? — вдруг горячим шепотом произнес Чон. — Может, ее там нет, в воде?!

Водолазы несколько раз показывались на поверхности и снова уходили под воду. Наконец один из них вынырнул и поднял руку.

— Нашли, — крикнул кто-то из спасателей милиционерам, греющимся в «уазике».

Из машины вышел врач.

Чон видел, как один водолаз, подтянувшись, перебросил тело на лед. Другой, держась рукой за край льдины, сделал знак спасателям. Один из них побежал по льду и бросил первому водолазу веревку. Второй вместе с другим концом веревки снова ушел под воду, спустя некоторое время вынырнул и тоже вскарабкался на лед. Оба водолаза отползли немного от края льдины и стали тянуть на себя веревку…

Они подтащили тело на веревке почти к самому берегу и оставили там. Подошел врач, скрыв на время от Чона Стасино тело с согнутыми, как у куклы, ногами. Чон не мог встать. К врачу подошли милиционеры и стали составлять протокол.

— Еще спирта? — спросил Игорь у Чона. Тот мотнул головой.

Спасатели сноровисто разоблачали водолазов.

Чону казалось, что он медленно погружается в дремоту… Вдруг он, сильно задрожав, открыл глаза.

Тело Стаси, брошенное, никому не нужное, с посиневшим лицом и схваченными льдом волосами, лежало прямо перед ним. Чон сполз с лодки, подошел к мертвой Стасе и лег на снег рядом с нею, повернув ее лицо к себе. Но вдруг испугался, отполз подальше и уже не видел, как тело положили на носилки и внесли в машину…