Расплата за грехи - Марина Линник

Во время одной такой встречи команда фрегата «Эвмена» едва не лишилась своего корабля. Нагруженный до отказа, он направлялся к Бермудским островам, которые, благодаря дурной славе, не часто посещались судами Его Величества. Морин планировала, как обычно, оставить на одном из безлюдных маленьких островков весь груз, добытый в боях, чтобы впоследствии пираты могли разделить его между собой. Несмотря на то что капитану по договору, который составил мистер Лоу в первый же день их пребывания на борту фрегата, полагалась изрядная доля добычи, Морин сразу отказалась от награды. Жажда справедливости, а не наживы, являлась главной побудительной причиной ее нынешней деятельности.

Стоял теплый день. Море ласково плескалось о борт корабля. Вся команда была в предвкушении отдыха, который пообещала им девушка. Но показавшийся на горизонте военный фрегат мгновенно изменил все их планы.

– Капитан! На горизонте, справа по борту, в двух румбах, военный корабль. Что будете делать? – спросил лорд Рочестер, подойдя к Морин, тревожно осматривавшей горизонт.

– Не знаю, – мрачно заметила девушка. – Уйти не получится, даже если мы поставим дополнительные паруса: корабль загружен до предела и плохо слушается руля. При таком попутном ветре они нас догонят уже к вечеру.

– Тогда будем обороняться, – определив тактику битвы, ответил милорд.

– Мы понесем большие ненужные потери, а я хотела бы этого избежать, – печально произнесла Морин.

– Кэп, – позвал девушку квартирмейстер, – команда ждет ваших распоряжений.

– Соберите всех на палубе. Мне нужно сказать им несколько слов.

Когда все были в сборе, Морин спустилась на верхнюю палубу и, оглядев людей, проговорила:

– Вот уже несколько месяцев нам сопутствовала удача. Трюмы наши полны, корабль цел, да и раненых у нас не так много. Ужас сковывал врага, и подчас это было нам только на руку. Так было раньше, но судьба решила проверить нас на прочность и испытать нашу волю к победе. Вы уже знаете, что за нами гонится военный корабль. Уйти от него, мы, увы, не можем. Остается только принять вызов. Не буду скрывать: враг застал нас врасплох. Фрегат переполнен, а пороха мало. Мы надеялись пополнить запасы на Бермудских островах, но человек предполагает, а у Бога свои планы. – Морин на минуту замолчала. – Бой будет жестоким, – промолвила она наконец. – А я дорожу каждым из вас и поэтому призываю к спокойствию и требую предельной дисциплины. Вы знаете, что мои безумные на первый взгляд идеи не раз выручали нас. Посему я и сейчас предлагаю воспользоваться ими же. Мистер Лоу! Поднять все паруса и положить руль к ветру! Мистер Гик! Убрать справа посты, снять пушки с лафетов и поставить их так, чтобы можно было добиться нужного угла… Абери, мой верный телохранитель! Тебе и двум другим матросам нужно будет по команде незамедлительно бросить якорь по правому борту.

– Капитан! – недоуменно спросил квартирмейстер. – Вы хотите на полном ходу бросить якорь?

– Не просто хочу, мистер Лоу, но и настаиваю на этом… Как только (мистер Гик, это сейчас вас касается и всех пушкарей!) корабль развернется к противнику боком, делая поворот оверштаг, а в таком положении корабль будет пребывать всего несколько секунд, вы незамедлительно, по моей команде, произведете бортовой залп. Но это должно произойти не раньше моего приказа, но и не позже. Цельтесь ему в нос, в фок и в бушприт… В общем, я хочу только одного: чтобы на рассвете мы покинули это место живыми и невредимыми. Всем все понятно? Все по местам! Разобрать шкоты! Приготовиться к повороту!.. Да хранит нас Господь!

Все произошло, как и задумывала Морин. Увлекшись погоней, капитан военного судна не сразу распознал маневр своего врага. Подпустив военное судно как можно ближе, «Эвмена» произвела бортовой залп специальными пучковыми бомбами и ядрами, соединенными цепями. Залп был точен, как никогда. Военный фрегат получил смертельную порцию яда и теперь бился в конвульсиях. Но одновременно с бортовым залпом с носа военного корабля был сделан один-единственный выстрел из восемнадцатидюймовой пушки, который, к несчастью, цели своей достиг. Судно содрогнулось от удара. Лорд Рочестер, по приказу Морин, осмотрел повреждения и мгновенно оценил ситуацию.

– Морин, в корпусе пробоина, и вода начала уже поступать в трюм. Повезло, что корабль прочный, а то бы нам не поздоровилось. Но если не заделать дыру, то к утру корабль совсем потеряет остойчивость.

– Значит, все так серьезно?

– Да, и надо торопиться.

– К помпам! Мистер Дункер! Возьмите людей и начинайте откачивать воду! Где плотник?

– Я здесь, кэп!

– Мистер Крокфул! Надо поставить заглушку, и поживее, иначе продолжение наших приключений будете рассказывать акулам, кишащим в этих водах! Да скорее же! – прокричала Морин. Затем она посмотрела на лорда Рочестера, стоявшего около нее: – Эдвард, проследите, чтобы мои распоряжения были выполнены четко и быстро.

– Можете на меня рассчитывать, капитан, – слегка поклонился ей милорд и устремился за матросами и плотником в трюм.

А между тем военный фрегат стремительно уходил под воду. Морин, скрестив руки на груди, с мрачным видом наблюдала за гибелью очередного корабля. Казалось, сердце девушки должно было бы дрогнуть при виде этой беды и гибели людей, происходивших на ее глазах, но она ничего не испытывала: ни сострадания, ни угрызений совести. Звучавшие в ее ушах слова лорда Кондрингтона, которые он произнес в тот ужасный день, когда умер ее отец, заглушали стоны и крики людей, тонувших в атлантических водах (многие матросы попросту не умели плавать, так как вербовщики, в большинстве случаев, набирали матросов из сельской глубинки). Она вроде бы смотрела, но не видела ничего, что творилось вокруг. Ей мерещились распростертый на палубе мертвенно-бледный отец и наглая ухмылка вице-адмирала, когда он отдавал приказание выбросить тело ее отца за борт…

…Когда военный фрегат уже почти полностью погрузился в пенную бездну океана, а два вельбота, на которых были спасшиеся счастливчики, оказались в нескольких кабельтовых от места трагедии, Морин в сгущающихся сумерках надвигающейся ночи внезапно услышала слабый голос, зовущий ее по имени:

– Мисс Батлер!.. Мисс Батлер, пожалуйста, не бросайте меня здесь одного!