Откровенные признания - Лиза Клейпас

Тем временем Саманта и Арабелла с треском раскрыли веера и принялись усердно обмахиваться им.

— Боже милостивый! — приглушенно ахнула Саманта. — Лотти, он смотрит на тебя совершенно неприлично!

— Не понимаю, о чем ты, — пожала плечами Лотти, но ее щеки уже пылали.

Арабелла захихикала, прикрывая рот расписным шелковым веером.

— Такое выражение на лице моего Гарри я видела лишь однажды: когда перед ним поставили тарелку с йоркширским пудингом.

В темных глазах Саманты отразилось острое любопытство.

— А мне казалось, ты душой и телом принадлежишь лорду Раднору, Лотти. Как же ты сумела улизнуть от него? Где провела целых два года? И как, скажи на милость, сумела подцепить Ника Джентри? И кстати, эта история с титулом — правда или выдумка?

— Правда, — ответила на последний вопрос Лотти. — Мой муж действительно лорд Сидней.

— А когда ты выходила за него, ты знала, что он виконт?

— Конечно, нет. — Лотти попыталась в двух словах объяснить, что произошло:

— Как вам известно, я сбежала из пансиона, чтобы меня не выдали за лорда Раднора…

— Видела бы ты, какой скандал разразился в Мейдстоуне! — перебила Арабелла. — Я слышала, о нем судачат до сих пор. Никто из наставниц не мог понять, как тихая, послушная Шарлотта Ховард просто взяла и исчезла, словно сквозь землю провалилась!

Лотти переждала минутное смущение. Своим побегом 1 она отнюдь не гордилась — у нее просто не было выбора.

— Я назвалась чужим именем и поступила в компаньонки к леди Уэстклифф в Гэмпшире…

— Ты работала? — потрясенно перебила Арабелла. — Господи, как ты, должно быть, намучилась!

— Да нет, не слишком. — Лотти криво усмехнулась. — Уэстклиффы были добры ко мне, я успела полюбить вдовую графиню. Кстати, там я и познакомилась с мистером Джентри… то есть с лордом Сиднеем. Вскоре он сделал мне предложение, и… — Ей вдруг отчетливо вспомнился вечер в библиотеке лорда Уэстклиффа отблеск огня на лице Ника, склонившегося к ее груди. — и я согласилась, — поспешно закончила она, чувствуя, что ее лицо полыхает густым румянцем.

Саманта улыбнулась — кажется, она разгадала причину смущения подруги.

— Видимо, предложение было запоминающимся.

— А твои родители очень рассердились? — спросила Арабелла.

Лотти кивнула, с грустной усмешкой подумав, что реакцию ее родителей вряд ли Можно описать словом «рассердились».

Саманта понимающе закивала и посерьезнела.

— Они не смогут сердиться до конца своих дней, дорогая, — мудро заметила она, сумев утешить подругу. — Даже если слухи о богатстве твоего Мужа сильно преувеличены, Ховарды должны обезуметь от радости — от того, что им повезло заполучить такого зятя.

Они поболтали еще немного, радуясь встрече и договариваясь о визитах в самом ближайшем времени. Время пролетело незаметно, и Лотти спохватилась, только когда оркестр заиграл модный вальс «Весенние цветы», под который несколько пар сразу закружились в середине зала. Гадая, помнит ли Ник про обещанный первый вальс, Лотти решила поискать его. Извинившись перед подругами, она обошла галерею первого этажа, Отделенную от бального зала резными перилами и вазонами с зеленью и розовыми розами. Несколько пар увлеченно беседовали в уютных нишах, полускрытые пышными букетами. Проходя мимо, Лотти из деликатности отворачивалась и украдкой улыбалась.

Кто-то взял ее за локоть, и она просияла, уверенная, что ее нашел Ник. Но, повернув голову, она увидела на своей затянутой в перчатку руке совсем не крепкую широкую кисть Ника. Длинные крючковатые пальцы обхватили ее запястье, и Лотти в ужасе услышала голос, который много лет подряд мучил ее в кошмарных снах:

— Неужели ты надеялась улизнуть от меня, Шарлотта?