Строптивая для негодяя - Илона Шикова

Вот не может он без своих бесконечных подколок. Ведь прекрасно знает, в каком значении я произнесла это слово. Но обязательно должен съязвить по этому поводу, чтоб ему пусто было.

— В обоих, — назло ему выпаливаю, встаю со стула и двигаюсь в спальню. — Посуду помой, сегодня твоя очередь, — бросаю на ходу.

Сажусь на кровать, раскладывая перед собой бумаги, правда, оставляя дверь открытой. Слышу, как Балабанов ворчит, включает посудомоечную машину (лентяй), и несколько минут его не видно.

Боковым зрением наблюдаю, как Пашка подходит к дивану, пододвигает журнальный столик с ноутбуком, после чего садится и ставит рядом с гаджетом чашку с чаем. Мог и мне предложить, в конце то концов. Хотя бы из вежливости, потому что я, вообще-то, гостья в его доме, а не прислуга или нянька для его брата.

— А мне чай можно? — нагло кричу из спальни и поворачиваюсь лицом к двери.

— У нас рабовладельческий строй отменили, не помню, в каком веке, — ворчит Балабанов, правда, тоже одарив меня своим коронным взглядом “Я тебя съем”.

— Статья сто двадцать семь, пункт два, — кричит Макс из своей комнаты. — До пяти лет лишения свободы можно получить.

— Вот, — Балабанов берет чашку и делает глоток, продолжая на меня пялиться со своего места. — Макс, а за хулиганство много дают? — кричит Пашка громко.

— Статья двести тринадцатая, — прилетает в ответ с соседней комнаты. — Тоже до пяти лет, но можно штрафом отделаться.

— Ну, с моим адвокатом, — снова этот негодяй делает демонстративно глоток чая, ехидно мне улыбаясь, — я точно отделаюсь денежной компенсацией.

— Балабанов, я тебя когда-нибудь придушу, — шиплю довольно громко, вызывая очередную порцию смеха.

— Дарина, — кричит мальчик. — Статья сто пятая, до пятнадцати лет дают. Лучше завтра давай, после того, как он меня с собой на бокс возьмет.

— Вот, — теперь моя очередь ехидничать. — Завтра, так завтра, — и снова утыкаюсь в бумажки.

— Никакой личной жизни, — ворчит Балабанов. — И мужской солидарности, — теперь уже кричит, как я понимаю, адресуя данную фразу Максиму. Но спустя минут пять возникает на пороге моей спальни с чашкой дымящегося чая. — Это спасибо за сегодня.

Поднимаю глаза вверх. Глядя на его веселую физиономию, желание злиться пропадает. Совсем, всерьез и надолго. Хоть он и любит поумничать не по делу, все равно очень добрый и отзывчивый.

Забираю кружку из рук Пашки и отвожу взгляд, так как чувствую, что начинаю краснеть. Он все больше и больше заставляет меня переосмысливать мое мнение о нем, а также расставлять приоритеты заново. Никогда бы в жизни не подумала, что Паша принесет мне чай, особенно, если я перед этим язвила. Мелочь, а приятно, но не это главное. Внимание с его стороны ко мне — самое важное, что может между нами происходить.

Пора работать, а то эти мысли заведут меня куда-то очень и очень далеко.

Слышу, как Макс идет в душ, а спустя несколько минут возвращается назад к себе, на ходу желая всем спокойной ночи, после чего закрывается дверь в его комнату.

А я продолжаю и дальше разгребать завал, принесенный домой. Спина затекает, глаза слезятся от постоянного перенапряжения, а часы показывают уже почти двенадцать часов. Такими темпами я завтра на работу просплю.

Складываю все свои записи в сумку, разминаю затекшую спину и направляюсь в ванну. Проходя мимо дивана, боковым зрением вижу, что Балабанов за мной наблюдает, провожая взглядом. Усмехаюсь, и двигаюсь в ванную в сопровождении обжигающего взгляда, который чувствую каждой клеткой своего тела.

Включаю кран, чтобы стекла холодная вода, раздеваюсь, раскладываю вещи и поворачиваюсь лицом к двери. Рука тянется вперед, чтобы закрыться на замок. Но останавливается, едва коснувшись прохладного металла. Стою не двигаясь, пытаясь все-таки понять, чего же хочу на самом деле.

Секунда, две, три, и я убираю руку, так и не провернув замок.

Забираюсь в ванную и наслаждаюсь горячими струями воды. Это самое лучшее, что можно сейчас придумать. Хотя, зачем врать — не самое, хоть и приятное.

Я не слышу, как Паша заходит в ванную. Просто чувствую его появление. Сердце начинает колотиться быстрее, дыхание останавливается, а я жду. Сама не знаю, зачем мне это надо, но выбор свой уже сделала.

В очередной раз наклоняю голову влево, давая возможность воде попасть на шею, как вместо струй ощущаю на коже жаркие губы, а крепкие руки обвивают меня за талию, прижимая спиной к мужской груди.

— Паша, — произношу негромко, откидывая голову назад, прижимаясь к нему еще сильнее.

— Я не уйду, — шепчет мне на ухо, прокладывая жаркую дорожку из поцелуев от шеи к виску.

“А я не отпущу” — кричит мой внутренний голос. — “Ты сегодня мой!”

Его касания такие нежные, и вкупе с острыми и тонкими струями вызывают дрожь во всем теле. Отодвигает рукой мои волосы, продолжая целовать шею. Стоны уже вовсю вырываются из моей груди, и мне плевать, слышит он их из-за шума воды или нет.

Сама тяну руки назад, ладонями упираясь в упругую пятую точку. Так же хочется прикоснуться к нему полностью, но парень не дает возможности повернуться, прижимая и дальше спиной к его голому торсу. Жаркое дыхание спускается на спину, опаляя кожу. Все ненужные мысли разбегаются, и я не могу не думать ни о чем другом, кроме как о мужчине, стоящим рядом. Его руках, губах и… своем желании.

Хочу его. Прямо здесь, и прямо сейчас. И даже жалеть потом ни о чем не буду. Есть только он и я, а все остальное не имеет значения.

Одной рукой Паша удерживает меня за живот, другой надавливает немного на спину, заставляя нагнуться. А сам продолжает дорожку из поцелуев вдоль позвоночника, опускаясь все ниже и ниже. Проводит языком, слизывая воду с моей кожи, а мои ноги от этого начинают подкашиваться. Тело дрожит от столь откровенных ласк, и не хочу, чтобы он останавливался.

Одна рука нежно гладит мою грудь, взывая еще больше эмоций. Чувствую, как пальцы другой медленно движутся по внутренней стороне бедра, останавливаются, сначала гладят, а после немного надавливают, заставляя расставить ноги пошире. Не хочу и не буду сопротивляться, поэтому поддаюсь нажиму, делая, как просит мужчина. Сегодня ведет он, а я просто получаю удовольствие.

Ласки становятся более настойчивыми, пальцы уже вовсю шарят по моему телу, а я закрываю глаза в ожидании еще больше блаженства. Парень входит в меня медленно, не торопясь, давая возможность окончательно расслабиться и принять его. Целиком и полностью. Это так приятно, что вырывается очередной, теперь уже довольно громкий стон, а Паша в ответ проводит пальцами вдоль позвоночника.

Подстраиваюсь под его темп, который с каждым толчком ускоряется. Еще немного, и я окунусь в мир полного блаженства. Не сдерживаю эмоций и кричу, когда достигаю пика удовольствия. Хочу, чтобы и он присоединился ко мне. А точнее, чтобы вместе мы пришли на финишную прямую. Без разницы, как это назвать, но главное — вместе.