Все радости - завтра - Бертрис Смолл

Они быстро исполнили приказание и были тут же выдворены из комнаты. Дейзи взглянула на нового герцога и вздохнула. Она достаточно долго была со Скай, чтобы понять по виду мужчины, что он влюблен в ее госпожу, а герцог Никола был влюблен несомненно.

— Я позабочусь о ней, — сказала Дейзи, но Никола твердым, не терпящим возражений голосом заявил:

— Нет, Дейзи, о ней позабочусь я. Она будет спать, так что отошли этих глупышек прочь. И я хочу, чтобы ты занялась уборкой, пока не понадобишься мне.

— Ей будет удобнее спать без платья, — посоветовала Дейзи.

— Я позабочусь и об этом, — сказал он, и Дейзи удалилась.

Никола расстегнул черную шелковую юбку и стянул ее.

Перевернув Скай, он расстегнул рубашку, затем снова перевернул и снял ее. За этим последовали две белые шелковые нижние юбки и нижняя блузка. Он осторожно снял усыпанные драгоценностями подвязки с шелковых чулок и скатал чулки с ее ног. Дейзи уже успела снять туфли.

Затем быстро разделся сам и лег в постель рядом с ней, натянув покрывало. Он заснул, держа ее в объятиях. Когда через несколько часов он проснулся, то обнаружил, что она уже не спит и тревожно смотрит на него.

— Как вы себя чувствуете? — спросил он.

— Усталой, — честно ответила она.

— Тогда спите еще, — сказал он, притягивая ее к себе, так что ее голова оказалась на его плече. Она улеглась, но уже не могла заснуть, и он понял это.

— В чем дело, doucette?

Скай вздохнула:

— Я думала, что молитва избавила меня от этого, но, увы, нет! — Очевидно, она была расстроена.

— От чего? — спросил он.

— От страсти к вам, Никола.

— И вы никогда не избавитесь от нее, doucette, как и я. Спите спокойно, мой ангел. Сегодня мы похороним моего сводного брата, а вечером я начну свое искупительное трехнощное бдение.

— Отец Анри и вас обязал отстоять три ночи на молитве?

Он понял по голосу, что ее тоже развеселила кара отца Анри. Он обрадовался — это означало, что она не лишена чувства юмора. Хорошая вещь — уметь смеяться.

Когда Скай проснулась, его уже не было, а Дейзи принесла ей кубок со свежим фруктовым соком.

— Вам нужно спешить, госпожа, — торопила Дейзи. — Скоро начнутся похороны.

Скай оделась в приличествующее случаю черное платье. Спустившись во двор, она оказалась в центре маленького скандала. Нянька Гарнье де Бомона принесла его для того, чтобы он занял место в траурной процессии. За несколько месяцев, прожитых в Бомон де Жаспре, Скай еще не видела несчастного пасынка и только теперь поняла в полной мере, почему Фаброн так хотел наследника. Гарнье был жирным мальчиком, не вполне владеющим конечностями, с увеличенной головой и странно посаженными глазами. Голова болталась из стороны в сторону, словно она была слишком тяжела для шеи. Мальчик не мог говорить и лишь издавал какие-то животные взвизги, которые, как утверждала нянька, она хорошо понимала.

Она стояла как кремень, защищая права своего воспитанника, а Никола и Эдмон яростно спорили с ней. Скай постояла немного, прислушиваясь к спору, затем шагнула вперед и, отстранив мужчин, мягко проговорила:

— Няня, нельзя нести мальчика на похороны — бедняжка все равно ничего не поймет, и весь этот шум пугает его. — Она погладила ребенка по щеке, улыбнулась и нежно сказала ему:

— Ну, ну, малыш, все в порядке. — Скай снова повернулась к няньке:

— Он же не нормальный ребенок, а значит, и не должен нормально себя вести. Герцог Никола обещал, что позаботится о нем, как о своем сыне. Отнеси его назад. — Скай наклонилась и поцеловала мальчика.

Нянька кивнула, удовлетворенная ее словами:

— Мадам герцогиня так добра, она все понимает. — Старуха взяла воспитанника за руку и отвела его домой.

— Ну, джентльмены, мы можем идти? — Скай подошла к своей белой лошадке, и грум помог ей подняться в седло.

Траурная процессия проходила по склону холма от замка к собору св. Павла. Возглавляла ее вдова покойного — Скай.

После траурной службы Фаброн был похоронен в саркофаге в семейном склепе под мраморным алтарем собора. На обратном пути Никола Сент-Адриан, как новый герцог, возглавил процессию. Кончилась одна эпоха, началась другая. Впервые народ Бомон де Жаспра лицезрел своего нового герцога, и он ему понравился. Когда процессия проходила по улицам города, игривые красотки с чувственными губами и приглашающими томными глазами свисали с балконов и осыпали своего нового повелителя цветами. Но он не замечал их: он был слишком поглощен женщиной, ехавшей рядом с ним. От нее он не мог отвести глаз.

Она даже прошептала ему на ухо сквозь гул толпы:

— Не смотрите на меня так, Никола. Вы опозорите меня.

Только теперь, увидев их вместе, Эдмон де Бомон подумал: «Как я не заметил этого раньше?» Очевидно, его дядя был безнадежно влюблен. Теперь ему стал ясен смысл расспросов Никола о договоре с Англией и почему его практически немедленно посылали назад в Англию вместе с капитаном Келли. Никола Сент-Адриан хотел жениться на вдове своего покойного брата. И тут Эдмон пережил самую ужасную в жизни минуту отчаяния. Если бы он был нормален, Скай была бы его! Он пожал плечами — к чему эти мечты? Да и если бы она любила его так, его рост ничего бы не значил. Он снова взглянул на нее и заметил легкий румянец, появившийся на ее щеках, когда она упрекала Никола. «Это действительно парочка», — подумал Эдмон. Гордые, страстные люди, которым хорошо вместе. Он должен быть счастлив, что просто дружен с такой женщиной, ибо подобных Скай О'Малли он не знал. Она — уникальна.

Никаких празднеств по поводу вступления Никола в права наследства не предусматривалось. Они должны были состояться позднее, когда Никола женится, и уже начались разговоры о том, когда и на ком. У нескольких виднейших семей были дочери на выданье, и в соседних Провансе и Лангедоке аристократические роды могли составить приличную партию Никола Сент-Адриану. Однако, судя по всему, новый герцог не торопился с выбором невесты.

Эдмон де Бомон отправился в Англию на «Чайке» через несколько дней после похорон. На ее вопрос о том, почему он снова отправляется ко двору Тюдоров, он ответил, что ей лучше спросить об этом Никола. Она хотела бы уехать с ним, но не могла до весны, так как этого требовали правила траура по несчастному Фаброну. Это был ее последний долг перед ним.

Скай наблюдала с балкона спальни за отплытием «Чайки» из гавани Бомон де Жаспра. Впервые после прибытия из Англии она осталась действительно в одиночестве, если не считать преданной Дейзи. Робби, уверенный в том, что у нее все устроилось, и ничего не зная о смерти Фаброна, плыл к Стамбулу. Теперь и Бран возвращается в Англию, везя Эдмона к английскому двору.

К ней подошел Никола, положил руку ей на талию и притянул к себе.

— Вы хотели бы быть с Эдмоном?