Плохая компания - Юлия Гетта

Познакомившись с вновь прибывшими гостями, сестра торопливо обошла стол, желая забрать у Насти племянника, но та не отдала. Словно сидящий на ее коленях ребенок мог как-то защитить девушку от нежеланного внимания бандита.

Это, конечно, не помогло. В течение вечера она то и дело чувствовала на себе его взгляд.

Все происходящее напоминало ей какой-то дурацкий кошмарный сон. Человек, которого она ненавидела всей душой и надеялась больше никогда не встретить в своей жизни, сидел за одним столом с ее семьей. Вел с ними светскую беседу, и определенно всем нравился.

Мама с Машей ему улыбались, отец был вежлив, один только Ромка не разделял всеобщего восторга, и поглядывал на бандита с едва заметным пренебрежением. А Настя так и вовсе старалась на него не смотреть.

— У вас очень красивые дочери, — услышала Настя голос бандита, и украдкой бросила на него взгляд — он смотрел на её отца. — И их мама просто очаровательна. Повезло Сергею с женой, я ему даже немного завидую. Тоже давно мечтаю о семье, детях.

От услышанного Настя округлила глаза, но тут же отвела их, вовремя заметив и поймав маленькую ручку Кнопы, которой он попытался уцепиться за скатерть.

О семье он мечтает, как же. Как раз в перерывах между тем, как избивает людей или насилует беззащитных девушек.

— Что мешает? — дружелюбно поинтересовался у него отец.

И это казалось немыслимым. Папе явно нравился этот ужасный человек, и у Насти совершенно не укладывалось в голове, как такое возможно.

— Никак не встречу подходящую девушку, — небрежно отозвался Шумилов. — Да и некогда мне заниматься поисками, бизнес отнимает очень много времени.

— А чем ты еще занимаешься, Глеб, помимо этого ресторана? — поинтересовался отец. — Я понял, ты купил его недавно.

Настя упустила момент, когда отец с объектом ее ненависти успели перейти на «ты», но сам факт того, что это произошло, очень сильно не понравился девушке.

— Сейчас строю гостиницу в двух кварталах от центрального стадиона, — теперь он сидел, всем корпусом развернувшись к её отцу, будто разом потеряв интерес ко всем другим присутствующим за столом людям. — Правда… возникли кое-какие трудности с оформлением земли под стройку с администрацией города. Даже и не знаю, как буду выкручиваться. Столько сил и денег вложил в этот проект, будет жаль, если все потеряю.

Отец заинтересованно вскинул брови, в его глазах вспыхнуло неподдельное любопытство.

— А что за трудности, можешь рассказать подробнее?

— Да, конечно, — охотно согласился Шум, и, слегка понизив голос, добавил. — Единственное, там долгая история, боюсь, девушки могут заскучать, если я сейчас начну это все рассказывать…

— Да, ты прав, — степенно качнул головой отец. — Мужские разговоры девочкам не интересны. Может, заедешь к нам в гости, скажем, завтра вечером? Посидим за рюмочкой коньяка…

— Папа!

Настя сама не поняла, как подскочила с места, крепко прижимая к себе Кнопу, и с негодованием уставилась на отца. Как он может приглашать в их дом малознакомого человека?! Как может подвергать такой опасности всю их семью?

Отец перевел на неё недоуменный взгляд. Бандит сделал то же самое, только в его глазах недоумения не было. Был ледяной холод, молчаливая угроза, от которой мурашки побежали по спине девушки.

— Что такое, дочь? — строго поинтересовался отец.

Настя растерялась, не представляя, что ему сказать. Еще секунду назад она собиралась отчитать его за то, что приглашает в дом неизвестно кого, но сейчас уже передумала. Испугалась этого взгляда до такой степени, что язык прилип к небу, и оторвать его казалось невозможным.

— Нет… Ничего… — невнятно промямлила она, судорожно соображая, как объяснить всем присутствующим свою бестактную выходку. — Кнопа, кажется, в подгузник наделал… Я пойду, поменяю…

— Ой, да ты что! — тут же подорвалась с места Маша. — Давай лучше, я сама поменяю…

— Я тебе помогу, — жалобно посмотрела на неё Настя, и, к счастью сестра не стала с ней спорить.

Девушки торопливо дошли до комнаты матери и ребёнка, специально оборудованной для подобных случаев. Маша тут же забрала Кнопу из рук Насти, и отточенным движением ощупала его подгузник.

— Насть, так он сухой, — недоуменно посмотрела она на свою сестру, удобнее устраивая сына на руках.

— Я знаю, Маш, прости… — отстранённо отозвалась девушка, до боли закусив губу, шаря глазами по помещению, словно пытаясь отыскать в нем запасной выход для побега.

— Но… Зачем ты сказала это?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Маш, мне надо было срочно уйти, и это первое, что пришло в голову…

— Ты вообще нормальная? — строго поинтересовалась девушка, крепче прижимая к себе ребёнка. — Разве нельзя было сказать, что тебе нужно в уборную?

— Ну прости меня, я не сообразила сразу… — пролепетала Настя, жалобно уставившись на сестру.

— Да что с тобой такое? — нахмурилась Маша, глядя на неё из-под бровей. — На тебе лица нет! Что случилось-то?

— Случилось кое-что… — выдохнула девушка, прикрыв глаза. — Я даже не знаю, как тебе это рассказать…

— Говори, как есть, Настя, — строго посмотрела на нее сестра.

Настя набрала полные легкие воздуха, не представляя даже с чего начать, но ничего сказать так и не успела. В дверь комнаты матери и ребёнка вдруг настойчиво постучали, а в следующую секунду она распахнулась, и на пороге появился он. Её несостоявшийся насильник.

У Насти затряслись руки, она непроизвольно шагнула назад.

— Я не помешал? — улыбнулся он Маше, и та ответила ему настороженным взглядом, крепче прижав к себе Кнопу.

— Вообще-то мы только начали…

— Я очень извиняюсь. Просто мне срочно нужно уехать, и я хотел бы сказать Насте буквально пару слов на прощание. Не возражаешь, если я заберу ее ненадолго?

— Эм… Ну ладно, — с удивлением отозвалась Маша, растерянно оглядываясь на сестру.

Настя стояла позади нее, как вкопанная, не в силах заставить себя пошевелиться, или произнести хотя бы звук.

— Настя, пожалуйста. Я очень спешу, — бандит поманил ее рукой, и посмотрел так красноречиво, что девушка не осмелилась ослушаться.