Хозяйка ночи - Мартина Коул

Кевин Картер разговаривал с Томми Лейном в его новом доме в Стратфорде.

– Если бы она знала, что я вижусь с тобой, она оторвала бы мне голову.

– Я понимаю это, Кев, и ценю твою дружбу. Сама Бриони в порядке?

– О да. То есть внешне в порядке. Ты же знаешь Бриони, она более скрытная, чем наше правительство.

Томми невольно улыбнулся.

– Это точно. Значит, Джошуа перед ней провинился, да? Вот ублюдок! Надо нам самим попробовать найти этого святошу.

– Идет, Томми. Я тоже хочу дать Бриони передых. С ее сестрой дело дрянь. Я сам видел ее. Она больна, дружище. Этот парень потрудился над ней основательно, у нее все руки в синяках. Что за извращенец? – Кевин осуждающе покачал головой.

– Посиди, пока я переоденусь. Налей себе чего-нибудь выпить.

Едва Томми вошел в спальню, женский голосок спросил:

– Ты возвращаешься в кроватку, Томми?

Ширли Дарлинг, так звали девицу, вытянула руку навстречу Томми. Тот поморщился.

– Прости, Ширл, но у меня дела. Одевайся и выметайся отсюда.

Ширли села в кровати. При этом одеяло упало, обнажив пышную грудь.

– О, Томми! А я не могу подождать здесь, пока ты вернешься?

– Нет уж! Одевайся и марш домой, юная леди. Я занят.

– Ты онанист, Томми Лейн!

– Очень изящно сказано, – расхохотался Томми.

Ширли сощурила глаза и заявила:

– Правильно, я леди, не то что твоя Большая Бриони, как ее все называют. У нее есть и другое прозвище – Ядовитый Карлик. Ты слышал? В чем дело, Томми? Испугался, не узнает ли она про меня?

Томми за руку стащил Ширли с кровати и проволок через всю спальню в гардеробную, где на стуле была аккуратно сложена ее одежда.

– Одевайся и уматывай отсюда. Что же касается Бриони, то ты недостойна даже идти рядом с ней по тротуару.

Ширли, голая, сидела на стуле и терла руку.

– Ты сделал мне больно!

Томми состроил трагическое лицо:

– Не может быть! Как же я мог? И учти: если будешь распускать язык, я просто скажу Бриони, чем занимался всю ночь.

Он вышел из комнаты и, спускаясь по лестнице, ощутил приступ гнева. «Сколько народу думает, что я боюсь Бриони!» Потом он улыбнулся. «Ядовитый Карлик! Бриони рассмеялась бы, если бы услышала о себе такое».

Пэдрэг О'Коннор был тощим жилистым ирландцем с пламенно-рыжими волосами, большой кустистой бородой и огромными грубыми руками. Он был невысок ростом, всего пять футов с небольшим, но производил впечатление очень сильного человека. Его глубоко посаженные голубые глаза блестели религиозной одержимостью.

Пэдрэг ходил в самые захудалые пабы и питейные заведения и нес в эти скверные места слово Божие. Он знал Библию вдоль и поперек и верил в возможность жить чистой и святой жизнью в соответствии с десятью заповедями. Пил О'Коннор только воду и ел простую пищу. Он работал угольщиком и доставлял мешки с углем по всему Ист-Энду. Его руки и спина пропитались угольной пылью, и это был знак того, что он тяжело трудится, честно зарабатывая себе на жизнь. Пьяницы, шлюхи и священники прятались по углам, когда видели, что он идет.

Сейчас он проповедовал в пабе «Лесовик», вкладывая в проповедь весь свой пыл и не обращая внимания на смешки. Он верил в истинность своих слов и не понимал, почему никто не получает от Библии столько же радости, сколько он.

Табачный дым разъедал ему глаза и горло. Он громко закашлялся, и бармен подтолкнул ему по стойке пинту пива.

– Продолжай, человече, только выпей сначала. Пивко остудит тебя.

Проповедник покачал головой:

– Мне достаточно стакана воды, спасибо.

Бармен налил ему воды и сказал:

– Выпей воду и иди. Они же смеются над тобой, разве ты не видишь?

В паб вошли Томми Лейн и Кевин Картер. Им достаточно было лишь раз взглянуть на человека у стойки, и все стало ясно. Пэдрэг опять завел свою проповедь: